Ночь Пса
Шрифт:
– Но шеф... – раздосадованно попытался возразить Кукиш.
– Я жду результатов! – отрубил шеф. – И не далее как сегодня. Завтра разговор пойдет по-другому!
Кукиш скрипнул зубами, прицепил умолкшую трубку на место и зло прошипел:
– Ну так что имеем, ребята?
Ребят было четверо.
Чернявый Халид деловито, один за другим, курочил замки многочисленных шкафов, ящиков и ящичков, заполнявших лабиринт внутренних полуподвальных помещений Проката гробов и выворачивал наружу их содержимое. Предметы Мепистоппель хранил в своем логове самые невероятные: тут попадались и шкурки гринзейского
– Это вот – кисет Тони, – сообщил Халид, кивнув на брошенный на подоконник кожаный кошель.– И его Трубочник там, внутри... Так что, может, этот тип – где-то поблизости... Или, наоборот – случилось чего с ним... Обычно он эту штуку так вот не бросает – уважает он хреновину эту сильно...
– Спасибо, утешил... – Кукиш повернулся ко второму своему подручному. – У тебя что там, Лысый? Хотя... – он снова повернулся к Халиду. – Сунь-ка в эту штуку вот это... Может быть имеет смысл предусмотреть и такую комбинацию...
Он протянул Халиду небольшую, под кусочек щебня оформленную радиозакладку, и снова обратился к лишенному макушечной растительности подчиненному. – Я тебя слушаю, Поччо...
Лысый Поччо с головой ушел в раскладывание на очищенном для этой цели от хлама столе содержимого секретера Мепистоппеля и вообще – всех сколь-либо вразумительных документов, обнаруженных людьми Кукиша в доме 15 по улице Темной Воды. Это занятие его увлекло не на шутку – он даже не расслышал вопроса шефа.
– А? – спросил он, оторвав нос от пожелтевших счетов и квитанций. – Да тут кое-что интересное вырисовывается – вот тут счета за аренду склада... Где-то на Птичьих Пустошах...
– Ох и ох... – у черта на куличках... – буркнул Халид.
– Ну и что, что аренда? Что, что склада? – уныло осведомился Кукиш.
– А то, что склады на Птичьих – это просто заброшенные подвалы. Пока не построили северные дамбы там все время что-нибудь затапливало... Там ни один идиот ничего не хранит... А потом – что этому голодранцу там хранить – корм для мышей с Бетельгейзе? У него и в центральном оффисе шаром покатить можно, половина шкафов – пустые, а он – арендует склад. Кстати, года два про него не вспоминал, а позавчера только – возобновил аренду... Свеженькая квитанция, – Поччо протянул Кукишу листок.
– Это – уже что-то... – задумчиво заметил Кукиш, крутя бумажку перед носом. – А у вас что, умники... Нашарили что-нибудь в подземелье вашем?
Мрачный Кноблох – это ему вчера выпало шарить под мостками на Ближнем в бесплодных поисках убиенного адвоката Гопника – уже давно порывался доложить обстановку.
– Во-первых, это – не наше подземелье, а чудака этого... – уточнил обстоятельный Кноблох, а во-вторых, это – вообще, ход такой – из ниоткуда в никуда... Потом, что главное – нет там ни фига. Туда кроме нас с Берни года два ни один дурак не спускался – паутина даже не тронута. Зря только Берни страху натерпелся.
– Берни чего-то испугался там –
Берни, бывший сержант Космодесанта, в парнях робкого десятка не ходил.
– Еще как испугался – просто до поносу... – заверил шефа Кноблох. – Какого-то паршивого привидения – всего-то...
Нахлобучил шляпу и подался в уголок – раскурить отложенный до поры огрызок сигары. Отменно вонючий.
Кукиш воззрился на старательно освобождающегося от остатков паутины и заплесневевшей трухи Берни – в другом углу.
– Там было привидение, сержант? – ядовито поинтересовался Кукиш у сурового усача.
– Точно, парень, – согласился покладистый, но не склонный блюсти субординацию Берни. – А если правильнее выражаться, то не столько привидение, сколько как бы что-то в виде смеси кенгуру с полярным сиянием и помноженное на крысу...
– С утра у тебя было время опохмелиться, – сурово заметил на это Кукиш.
– Нет, там, действительно, было что-то такое... светящееся, но очень маленькое... – подтвердил показания товарища Кноблох и выпустил струю ядовитого дыма – деликатно, в сторонку. – Я думал – гнилушка, но оно сильно пищало. Впрочем, все равно, эта штука сгинула куда-то... А Мепистоппеля там искать нечего – никаких следов...
– Короче, обьясняю для глупых, – пояснил Берни. – Пушистый призрак то был. Кранты нам, другими словами. Сколько я в Десантуре чертовщины не насмотрелся, а хреновее приметы, чем Призрака, повстречать – нету...
Кукиш от бешенства скрипнул зубами: байки Усатого Берни о его похождениях на просторах Космоса сидели у него в печенках. Вместе с сотнями и тысячами примет, из которых – ни одной путевой.
– Ты, сержант, набрался у себя в Десантуре вредных суеверий больше, чем порядочный кобель блох на помойке... – веско сказал он, показывая всем своим видом, что дурацкий разговор окончен.
– Суеверий или не суеверий, а прется сюда кто-то... – сообщил Халид. – Контролька на черном ходе сигналит...
– По местам! – коротко скомандовал Кукиш.
– Господин Комски распорядился... – человек в белом халате замер на пороге кабинета, ожидая реакции хозяина.
Тот только вопросительно блеснул насаженным на нос пенсне – редко когда господин Саррот позволял себе украсить свое лицо этим антиквариатом – пенсне делало его похожим одновременно на древнего писателя и драматурга Чехова и на не менее древнего разбойника и теоретика мировой революции Троцкого. Обоими сходствами шеф планетарного филиала Дженерал Трендс и гордился и тяготился – тоже одновременно.
– Господин Комски распорядился в том смысле, что если на почтовом ящике, который он изьял в э-э... Кафе букинистов, найдутся интересные следы, то мне следует, не дожидаясь, пока он возвратится с задания, доложить об этом лично вам...
Руководитель Отдела Экспертизы филиала Дженерал Трендс перевел дух.
– Так докладывайте, Генри, и не толките воду в ступе! – раздраженно приказал шеф.
– Основной материал – остатки записки, обработанной фотосенсибилизатором, восстановлению не поддается. Но... На книге найдены многочисленные отпечатки пальцев объектов Прокат-1, Прокат-2 и Седой, – начал Генри. – Отпечатки датируются различными сроками...