Ночь Пса
Шрифт:
– Яды, говорите? – недоверчиво пробормотал Гонсало, принюхиваясь к остаткам рогалика. – А не допросик ли под химией вы тут мне устраиваете?
– Вот что, – Комски резко захлопнул открытый было бювар. – Черт с вами и вашей подозрительностью! Беру ответственность на себя! Не стану вам морочить голову третий раз – еще успеется. Тем более, что вы сами говорите, что время дорого. Билет до Форда-II получите вместе с гонораром и с документами на какое-нибудь подходящее имя...
Он кинул кредитную карточку к наваленной
– Забирайте деньги, одевайтесь и – марш на задание! Ждите меня в машине. А как только заберем новый адрес ваших компаньонов, вас отвезут в город и высадят, где скажете. Выходите на своих прохиндеев и немедленно – подчеркиваю – немедлено связывайтесь со мной. Надеюсь, еще не забыли как. Господи, да не мнитесь вы как красна девица – снимайте ваши шутовские панталоны, я отвернусь... Так вот – в любом случае, если до двадцати ноль-ноль вы не дадите о себе знать, то мы считаем эту ставку битой, а вас числим покойником или перебежчиком. В соответствии с чем и действуем. Господи, да скоро вы натяните свои шмотки?
– Не свои, а ваши... – раздраженно парировал Гопник. – Тоже, нашли мне гардеробчик... Я, собственно, готов...
– Марк! – кликнул Комски мрачного парня из прихожей. – Проводишь господина в кар и подождешь, пока я спущусь к вам.
Парень, не меняя выражения лица, подхватил Гонсало под локоть. Когда дверь за ними закрылась, Комски надавил кнопку на поверхности стола. Из соседней комнаты послушно появился очкастый специалист. Комски кивнул на остатки рогалика и недопитый кофе.
– Объект проглотил достаточно? Кстати – вкус у него вызвал подозрение...
– Вполне достаточно. А вкус – недоработка основного изделия. Мы знаем, но пока приходится работать вот так...
Комски поморщился.
– Врубайте аппаратуру, – распорядился он.
Продолжим хулиганить, – сказал себе Ким и отстучал на клавиатуре своего ноутбука: Энни Чанг. Потом выбрал из меню, всплывшего на экране: Резюме и Сведения о местонахождении на данный момент.
У него было ощущение, что делает он что-то запретное. Это так и было по сути дела. Он намеревался предпринять нечто, здесь, на Прерии, почитаемое кощунством: собирался заполучить информацию конфиденциального характера от представителя независимой прессы.
На экране монитора возникло симпатичное, почти детское личико молоденькой китаянки, которое он только что видел на экране Ти-Ви в неуспевшей еще окончиться программе новостей. Ким тяжело вздохнул: по своему опыту он знал, что именно такие вот молоденькие девушки с детскими личиками и железной деловой хваткой – самый тяжелый материал для разработки.
В том, что в официальной санкции на такие следственные действия ему будет отказано, он не сомневался. Скорее уж люди полковника Ваальде или кто-нибудь из порученцев господина секретаря в глубокой тайне уконтрапупят
Он считал с дисплея данные о возрасте, поле, этнической принадлежности, стаже работы, номере страховки и месте постоянного жительства Энни и не нашел в них решительно ничего неожиданного. Не было для него неожиданностью и подверстанное к резюме постановление Его Превосходительства Президента Комиссии по вопросам гражданства о прекращении действия визы госпожи Чанг на проживание в Объединенных Республиках в связи с публикацией некорректных в этическом отношении материалов, бросающих тень на политику Народного Правительства и Президента.
Для следствия это было равносильно вето на любые посягательства в отношении тоненькой китаянки. Обиженный Президентом на Прерии неприкасаем. Нарушивший табу будет изгнан в отставку совместными действиями всех СМИ, какие только сыщутся на планете и окрест. Между первой и четвертой властями на Прерии шла непримиримая война. Его Превосходительство и без того напоминал Киму медведя, орудующего в посудной лавке, но то, что политическая неуклюжесть правителя одного из окраинных Миров станет препятствием для его собственного расследования было для него досадной новацией.
Что касается местонахождения собственного корреспондента ГН в настоящий момент, то в своей квартире (она же – коррпункт ГН в столице Объединенных Республик) ее самым определенным образом не было. Ким запросил данные о наличии у мисс Чанг индивидуальных средств передвижения и о регистрационном номере таковым присвоенном, получил номер редакционного кара и поставил его на отслеживание центральным компьютером Полицейского Управления. Потом ввел в компьютер еще несколько постоянно повторяемых запросов по тому же объекту. После чего откинулся в кресле и попробовал сосредоточиться. Содеянное начинало тянуть на некое злоупотребление – будь он полицейским чиновником. Но он им не был. В этом и состояло эфемерное преимущество пребывания в шкуре Агента на Контракте.
И все равно: ох и дадут же мне по шапке... – подумал он.
– Чего приуныл, песик? – осведомился тип в рваной шляпе – из тех, что мсье Роше именовал клошарами, а остальной народ Прерии – бомжами – и сочувственно уставился на пристроившегося на травке запущенного газона
Харра. – Это просто поразительно, – добавил он, – такая роскошная псина – и без ошейника! Тебя, что, хозяева бросили, песик?
От клошара пахло воровством и Харр скомандовал ему: Забудь! Нет никакого песика!