Нонаме
Шрифт:
– Хах! Просто! Это сейчас окна зашторены, а когда на улице еще светло, они открыты, и я наблюдаю через них, что происходит на улице. Вот я сижу и вижу, как людишки спешат в ту сторону. – Макс махнул рукой налево. – Чтобы не сидеть в догадках, я подключился к камерам видеонаблюдения и уже по ним добрался до парковки магазина. Там я и увидел твое знакомое лицо. Вот и все. Изи.
– С трудом, но верю, потому что знаю тебя.
– Теперь твоя история, чувак.
– Хорошо. – Арчи собрался с мыслями. Усталость дала о себе знать, и он зевнул. – Алекс, может ты, а то я совсем раскис?
– Могу,
Арчи встал из-за стола, подошел к дивану и сел рядом с Максом. Луна тут же запрыгнула на только что освободившийся стул и уставилась на Арчи, словно тоже хотела его послушать.
Он уже в третий раз начал рассказ с того, что выпивал в баре, а на утро проснулся на поляне в лесу. Он рассказал, как вышел к реке и встретил старика в лодке, который помог ему добраться до противоположного берега и показал дорогу до окраины. Рассказал и как дошел до Кричащих кустов, а после и до дома Алекса и провел у него следующую ночь. После мыслей о сне Арчи снова зевнул, глаза его начали слипаться, но он заставил себя продолжить. Он сообщил, как узнал от Алекса о том, что находится не в США, а в России. Также Арчи поделился своим удивлением с Максом от своего чудесного владения русским языком, которого до этого даже не слышал. Он сообщил, что эти места ему кажутся до боли знакомыми, но он никогда раньше здесь не был, но чувство дежавю не покидает его.
– Потом мы добрались с Алексом и Луной до магазина… и вот мы здесь. – Он допил пиво, смачно рыгнул, закрыл глаза и заснул сидя.
Олегсандр потормошил Арчи в попытках разбудить его, но тот лишь произнес что-то невнятное, наклонил голову, навалился ею на плечо Олегсандра и захрапел.
– Не буди его, пускай спит. – Макс встал с дивана, протянул руку Алексу и помог ему подняться.
Опоры под головой Арчи не стало, и он рухнул на диван, разгоняя в стороны клубы пыли, но так и не проснулся.
Из одной из коробок на полу Макс достал подушку и подложил ее под голову Арчи. Из соседней коробки он достал теплый коричневый плед и накрыл его. Холодно не было, но Арчи все равно автоматически укутался им и повернулся лицом к спинке дивана, чувствуя себя хозяином положения и хозяином помещения – в общем, ни в чем себе не отказывал.
– Он точно тебе не помешает?
– Алекс, чувак, все нормас.
– А ты где будешь спать? Я могу его приютить у себя.
– Эту ночь, пожалуй, я проведу за компьютером, глядишь чего и нарою на него. – Макс посмотрел на зеленые часы на экране монитора: 22:33. – Ты веришь в сказки, которые он рассказывает?
Олегсандр замешкался, перевел взгляд на Арчи и заметил высовывающиеся из-под пледа синие кеды. Он с заботой снял их и положил возле дивана.
– Моя вера в его слова двигается по синусоиде.
– Ты считаешь, что он врет?
– Нет, конечно. Я думаю, что он говорит чистейшую правду, но для себя. Его правду, которую знает только он, – ответил Олегсандр и чихнул от пыли, витавшей в комнате после падения Арчи на диван. – Но некоторые его действия заставляют меня сомневаться.
– Какие?
– Когда ты переходишь дорогу, что ты делаешь в первую очередь?
– Смотрю налево, направо и перехожу, если нет машин.
– Именно! Этому
Без лишних слов Бумажный Макс пошевелил компьютерной мышкой, и заставка цифровых часов на экране телевизора сменилась строкой «Введите пароль». Он нажал несколько разбросанных по клавиатуре клавиш и попал на рабочий стол. Среди нескольких сотен ярлыков, занимающих все пространство экрана, он нашел узнаваемую иконку браузера и открыл его.
– Левостороннее или правостороннее движение в США? – задал он вопрос поисковой системе и меньше чем через секунду получил ответ: в США правостороннее движение, как и в России.
Макс обернулся и с улыбкой посмотрел на Алекса, тот в свою защиту только развел руками.
– Значит я ошибался всю свою сознательную жизнь. Более того: я был уверен и даже спорил с людьми, доказывая обратное. – Лицо Олегсандра покрылось краской, и он медленно направился к выходу. – Как неловко! Вот я дубина!
– Пустяки, чувак. Многие ошибочные факты мы принимаем как должное. Например, говорим, что Земля – шар, хотя она мультиварка, – на полном серьезе сообщил Макс. Алекс ополоумел от услышанного, не веря своим ушам. – Шучу! Ты куда собрался?
– Домой, куда ж еще?
– Могу подбросить тебя на тачке.
– Не стоит. Присмотри лучше за Арчи, мало ли что…
– У тебя фонарь есть? На улице хоть глаз выколи!
– Он мне ни к чему, только внимание привлечет. Дорогу я знаю, как свои пять пальцев, что даже в темноте дойду до дома с закрытыми глазами.
– Твое дело, чел, но если передумаешь…
– Не передумаю. – Алекс открыл дверь, выпустил в подъезд Луну и вышел следом за ней, крепко пожав руку Макса. – До свидания.
Макс проследил за ними через дверной глазок, пока они не вышли на улицу и не скрылись во тьме.
Он сходил на кухню, достал из холодильника запотевшую бутылку пива и вернулся в комнату. Увидев прячущегося под пледом Арчи от яркого освещения мониторов, он поспешил выключить каждый, оставив только телевизор, за которым планировал провести всю ночь. Без лишнего шума Макс открыл бутылку, наполнил кружку до краев, развернул стул сломанной спинкой к столу и, широко раздвинув ноги, сел на него, и погрузился в просторы всемирной паутины.
Курсор носился из одного угла в другой, открывая все новые и новые странички и закрывая старые. За десять минут поисков Бумажный Макс ничего не добился, только выпил очередную кружку пива и налил следующую.
Арчи все это время подергивался и что-то бубнил.
13
Пробираясь по узкому коридору и огибая многочисленные скопления посетителей и врачей, несущихся на всех парах с пациентами на каталках в операционные, Арчи добрался до лифта и поднялся на пятый этаж. Когда двери лифта открылись, его встретила надпись большими печатными буквами на стене «Отделение реанимации и интенсивной терапии», а под ней на стенде, рядом с остальной информацией – красный лист с белой надписью «Не входить без ранее выданного пропуска с разрешением на посещение».