Нонаме
Шрифт:
– Чувак, ты мне не доверяешь? Алекс, скажи ему.
– Честно говоря, я и сам тебя не понял. – Олегсандр отвел в сторону глаза и уставился на трещину в дороге. – Ты сказал, что ты полицейский и пообещал объясниться в машине, но так ничего и не объяснил. Как давно ты в их рядах?
– Чувак, ты гонишь? – Макс с презрением посмотрел на него, потом убавил громкость музыки на магнитоле. – Это же я – Бумажный Макс. Чтоб я работал на этих кретинов? Это смешно!
– Извини, Макс. Я помню, как по счастливой случайности встретил тебя в первый же день, как перебрался на окраину. И не менее хорошо помню, как ты помог мне найти жилье, в
– Я не говорил вам, что я полицейский. Я сказал, что я и есть полиция, которую вы, видимо, так сильно ждали. Это разные вещи.
Макс несколько раз надавил на разные кнопки магнитолы, пока на экране не появились цифры 019, означающие порядковый номер композиции. Тогда он нажал на «Play», и из динамиков послышалась полицейская сирена. Он переключил сирену на другой трек с номером 020, и сирена сменилась записью голоса полицейского, требующего освободить проезжую часть. Похоже, эту запись Макс вырезал из отрывка какого-то фильма, в котором полицейские гнались или за подозреваемым, или на место происшествия.
Когда голос полицейского из динамиков затих, Макс указал на синюю круглую кнопку, расположенную на подлокотнике между креслами, и объяснил, что она включает мощную акустическую систему, расположенную в багажнике, под тяжестью которой тот провисает чуть ли не до самой земли. Для убедительности он включил ритмичный трек и медленно начал прибавлять громкость. Затем надавил на синюю кнопку, и вся машина завибрировала в такт музыке, а двери, окна, крышка капота и багажника почти открылись.
В салоне стало невыносимо громко, Арчи попросил Макса убавить громкость, но не услышал собственного голоса. Он посмотрел на приборную панель и увидел стрелку спидометра, жившую своей жизнью: она то подпрыгивала до 40 км/ч, то опускалась до 0. Арчи кричал, и когда Макс все-таки обратил на него внимание, жестом руки показал, что громкость стоит убавить, и лучше вовсе прекратить весь этот грохот.
– Что все то значит? – спросил Арчи, когда музыка стихла.
– Это значит, что вы должны сказать мне спасибо и хвалить Господа, что это я к вам приехал под звуки сирены из динамиков, а не полиция. – Макс вышел из автомобиля и направился к единственному подъезду двухэтажного дома, в котором жил. – Так и будете сидеть в тачке или зайдете в гости? Хотя оставайтесь и ждите своих фанатов, может, они попросят у вас автограф. Сегодня вы стали популярными.
12
Им меньше всего хотелось снова оказаться перед публикой, особенно им не хотелось попасться на глаза мерзкой шайке выпивох у магазина, поскольку до их прошлого места встречи было совсем ничего, каких-то пару минут пешком.
Они поспешно выскочили из автомобиля и подошли к Максу. Он ждал их у плоской металлической двери подъезда с врезанным в нее кодовым замком с двумя рядами круглых кнопок от 0 до 9. Макс одновременно зажал 1,6 и 7. Замок щелкнул, и дверь открылась.
Макс пропустил их вперед, и они оказались в узком коридоре с салатовыми стенами и белой полосой на уровне плеч. Справа висели четыре почтовых ящика. На одном, на котором была выдавлена цифра 2, черным маркером было выведено МАКСА, и наклеен стикер с изображением персонажа из японского мультфильма с желтыми, торчащими во все стороны волосами и белой повязкой на лбу.
Макс опередил
В квартире было не то что бы грязно, но уже в прихожей можно было заметить, что Макс давно не делал уборку. На полу по разным углам были раскиданы несколько пар обуви: черные ботинки, начищенные до блеска, но покрытые пылью, беговые кроссовки, резиновые сапоги с засохшей грязью толщиной в один сантиметр и даже валенки, которые, несомненно, валялись с зимы.
Сразу слева у входа синяя дверь была выкрашена в цвет прихожей и вела в санузел. Далее по коридору располагалась такая же дверь, ведущая на кухню. На стене, между этими двумя дверьми висела верхняя одежда на вбитых гвоздях. С правой стороны коридора тоже была вбита куча гвоздей, но верхней одежды на них не было – по ним тянулся и провисал под своей тяжестью толстенный канат из проводов, стянутый разноцветными пластиковыми хомутами и разветвляющийся в разных местах отдельными отростками. Эта кипа проводов тянулась из единственной комнаты, расположенной справа по коридору, напротив кухни, отчего дверь не закрывалась, оставляя щель шириною с ладонь.
Макс пригласил гостей в ту самую комнату и предложил им присесть на диван. Луна в два прыжка очутилась на мягком диване, и Олегсандр отругал ее за это. Макс заверил, что нет никаких проблем, пускай отдыхает в свое удовольствие.
Помимо дивана в комнате с закрытыми плотными шторами окнами на столе стоял большой телевизор, напротив которого (как догадался Арчи) было организовано рабочее место: стол с клавиатурой и мышью на нем и стул, развернутый задом на перед и с отломанной спинкой. В углу разместился старый шкаф, из покосившихся дверей которого торчали вездесущие провода и какие-то инструменты. Остальное пространство занимали множество мониторов, развешенных по стенам, и коробки со всяким электронным барахлом на полу. Между коробок виднелись натянутые паутины, а на полу – чистый прямоугольный след, не тронутый пылью, казалось, одну из коробок Макс передвинул совсем недавно.
Макс подошел к клавиатуре и набрал бесконечную комбинацию клавиш. Все мониторы и телевизор одновременно включились, и в комнате сразу стало светлее, чем от ламп дневного света, которых в комнате даже не было. В комнате вообще не было никаких осветительных приборов.
Арчи присел на диван рядом с Луной и уставился на один из экранов, там шла телепередача, до боли похожая на шоу с Джимми Киммелом, только ведущим был незнакомый ему мужчина с бородкой, в классическом приталенном темном костюме с красным галстуком.
На других мониторах были открыты различные компьютерные программы, о целях которых Арчи даже не догадывался (тем более Олегсандр), а на большом телевизоре была заставка с целеными цифровыми часами на черном фоне. Часы показывали 21:02.
– Ну, типа, добро пожаловать, – сказал Макс, когда все его гости уселись на диван. – Чаек, кофеек, пивасик?
– Чай без сахара, – не замедлил Олегсандр.
– А мне пиво без пены, – сострил Арчи, – ведро картошки фри и дюжину гамбургеров.
– Сорян, чувак, этого нет, но я могу сварить пельмендеров. Ок?