Обет колдуньи
Шрифт:
Охранник высился над ним, как башня, и доставал вдвое дальше, чем парнишка. И силы у него было неизмеримо больше. Но Тобин кружил вокруг него, маневрируя. Он широко раскинул руки, подставив Дариусу грудь и живот, как мишень. Дариус махнул длинной рукой – такой разрез должен был бы выпустить кишки. Но Тобин со змеиной быстротой просунул меч под рукой и ударил в сердце, на доли дюйма уйдя от смертельного удара. Это был эльфийский трюк, и Тобину много пришлось попотеть, наращивая нужную для него силу кисти. Быстрота была не эльфийская, но близкая к тому.
Келейос подошла почти незаметно, только Белор бросил на неё быстрый
Каррик не обратил внимания, когда она появилась и скользнула между Тобином и Белором. Медные волосы Тобина тёмным овалом окружали лицо. Он улыбался, сверкая глазами. Побеждать Дариуса ему до сих пор не случалось.
Белор скривился в её сторону. Он был готов что-то сказать, но не осмелился – мастер был слишком близко.
Через пять человек слева от неё сидел Лотор, без рубашки, покрытый потом, и глядел на неё своими странными серебряными глазами.
Она отложила в сторону Счастливца и волшебные кинжалы. У себя на тренировках Каррик не допускал заговорённого оружия. Владельцы такого оружия тренировались после полудня или вечером. Приходили охранники и смотрели, а потом стали сами кое-какое магическое оружие использовать. В конце концов Каррик согласился поручить Белленоре, своему заместителю, руководить этими занятиями.
Следующая встреча завершилась быстро – один из охранников попался на приём и едва не лишился носа. Каррик, чернее тучи, повернулся к Келейос. Ей захотелось сжаться и юркнуть за чужие спины, но она сидела прямо и гордо встретила взгляд разгневанных глаз.
Глубокий, насыщенный чувством голос хлестал каждым словом, как плетью:
– Зельн заставил меня допустить ко мне на тренировки волшебников. Я говорил, что учить тех, кто не в страже, – пустая трата времени. Он тогда решил, пусть они будут стражами по совместительству. Он велел, я повиновался. Но я говорил, что заклинатели не бывают хорошими солдатами – их слишком легко отвлечь. Для них магия важнее стали. Но я воспринимаю вас, волшебников, всерьёз. Я вас учу, и вы будете учиться. Вы у меня поймёте, что тренировки важны и должны быть на первом месте. Он выкрикнул её имя. Келейос встала. – Белленора, в круг! – позвал он.
Белленора, высокая и широкоплечая, вступила в круг. В её каштановой косе проглядывали седые нити, хотя ей ещё и тридцати не исполнилось. Одета она была так же, как Каррик, в коричневую куртку без рукавов и штаны. На обнажённых руках виднелись шрамы. Лицо её было обыкновенным, пока она не улыбалась, а тогда становилось красивым. Но светло-карие глаза смотрели на Келейос без улыбки.
Каррик дал каждой щит и меч. Щит был укреплён для боя, а меч заточён. Заточенное оружие в качестве наказания не было необычным. Это был даже своего рода комплимент. На тренировке заточенное оружие давали только лучшим бойцам. Глаза Каррика блестели – он ожидал от Келейос протеста, просто нарывался на него. Но она смолчала, хотя Белленора и была лучшим бойцом. Они будут сражаться короткими мечами со щитами – любимое оружие Келейос, – и Белленора выиграет. Это должно было научить Келейос скромности. Каррик объявил:
– До третьей крови. Царапина считается за рану. Когда они отвернулись, у Келейос перед глазами блеснуло, как резной алебастр, тело Лотора. Келейос помотала головой, отгоняя видение, и Белленора даже спросила её: – Ты готова войти в круг? Келейос кивнула, и танец начался. Им уже приходилось встречаться,
Урок был предназначен больше для других, поскольку Келейос не видела ничего обидного в поражении на тренировке, да ещё от заместителя начальника стражи. И Каррик об этом знал, но таково уж было одно из его традиционных наказаний. Подходящего наказания для полуэльфийки он не нашёл. Он знал, как её рассердить, но привести к раскаянию не умел.
Они крались по кругу, держа щиты вплотную к телу, прикрывая грудь и живот. Любимым оружием Белленоры был двуручный меч. Келейос знала только двух женщин, владеющих двуручным мечом, и Белленора была одной из них. Если на то пошло, то и среди мужчин мало кто умел хорошо работать двуручным мечом. Носили его многие, но лишь немногие обладали нужной силой, выносливостью и подходящим складом характера.
Сначала они проверяли друг друга осторожными выпадами, из которых ни один не достиг цели. Потом Белленора усмехнулась, и Келейос тоже. Зазвенели клинки, и битва пошла всерьёз.
Белленора бросилась вперёд, дугой сверкнул меч. Это было движение мастера. Келейос пропустила выпад, но ответила ударом щита по корпусу. Белленора покачнулась, но обрела равновесие раньше, чем Келейос успела пустить в дело меч.
Келейос обнаружила, что, как бы они ни кружили, её глаза притягиваются к Лотору. Она не могла отвести взгляда от его руки, поглаживающей плечо. Белленора оказалась рядом, вверху вспыхнул клинок. Келейос взбросила сталь вверх, мечи запели, рассыпая искры дождём. Бойцы отпрыгнули в стороны, но по лбу Келейос потекла тоненькая алая струйка. Острие коснулось её. Она поняла, что это кровь, и порез стал саднить.
И того хуже, кровь капала на левый глаз, мешая видеть.
Клинок встречал клинок. Клинок ударялся о щит. Без помощи магии ей было Белленору не сдержать. Зная, чувствуя это, она рухнула вниз. Игра была крупная, и даже в битве за свою жизнь у неё могло бы это не выйти. Белленора покачнулась вперёд, и меч Келейос ударил её поперёк живота. Эльфийская быстрота движений позволила ей откатиться в сторону и приготовиться для следующей схватки.
Но каждый раз, когда она оказывалась лицом к Лотору, её внимание рассеивалось. Что-то тут не то. Келейос решила, пока танец снова не повернёт её лицом к Лотору, испробовать ещё один опасный приём. Это был способ обезоружить противника, популярный больше у эльфов, чем у людей. Клинки встретились. Келейос протолкнула лезвие вдоль клинка Белленоры и повернула острие вдоль рукояти. Это должно было порезать руку и выбить оружие, но за него держалась Белленора. Брызнула кровь, но меч она удержала.
Кровь, текущая из пореза, скоро сделает рукоять скользкой. Келейос отодвинулась, стараясь выиграть время. Противница все поняла и удвоила напор.
Келейос стряхнула кровь с левого глаза, но пока его не протрёшь, он бесполезен. Ничто так не кровоточит, как поверхностная рана головы.
Что бы её ни отвлекало, Белленора это заметила и стала стараться повернуть её в ту сторону. Это действовало, как чары. Глаза Келейос потеряли Лотора, и она поняла, что лежит на траве и острие меча Белленоры касается горла. Свой меч она не бросила. Острие дважды куснуло её в шею – два укола один над другим. Каррик вышел вперёд: – Победа.