Оберон - 24

Машков Александр Иванович

– Дальше, наверно, надо ножками, - сказал я, вставая, - Катя, ты идёшь?

– С тобой – да!

Мы вышли из «Мальчика», я постучал перчаткой по броне, как будто прощаясь. Рюкзачки мы захватили с собой.

Взяв Катю за руку, я повёл её вперёд, к смутно виднеющейся стене, которая почему-то вытянулась в длинный коридор с дверями. Обыкновенными дверями, которые, правда, Катя ни разу не видела.

– Тоник, что это? – спросила меня Катя, указывая на двери.

– Катя, это обыкновенные

двери.

– Двери?
– сильно удивилась Катя, - Какие странные… - я понял, что эти двери возникли для меня, значит, мы должны увидеть что-то из моей эпохи.

– Катя, входим? – Катя взглядом ушла внутрь себя, явно плохо соображая, что происходит, потом судорожно кивнула.

Я открыл дверь.

Глава шестая.

Что было за дверью.

За дверью оказался бревенчатый сарай. Забитый всякой всячиной. Какие-то стенды, лопаты, мётлы.

Походив по этому бардаку, нашёл выход.

– Тоник, где мы? – шептала Катя, не выпуская мою руку. Я снял рюкзак, достал из него газоанализатор, включил, считал показания.

– Катя, здесь пригодная для дыхания атмосфера!

– Проверь на биосферу!

Я переключил аппарат на определение болезнетворных микроорганизмов.

Микроорганизмов было масса, всё просто кишело. Но всё было в пределах нормы, наш повышенный иммунитет справится с ними с лёгкостью.

– Кать, выходим? Посмотрим, что там? – Катя кивнула, видно, потеряла дар речи.

Я потянул дверь, но она не поддалась. Заперто? нет, просто открывается наружу. Решительно, но осторожно, распахиваю дверь. Выглянув наружу, увидел пионера. В полной пионерской форме, в синих шортах, голубой рубашке с коротким рукавом, красном галстуке и пилотке-испанке.

Выбивались из картины только глаза, будто выпавшие из глазниц, шириной, как два блюдца.

Я дал команду шлему свернуться, скинул подшлемник.

– Привет, - сказал я пионеру, толкая локтем Катю. Катя тоже показала личико. Пионер ещё больше удивился.

– Вы космонавты? – выдавил он

– В некотором роде, да, - сказал я, - мы с другой планеты, к тому же из другого времени.

– А, а…

– Почему по-русски?

– Да! – обрёл дар речи пионер.

– Я же говорю, мы из другого времени, но мы русские. Правда, Катя?

– Да, Тоник, так!

– Тоник? – удивился мальчик.

– Антон, - поправился я, - Тоник, это уменьшительное от «Антон».

– А-а-а…

– А тебя как зовут, мальчик?

– Федя, то есть, Вася.

– Так Федя, или Вася?

Может, Петя?

– Вася я. Или Петя?

– Успокойся, мальчик, мы не злые, - наконец-то пришла в себя Катя, - Меня зовут Катя, а тебя?

– Вася, - успокоился мальчик. Катя может привести человека в чувство, как и наоборот. Посмотрев на Катю, я убедился, что такая красивая девочка может свести с ума кого угодно. Как мне повезло, что она моя подруга!

– Нам бы перекантоваться где-нибудь, - начал я.

– Что сделать? – удивился Вася.

– Пожить некоторое время.

Глаза Васи опять загорелись:

– Так вы в пионерском лагере! Я скажу Виктору Николаевичу, он позволит!..

– Только не говори, откуда мы взялись.

– А как я объясню, что вы в скафандрах?

– Ой, мы сейчас переоденемся! Кстати, что это за сарай?

– Да, здесь всякий инвентарь нашего завхоза хранится. Он здесь редко бывает.

– Кать, переодеваемся? – Катя кивнула, мы снова вошли в сарай, закрыли дверь, оставшись в полутьме. Катя неуверенно посмотрела на меня:

– И где мы будем переодеваться?

– Предлагаешь вернуться на «Мальчика»? – Катя фыркнула:

– Впрочем, можно и на «Мальчика». Мы вернёмся сюда? – я пожал плечами:

– Возможно, на станцию… - Катя вздохнула.

– Слушай, Тоник, я бы посмотрела, как здесь люди живут.

– Давай тогда, переодеваемся? – я активировал разгерметизацию скафандра, начал выдавливаться из него.

– Тоник! – возмутилась Катя.

– Что? – удивился я, - Отходи вон в тот угол, да и всё. Ты же сама говорила, что будем помогать друг другу переодеваться! Что ли, забыла?

– Да не забыла я, просто это так неожиданно… - Катя сняла свой рюкзачок и пошла в тёмный угол.

– Смыть контактную мазь негде, - ворчала Катя, раздевшись.

– Надо было переодеваться возле озера, или речки, - задумался я.- Но уже поздно.

– Ничего, - сказала Катя, - у нас бельё само очищается.

Мы оделись в трусики и маечки, шортики, и вышли наружу.

Вася округлил глаза:

– Где вы такую одежду взяли?! Инопланетная?!

– У нас другой нет… - смутилась Катя.

– Да любой поймёт, что вы, или из-за границы, или с Марса!

– Не с Марса мы, с Оберона 24… - уточнила Катя.

– Тем более! Что это у вас? – показал он на наш вышитый шеврон.

– Это герб космоархеологов, - пожала плечами Катя.

– Космо… чего?!

– Археологи мы. В космосе ищем исчезнувшие цивилизации, - пояснил я.

– Вы как с Луны свалились! – воскликнул Вася, - Ой! – хлопнул он себя по лбу. – Вы же с этого… как его…

– С Оберона 24, - подсказала Катя.