Объединитель
Шрифт:
Её слегка пошатывает, но в целом кореянка цела и почти невредима. Лишь несколько царапин да растрёпанные волосы напоминают о случившемся. Вокруг — ошарашенные, полные ужаса лица зевак, звуки множества голосов, сливающихся в единый гул.
— Хва-ён! Ты как?! Цела?! — Гидеон в мгновение ока оказывается рядом, окидывая напарницу встревоженным взглядом.
На его скулах ходят желваки, выдавая едва сдерживаемые эмоции.
— Всё в порядке, Мэттью-сси, — хрипло отзывается девушка, невольно касаясь горла.
В
— Противник подорвался вместе со своей игрушкой. Никто не пострадал? — спрашивает она, торопливо оглядываясь по сторонам.
— Слава богу, нет! Благодаря тебе… — Мэтт на миг прикрывает глаза, его плечи слегка расслабляются. — Когда он выхватил гранату, я уж думал…
Он осекается и мотает головой, не договорив. Не время для этого. И так всё ясно.
— Спасибо за заботу, — с улыбкой произносит Соловей и с огромным трудом сдерживает порыв потрепать собеседника по волосам.
Это было бы слишком фамильярно и невежливо. У них всё-таки не настолько близкие отношения, как ей бы хотелось.
Внезапно гарнитуры в их ушах оживают, и оттуда слышится взволнованный голос Егеря:
— Гидеон, Соловей, что у вас? Отчёт!
Мэтт бросает быстрый взгляд на Хва-ён и отвечает:
— Всё чисто. Соловей нейтрализовала смертника. Предотвратила взрыв в столовой. Идём прочёсывать дальше свой сектор.
— Понял. Будьте там осторожны и не суйтесь на рожон. Отбой.
Напарники обмениваются понимающими кивками и устремляются прочь, ловко лавируя в толпе. Времени на передышку нет. Где-то в городе притаилась ещё пара ублюдков, которым не терпится залить улицы кровью. И Соловей сделает всё, чтобы найти их раньше, чем они нанесут удар.
В конце концов, она поклялась, стоя на могиле Кухулина, что больше никто не умрёт пока она рядом. И она намеревается сдержать слово, чего бы ей это ни стоило.
* * *
Закатное солнце медленно опускается за горизонт, заливая Фритаун багряными волнами. В воздухе разлита стылая тишина, но я знаю — это обманчивое спокойствие.
Не успеваю додумать мысль, как Трансивер принимает послание от Ваалиса и дублирует его мне в ухо:
— Егерь, один из врагов обезврежен. Пыталась заминировать штаб.
Хмыкаю про себя. Ну надо же, какие предсказуемые. Полезли к самому высокому зданию в городе.
— Живой взяли? — интересуюсь без особой надежды.
— Нет, — в голосе Осьминожки звучит равнодушие. — Хотела подорваться, пришлось ликвидировать.
— Что ж, бывает, — философски замечаю я, хотя внутри на миг вспыхивает разочарование.
Они ведь действуют не по своей воле. Их вины нет в том, что тупая сука Амира мечтала стать Шамаханской царицей и пленила разум десятков людей.
— Продолжайте поиски. Конец связи.
Следующие
Эрис выходит на меня сама, сопровождаемая Таем. Вид у неё помятый, но глаза горят нехорошим азартом. Знаю я этот взгляд, значит, что-то нарыла.
— Вторую крысу пришлось затравить, — с ходу выдаёт она.
Пистолет-пулемёт девушки покачивается на ремне, наброшенном через плечо.
Одобрительно хмыкаю. Люблю инициативных.
— Тоже к захвату не располагал? — уточняю, хотя ответ, в общем-то, очевиден.
Ана качает головой, протянув раскрытую ладонь в сторону Тая. Тот без лишних вопросов вкладывает в неё банку пива. Правильно, главное в семье это взаимопонимание.
— Молодец, — киваю одобрительно. — Соловей и ребята Ваалиса упаковали ещё двух. Так что трое из четырёх — уже готовы. Осталось найти последнего сообщника за городскими стенами.
Эрис задумчиво прикусывает губу. По глазам вижу — что-то её смущает.
— Выкладывай уже, — подбадриваю, её.
Она медлит пару секунд, потом решительно выдыхает:
— Не нравится мне всё это, Егерь. Слишком просто. Слишком… очевидно, что ли.
— Продолжай, — командую, скрестив руки на груди.
— Ну смотри сам, — Эрис загибает пальцы. — Присылают к нам мелкую группу смертников. Те бестолково гибнут при попытке заложить взрывчатку. Мы их ликвидируем. И чего добился враг? Только нервы нам слегка потрепал, да народ заставил бегать. Масштаб не тот.
Медленно киваю.
— Думаешь, это была просто репетиция? Проверка, так сказать, наших возможностей. Прощупывание слабых мест. Для этого и четвёртый нужен, который снаружи остался. Чтобы доложить руководству об успехе или провале, а также передать всю собранную информацию.
— Именно! — в глазах Эрис мелькает мрачное удовлетворение. — Спорим, эти четверо были разменной монетой. Получилось бы что-нибудь подорвать, отлично. Нет, ну и не страшно. Смысла от них — ноль целых хрен десятых. А вот каким будет кульминация этой пьесы, вопрос открытый.
Если уж Самум действительно готов швырять своих бойцов в мясорубку просто ради проверки нашей боеготовности, сложно предсказать, что они выкинут дальше.
— Надо допросить четвёртого, — замечает она, осушив банку.
— Пойду-ка я прогуляюсь, — произношу небрежно, поигрывая револьвером. — Погода сегодня располагает, опять же воздухом свежим подышать. Ну и мало ли, вдруг компания по душе подвернётся. Всяко веселее, чем в штабе протирать штаны. Тай, ты со мной?
Закидываю оружие в кобуру и шагаю прочь. Спиной чувствую изумлённый взгляд Эрис. Ничего, подруга. Когда-нибудь ты тоже научишься получать удовольствие от сложных ситуаций. Надеюсь только, не раньше, чем поседеешь к чертям.