Ночь Пса
Шрифт:
Комиссар озадаченно отхлебнул вина. И счел нужным польстить партнеру:
– Да, если уж Лео Косневски надумал вернуть аванс, дело пахнет совсем скверно... Котелок у вас варит, Лео...
– Двухходовая комбинация, комиссар, – чуть снисходительно объянил Лео. – Ход первый: одна из собачек, заказанных на предмет их вычисления, просчитывается элементарно как кобелек Счастливчика – Тони Пайпера... Есть такая личность – неплохой в сущности малый, но – себе на уме... Очень любит своего пса и свою трубочку – он с нами, господин комиссар – одного поля ягода. В этом,
– Вы уверены? – беспокойно закопошился в своем углу дивана Роше.
Он достал из внутреннего кармана и двинул по сиденью дивана к Лео пачку снимков – из таможенного файла Толле и из каталога «Собачьей Олимпиады».
Косневски возмущенно отодвинул полупустой стакан. Небрежным движением кончиков пальцев пошевелил снимки. Чему-то в них удивился – чуть заломил тонкую бровь. Потом снова придвинул вино к себе.
– Описание, что мне подсунул этот тип, совпадает – один в один. Да кроме того, скажу вам честно: это никто иной, как ваш покорный слуга Лео сторговал Счастливчику того песика – года четыре тому назад. Еще вот таким... Порода – если честно – малость подпорчена, но умная, скажу вам, животина... Бинки звать. Впрочем, я отвлекся. Так вот – ход второй: сегодня с утра Тони и его чокнутого компаньона днем с огнем ищут люди Магира. Прямо-таки – землю роют... А вы понимаете, что значит путаться под ногами у Магира?
Он отхлебнул из своего стакана, и некоторое время они оба разглядывали каждый – свою трубку. Комиссар терпеливо ждал, стараясь не проявлять следов легкого потрясения. Расследование вырулило в новую колею и тут было о чем подумать. Потом Роше спросил, как ни в чем ни бывало:
– Это вы – про Рамона Магирова? «Торговые дома Побережья»?
Лео чуть озадаченно пристроил трубку на край шиповатого камня, служившего им пепельницей. Камень был с Дремлющих гор, что на Парсе в системе Аделаиды, и стоил несколько больше, чем комиссар полиции и перекупщик краденой псины вместе взятые, заработали за все то время, пока упомянутый Бинки рос и мужал.
– Про Рамона, разумеется, – сказал он недоуменно. – Ведь это вы о нем мне хотели рассказать, господин комиссар?
Господин комиссар досадливо крякнул и престрого глянул на свидетеля Косневски.
– Я хотел рассказать вам, Лео, про господина Торвальда Толле... Гостя Прерии со вчерашнего утра...
– Стоп, стоп, стоп!... – остановил его оцепеневший вдруг Лео. Он поднялся и сомнамбулически побрел вдоль стеллажей со всякой всячиной, предназначенной для чтения на досуге. Ухватил красочную подборку распечаток «Гэлакси ньюс» за прошлую неделю и вопрошающе развернул к Роше вынесенный на обложку портрет-карикатуру.
Картинку сопровождал анонс помещенной где-то внутри – на седьмой странице статьи – «Не слишком ли дорогой гость?» собственного корреспондента «ГН» Энни Чанг.
– Он самый, – утвердительно кивнул Роше. – Придется открыть вам государственную тайну... Правда, к вечеру о тайне этой будут болтать по Ти-Ви, но, все-таки, оцените значение
– Как? – спросил Лео, вдруг отрешившись от убивших его было фактов, преподнесенных господином комиссаром. – Пес с Чура? Настоящий Пес с Чура?
Он снова – теперь уже с откровенным интересом подхватил снимки с сиденья дивана. Впился в них взглядом, лихорадочно тасуя листки.
– Вы знаете, сколько на рынке предлагают даже за чучело такой зверушки? За подлинник?
И тут же скис, резко вернувшись к не располагающей к оптимизму действительности. Сгорбившись, снова опустился на диван. Пожал плечами.
– Видит Бог, Лео Косневски захотели втянуть в политику! Такого не было с шестьдесят восьмого, когда мне втерли на продажу бульдога маршала Апраксина! Видит Бог, я не знал, что псина – краденая...
– Вы не совсем еще поняли, на какие облигации вас подписал вчерашний клиент... – комиссар забросил себе в рот пригоршню чипсов и хрустнул ими.
Со значением.
– За политику сейчас не убивают, – вздохнул он. – На Прерии, по крайней мере. В худшем случае – съездят по физиономии.
В пылу полемики. А вот за военные секреты вас отоварят по классу «люкс». С иголками под ногти, электрошоком, «сывороткой истины» и последующим расчленением трупа... Так что вы многим можете оказаться обязаны вашему заказчику...
– Мерзкий жлоб! – Неприязненно морщась, квалифицировал Лео последнего. – Чего другого, в конце концов, можно ждать от типа с высшим образованием?...
Он непроизвольно вздохнул.
– Я сегодня же возвращаю этому типу аванс. За вычетом комиссионных...
Роше задумчиво забросил себе в рот еще пару чипсов. Убрал снимки в карман.
– Дело ваше. Может и не стоит – так резко с человеком... Было бы неплохо мне познакомиться с ним...
Специалист по рынку четвероногих друзей человека нервно затянулся трубкой.
– Лео Косневски клиентов не закладывает, комиссар...
С минуту он был погружен в нелегкие размышления. Потом добавил чуть отрешенно:
– Я, впрочем, не буду сильно оглядываться и петлять, если кому вздумается сесть мне на хвост. Я – в своем праве: закон не нарушаю и бояться мне нечего...
– Вот и я так думаю... – комиссар поднялся и взял свою, прославленную репортерами криминальной хроники шляпу с монитора дорогого компьютера. – Вы – в своем праве...
– У вас довольно кислый вид, адвокат... – человек за рулем весьма респектабельного «Лорд-мастера», что подобрал Гонсало на условленном углу, неприязненно скосился на это свое приобретение. – И одеты вы явно не для приема на Святошных Полях... Брюки на вас – с чужого плеча. Или – как это лучше сказать про брюки? С чужой э-э... В бегах, что-ли? Или занялись частным сыском?