Незримое
Шрифт:
– Он позвонил в среду утром, перед рассветом, – продолжила Ольга, ковыряя край стола указательным пальцем, за что и получила от матери по рукам. – Сказал, что не справился. Что следующей ночью умрет, потому что яд принят, а Каратели не явились… Они признали его виновным и не пришли, понимаете?
На кухне повисло тягостное молчание. Только настенные часы отбивали ритм, да равнодушная Наталья постукивала по чашке ложечкой.
– Ты говорила об этом, когда тебя задержали? – нарушил тишину Ян.
– Еще чего, – фыркнула
– А нам, значит, доверяешь? – усомнилась я.
Она пожала плечами и кивнула на Яна:
– Он человек, а ты… к тебе почему-то побежал Антон перед смертью.
Об этом я уже слышала, но теперь наконец дождалась подробностей.
– Он же попрощаться позвонил. Извиниться, что втянул. И встретиться отказался, мол, мне будет слишком тяжело, а ему еще надо успеть сделать нечто важное. Вроде как Каратели не помогли, так он и сам не промах. Ну я и решила посмотреть, на что он потратит последний день своей жизни. А он… в кафешку… с какой-то… еще и подарки ей…
Ольгу таки прорвало, и следующие пять минут мы одеревенело сидели на стульях, слушая невнятные бормотания сквозь поток слез. Наталья утешать дочь не спешила и даже не смотрела в ее сторону. Ян то краснел, то бледнел, но тоже не дергался. А я… ну, я и близких-то не умею успокаивать, а тут…
В итоге я все же потянулась через стол и легонько потрепала Ольгу по плечу. Это так ее ошарашило, что слезы вмиг высохли.
– Он стер мне память, – призналась я, глядя в огромные круглые глаза. – Я не помню ни его, ни нашу встречу, ни подарка. Он для чего-то использовал меня. И уж явно не предавал тебя.
– Правда? – сипло спросила Ольга.
– Правда.
– Он… – Она прокашлялась. – Он очень уверенно тебе что-то говорил. Склонялся близко-близко. А ты все хмурилась. А потом он достал из кармана эту побрякушку и… Ты вроде не хотела принимать, но он все говорил, говорил, и в итоге ты ее прям там же и нацепила.
– Как выглядела побрякушка, помнишь? – тут же оживился Ян.
– Я ж издалека наблюдала. Кулон какой-то. Или просто что-то на цепочке. Не знаю. – Ольга снова всхлипнула. – А потом я наткнулась на эту дуру, и нас на всю ночь… в обезьянник… а Антон у… у-у-ме-е-е-ер…
Мне было ее жалко, честное слово. Но несчастных жертв долбаных заговорщиков – еще жальче. А так же всех будущих случайных жертв, если мы все это не остановим. Так что, кивнув Яну, я поднялась:
– Соболезную. И большое спасибо, ты нам очень помогла.
– Да, спасибо, – спешно подскочил следом поручик.
Ольга только в очередной раз всхлипнула, а Наталья сладко улыбнулась:
– Не за что.
Но услуга оказана, пусть для этого ведьме всего-то и потребовалось приструнить дочь – все равно рано или поздно эта зараза объявится на моем пороге, источая аромат сена и мокрого дерева.
Это в одиночку Ян мог поговорить
До – потому что не желала остаться за бортом. А после – какой смысл?
В любом случае, мы узнали много. Очень много. Осталось только со всем разобраться.
Плюс: по-моему, очевиден.
Минус: не уверена, что готова к таким масштабам происходящего…
Глава 21
Всякого насторожит, если ему скажут, что сегодня ему крупно повезло.
Обычно такое не к добру. Стоит кому-нибудь сказать, что сегодня вам крупно повезло, как непременно случается какая-нибудь гадость.
(с) Терри Пратчетт
– Давай по полочкам, – начал Ян.
– Давай.
Мы сидел в его-не-его новой машине, припаркованной возле моего дома, уже около часа, но складной версии пока не выходило. Большей частью в этом виновата я – слишком уж сумбурно и путано я рассказывала об артефактах и своих сегодняшних приключениях, так что даже сама порой не понимала, к чему веду.
Но терпеливый поручик все задавал и задавал наводящие вопросы в попытке разобраться и вот, кажется, к чему-то пришел.
– Некто, назовем его Икс, задумал нечто. Что конкретно – непонятно, но для этого ему необходимо выпустить в мир как можно больше тварей, а заодно проявить всякое невидимое, правильно?
– Ну вроде как да…
– Далее. Икс не желает сам пачкать руки, потому набирает армию адептов, вручает им флаг и отправляет в крестовый поход. Если верить тому мужику из леса, то территория распространения не так велика.
– Да, – подтвердила я. – Две линии, от Москвы до Ярославля и от Твери до Иваново.
– Хорошо. – Ян ненадолго замолчал, словно перебирая в уме факты. – Среди адептов обнаруживается совестливый бытовик, которого смущают случайные жертвы. И тогда он решается на отчаянный шаг – вызвать Карателей, чтобы те почикали всю секту вместе с главарем.
– Угу, но Каратели его отшивают, и яд срабатывает.
– Да, но… срабатывает с отсрочкой, и бытовик успевает… что-то.
Я скривилась:
– Встретиться со мной, опоить и вручить какой-то кулон.
– Так. Потом он возвращается в чужой дом, где обитал вот уже несколько дней, и готовится встретить смерть, но перед этим некто, предположительно, другие сектанты, его находят и считывают память. Вопрос: зачем?
– Чтобы узнать, кому он отдал кулон?
Ян задумчиво постучал пальцами по рулю.
– Думаешь, кулон – и есть тот самый проявляющий скрытое артефакт?
– Ну, учитывая, что прежде за мной таких способностей не наблюдалось, – я хмыкнула, – наверняка.