Ночь Пса
Шрифт:
Роше понимающе отхлебнул кофе.
Действительно, Прерия ночью была другой планетой, чем днем, столица – другим городом, а люди их населяющие – другим народом. Большая Ночь странно изменяла все тут. И Киму стоило немалых усилий вновь узнавать ставшие уже было привычными улицы городского центра. Никак не кончающий моросить мелкий дождик делал странствие по ним особо путанным и неуютным. На кар Энни он чуть было не налетел в тот момент, когда уже решил, что вконец потерял его позорнейшим образом.
Полуспортивный Тендресс был припаркован у нелепой громады древнего Почтамта наредкость неожиданным
Войдя в широченные двери архитектурной громады, он понял, однако, что Черт все-таки не так страшен, как его малюют. Что до Энни, то она знала это всегда.
Когда-то – в худые времена Изоляции, когда дороги Республик Прерии всерьез переходили с электротяги на гужевую, для спасения энергетики начали строить электростанции на угле и нефти, а высокие технологии шли на убыль, бумажная документация расцвела на планете пышным цветом. Люди узнавали новости из газет, учились читать по отпечатанным на бумаге книжкам в картонных переплетах и писали друг другу обширные, на многих страницах письма – личные и деловые. И все эти горы бумаги армии служащих прокачивали через конвейеры, сортировочные столы и конторки огромного каменного улья, воздвигнутого на перекрестке проспектов Фрейда и Павлова.
Возрождение информационных сетей, компьютерных, волоконных, лазерных технологий опустошило этот муравейник. Часть залов арендовали теперь музеи и оффисы, часть их пустовала, и лишь небольшая – в подземных этажах здания сосредоточенная – часть помещений использовалась по назначению. Среди них – лабиринт абонентских ящиков и знаменитый Почтовый буфет, известный всей пишущей братии Прерии, и ставший со временем претендовать аж на некую богемную исключительность. Основана такая претензия была, в основном, на низких ценах на снедь и спиртное – секрете, тщательно охраняемом многочисленной и, вообще-то, болтливым крапивным племенем людей пера. Всякий раз проверяя конфиденциальную почту своего коррпункта, Энни заворачивала сюда. Сегодня – в последний раз. Билет в иные Миры уже ждал ее на Космотерминале, и чемоданы были уже давно уложены. По этому случаю можно было позволить себе погрустить в одиночку над чашкой здешнего мерзкого кофе, сдобренного рюмочкой кюрасао. Для этой капли алкоголя был и другой повод – конверт, вынутый Энни из абонентского ящика. Письмо, написанное второпях на грани ночи и сегодняшнего утра, практически на ее глазах. Письмо издалека. Наверное – с Того Света...
И еще ее беспокоил человек, уныло потягивавший пиво у стойки бара. Она уже не первый раз видела его сегодня. И вообще, он был знаком ей, но только вот – в какой связи?
Почему-то среди местных ослов укоренилось твердое убеждение, что собкорр Гэлэкси должен быть девушкой несметно богатой, общительной, легкомысленной и доступной, – с грустью подумала она, наблюдая за тем, как широко улыбающийся скуластый и моложавый тип уверенно взял курс к ее столику и радостно водрузил напротив нее здоровенную пиалу с азиатским чаем – скорее бульоном по меркам здравомыслящих европеоидов – смеси крепко заваренного черного плиточного чая,
Тип тут же все испортил.
– Вы не возражаете?... – жизнерадостно спросил он, имея ввиду, видимо, их уже состоявшееся соседство по столику.
И с ходу продолжил:
– Видел вас в новостях, мисс. Очень жаль, что это – ваше прощальное выступление по здешнему Ти-Ви...
– Да, жаль, – признала Энни, дав своим тоном понять, что не склонна продолжать разговор и клюнула рюмочку с кюрасао.
– Боюсь показаться назойливым, но хотел бы попросить вас уделить мне пару минут... – Для разговора на эту тему... Я, видите-ли – лицо заинтересованное... Вы могли бы сильно помочь мне...
Тип протянул ей через стол запечатанную в пластик и заверенную карточку-лицензию на самостоятельное проведение расследований любых нарушений федерального законодательства, действительное в любом из Тридцати Трех Миров. Лицензия была выправлена на имя Кима Яснова и, похоже, не была уж очень большой липой.
Ну вот, – тоскливо умозаключила Энни. – А с виду казался порядочным человеком...
– Вас что – наняли искать господина Толле? – осведомилась она. – В таком случае, если не секрет, на кого вы работаете?
– Допустим, что я действую по собственной инициативе... – задумчиво предположил тип.
– Не допускаю этого, – отрезала Энни и решительно поставила на стол недопитую чашку кофе.
Поправила перекинутый через плечо ремень сумочки и решительно направилась к выходу.
– Допустим также, что не только вы располагаете информацией, необходимой мне... – продолжал настырный тип, с удивительной непринужденностью, сопровождая ее в стремительном движении к ведущему наверх, в огромный общий зал, эскалатору. – Может и у меня найдется что-то, что сможет заинтересовать вас...
– Послушайте, это ваша Тойота висела у меня на хвосте последние полдня? – резко спросила Энни и ускорила шаг, не ожидая ответа.
Это уже интересно... – подумал Ким. – Я катаюсь на казенном Полюсе. Спутать трудно.
Блок связи на боку у Кукиша бесшумно завибрировал. Он хмуро поднес зловредный аппаратик к уху.
– Послушай, – довольно зло спросила его трубка, – по-моему, это ты утверждал, Кукиш, что возьмешь Гостя тепленьким вместе с э-э... принимающей стороной? Мне представлялось, что ты это будешь делать как-то иначе, чем вот этак вот – ожидая у моря погоды. Ты что – ожидаешь, что клиенты сами собой вылупятся на свет божий, если ты у себя в засаде на своей улице Темной Воды положишь себе под задницу дюжину яиц и будешь сидеть подольше?
– Это всего лишь один из вариантов, шеф!... – энергично возразил Кукиш против подобной оценки его деятельности. – Я направил Меченого и Рубинчика... А здесь я вовсе не жду у моря погоды, а пытаюсь найти тут – в хозяйстве Мепистоппеля – какие-нибудь концы...
– Пожалуйста без деталей... – на том конце канала связи Великий Магир раздраженно скривился. – Конечно – ты будешь искать концы, а тем ребятам, что нас обштопали на Космотерминале, тем временем надоест валять дурака и они сами придут домой. Вместе с дорогим гостем...