Ночь Пса
Шрифт:
– Как вам сказать... – повторил он. – Весь город уже знает, что люди комиссара Жана ищут двух псов. Бог весть зачем, но ищут. А по краденной псине в столице главный спец – Лео: не мне вас учить... Только его еще вчера – прямо перед закрытием – отловил один дед, такой интересный. И, главное – похоже, по тому же самому вопросу...
– И кто такой этот ваш интересный дед? – попробовал внести ясность в вопрос Роше.
Бармен пожал плечами.
– Ей Богу, мсье, первый раз видел этого чудака... Волос седой, коротко
Сержу Круевичу можно было доверять в таких вопросах. И Роше продолжил беседу:
– А насчет того, что тип нацелился именно на тех же собачек...
Лео сам тебе сказал?
– Как же – так Лео вам и выложит о чем с ним болтал клиент... Дело в том, что дед-то этот со своими проблемами сначала ко мне подъехал. Ну – понятное дело – у «Канар» на этот счет твердая репутация... А я уж его и отпасовал к господину Косневски...
Теперь его – ищи ветра в поле... Пока не справится с заказом...
– Вот как... – задумчиво пробурчал себе под нос Роше. – Вот что: если хоть мельком увидишь Лео, неприменно передай ему, чтобы выходил на старину Жана – номерок оставить?
– Ваш номерок только ленивые не знают, мсье, – успокоил его Круевич. – Только, я думаю...
– Скажи ему, – как можно более убедительно сказал комиссар, – что он связался с очень опасным делом. Рискует остаться без головы.
Ты хорошо понял меня?
– Мсье Жан понапрасну народ не пугает... – пожал плечами бармен.
Лицо его омрачилось.
– А насчет деда этого... Если что – дать знать? Опасный тип?
– Знать, разумеется дай – если снова всплывет. Или если узнаешь что о нем. Если случится – поговори с ним. Деликатно.
Постарайся выяснить – что за птица. Но помни – в этом деле простачки не крутятся... И безопасных типов – нет!
Комиссар решительно – словно ладью по шахматной доске – двинул по стойке недопитую чашку с кофе и неторопясь выплыл из «Канар».
Гудение в углу с картинками воспрянуло с новой силой.
В это самое время еще один интересный дед – совсем не тот, о котором содержательно поболтали комиссар с барменом «Канар» – встречал «ночное утро» в гораздо менее комфортабельной обстановке. Звездное, покинутое наконец облаками небо Прерии он созерцал через забранное решеткой оконце следственного изолятора, прикидывая возможные расклады событий, приведших его в это гостеприимное место. Он уже довольно долго предавался этому занятию, когда по встроенному в кладку стены матюгальнику хриплый голос дежурного гаркнул:
– Заключенный П-1414 – подъем! В кабинет к следователю!
Заключенный П-1414 торопливо вскочил с лежака и, заправив по уставу
В двери погудел немного сервомотор и она съехала в сторону, освобождая проход в коридор. Конвойный неторопливо обыскал подлежащего доставке в кабинет следователя П-1414 и погнал его по короткому коридорчику – навстречу неизвестной судьбе.
В кабинете за столом следователя сидел скуластый загорелый тип в штатском «сафари» и нервно барабанил пальцами по папке, содержащей, надо полагать, подробности судьбы злосчастного П-1414.
– Здравствуйте, Пер, – довольно приветливо сказал тип. – Присаживайтесь.
Принять это любезное приглашение заключенному П-1414 помог конвойный, пригвоздивший его копчик к стулу, намертво привинченному к полу посреди кабинета. Тип, сидевший за столом, кивнул охраннику и они остались вдвоем: заключенный П-1414 – Пер Густавссон – и Агент на Контракте – Ким Яснов.
Ким представился и для проформы осведомился – тот ли перед ним Пер Густавссон, что отбывает свою «десятку» за шпионаж в пользу неустановленных лиц в исправительном учреждении 45/812? Да, это был именно тот Густавссон.
– И чем же вы занимаетесь в учреждении 45/812? – поинтересовался Ким.
– Сельхозработы, – пояснил Пер. – Настройка и обслуживание гидротехнических устройств. Облегченный режим в связи с возрастными показателями и э-э... примерным поведением...
– И вам очень нравится заниматься настройкой и обслуживанием поливальных агрегатов? – чувствуя себя прямо-таки маркизом де Садом, осведомился Ким. – У вас не бывает желания заняться чем-нибудь более интересным?
Заключенный Густавссон косо улыбнулся.
– Вы, должно быть, знакомы с моим «личным делом»... И не могли не заметить, что более пятнадцати лет я провел на милой планетке Чур и возле нее. Так вот, по сравнению с жизнью в тех местах, здешние каторжные работы – просто пикник какой-то... Хотя вы, как вижу, хотите мне предложить что-то еще... Что-то, что, на ваш взгляд, интереснее, чем мои теперешние занятия...
– И все-таки, там – на Чуре – вы оставались добровольно, а здесь – как-никак сидите в неволе... – уточнил Ким.
Заключенный Густавссон глубоко вздохнул.
– Вы не представляете – что за странная штука этот Чур... – горьковато усмехнулся он. – Странная и страшная... Это... Или вы сразу не принимаете то, что вас ожидает там, и смываетесь, или это вас просто засасывает как трясина... Если вы и в самом деле захотите хоть в чем то разобраться из тамошней жизни... Там – выжженая пустыня и отравленные топи... Там только ржавое железо и радиация. И
– Подземелья... И люди из этих Подземелий... И их Псы... А еще там