Обломок империи
Шрифт:
Впереди ковылял Жан Боккен, спешил, переваливаясь, как утка, и при каждом шаге его ноги издавали шлепающий звук, а висящая мешком одежда шуршала. Или невзлюбила Боккена с первого взгляда. Он смотрел на мир прикрытыми тяжелыми веками глазами, поглаживая заросшие бородой челюсти большим и указательным пальцами. И еще Или не нравились мужчины, которые пользуются духами.
— Вот она, — наконец произнес Боккен, указывая на одну из многочисленных дверей. Надпись на ней гласила: «Центральная лаборатория».
Или небрежно улыбнулась и толкнула
— Профессор Адам? — спросила Или, когда за Боккеном закрылась дверь.
— Да! Да. — Он вздрогнул, но сразу овладел собой. — В чем дело? Я не понимаю. Я ничего не сделал.
Или улыбнулась ему своей обаятельной улыбкой и, подойдя ближе, взяла за руку.
— О, профессор, нас интересуете не вы, нас заинтересовал один из ваших учеников.
— Пул? Больше никто у нас не интересовался Седди.
— Анатолия Давиура, — поправила Или, отметив про себя имя Пула.
— Ана? — Адам казался растерянным. — О, вы хотите сказать, она что-то сделала, пока отсутствовала во время мятежей?
— Нет, нас интересует проект, над которым она работала. Могу ли я увидеть ее рабочее место?
— Сюда.
Или последовала за ним мимо зачехленного оборудования в дальний угол. Там стоял письменный стол и настенный комплекс, состоящий из компьютера и микроскопа. Предметы на столе выглядели так, будто их оставили всего лишь минуту назад.
— У вашей Аны был исследовательский файл, к которому имели доступ только вы и она. Я бы хотела посмотреть его.
Адам громко сглотнул, его кадык задвигался.
— Я не люблю вмешиваться в исследования моих студентов…
— Пожалуйста!
— Да, мадам.
Адам опустился на стул, включил систему, его пальцы заплясали по клавишам. Он послал компьютеру команду:
— Выдать список файлов Анатолии, пожалуйста.
— Доступ закрыт. Введите ключ.
Адам, выведенный из равновесия, пошарил в кармане, достал связку ключей и, перебрав их, нашел нужный. Наконец, он опустил руку и, вставив свой главный ключ в скважину на уровне колена, открыл ящичек. В тот же момент на экране появился список файлов.
Или нагнулась и вытащила из ящика пачку распечаток. На ее взгляд длинные колонки цифр не имели смысла. Не относились к делу и их заголовки.
— Что все это?
Щурясь, Адам взял тяжелую распечатку.
— Наверное, ее исследование. Посмотрим-ка: да, здесь. Файл 7355. Он должен быть и в компьютере тоже.
Он быстро дал соответствующую команду, и появились новые потоки данных.
— Что все это значит, профессор? Говорите простыми словами, которые мне понятны. Я не ученый.
Адам подался вперед, наморщив лоб. Он просматривал цифры, постукивая пальцем по клавише, передвигающей строчки.
— Ну, на первый взгляд, это изучение ДНК — кодирование наследственности.
— Наследственности? Вы имеете в виду генетическую,
— Да. Она сравнивает родительские типы с одним потомком. В этом нет ничего необычного. Мы проводим такое… Минутку! Теперь я уже попал на F1!
— Эф один?
— Потомок. F1 обозначает первое поколение. Я этого не понимаю! — Он сощурился на данные, чуть склонив голову набок. — Это немыслимо.
— Что немыслимо?
Адам вытащил лазерную ручку и начал делать пометки. Кончиком ручки он указал на колонку букв: Ц, Г, А и Т в различном порядке и последовательности. Небольшие галочки были вставлены, чтобы разместить отрезки набора.
— То, что вы наблюдаете здесь, министр, — это расщепленное сопоставление двух участков одной и той же хромосомы человека. Та, что слева — материнская, участок человеческой хромосомы 7-1. Это достаточно часто используют как некий стандарт отчета. Это одна из общих генетических структур, которую имеют все люди. В данном случае порядок правильный. Теперь сравните это с тем, что вы видите на правой половине экрана — с отцовской, или хромосомой человека 7-2. Строение ДНК должно быть зеркальным отражением материнской — но это не так.
— А почему это важно?
Адам потер скулу, не отрываясь от схемы.
— Потому что я никогда раньше не видел такой структуры.
— Возможно, какая-то странная вариация…
— Министр, я попрошу вас. — Адам бросил на нее высокомерный взгляд, — Вы занимайтесь безопасностью, а я буду заниматься генетикой. Я пытаюсь вам сказать, что никто прежде не видел подобного сочетания. Очевидно, она жизнеспособна, иначе экземпляр F1 не развился бы.
— Какая-то мутация?
Адам покачал головой.
— Шансы на это — один к десяти триллионам. Вам следует кое-что понять. Нельзя просто перемешивать ДНК. Молекула ДНК — чертеж всего организма. Если вы что-то меняете, скажем, подставляете аденин вместо цитозина, меняется и основной код. Если, например, этот код давал полипептидную цепь, которая составит мышечную клетку, то несущая ДНК не поставит нужные аминокислоты в порядке, необходимом для создания мышечной ткани.
При виде недоумевающего лица Или Адам несколько раз сжал и разжал кулаки и нахмурился.
— Хорошо, представьте себе вот что. Что произойдет, если вы произвольно замените кусок программы компьютера? Скажем, подставите 1 вместо 0 в бинарном коде программы?
— Это будет зависеть от того, что было в программе: какая команда оказалась затронута. Если место неудачное, то может быть разрушено все программное обеспечение.
— Вот именно. И человеческие ДНК точно такие же, если не считать того, что мы имеем дело не с бинарной системой, а с кватернарной. Видите, каким разрушительным может оказаться любое изменение? Одна точка мутации — переход от гумина к тимину, например, — и организм не сможет вырабатывать такую важную аминокислоту, как валин. Не будет валина — не будет полипептида — не будет клеточного метаболизма — не будет жизни.