Обольститель
Шрифт:
— Мой ответ вам известен, — сказал Дастин. — А что предлагаете вы?
— Предоставим лорду Ленстону возможность самому себя выдать. Пусть Арчер и Перриш встретятся со Стоддардом, он им откажет, и граф начнет паниковать. Проникнуть в Тайрхем и причинить Стоддарду вред ему не удастся. Так что Ленстону придется отказаться от участия в дерби и, стало быть, потерять деньги. Значит, он вынужден будет действовать. Трудно предугадать, что предпримет человек, загнанный в угол, но…
— Но мы будем там и проследим за ним, — подхватил Дастин.
— Совершенно верно, милорд.
— Правда,
— И полиция не сможет его арестовать, не имея прямых доказательств.
Дастин задумчиво кивнул, просчитывая возможные ходы. Но тут он поймал умоляющий взгляд Николь и, медленно повернувшись, посмотрел на Ника Олдриджа.
— Если Саксон переберется в ваш коттедж, поедет с нами в Эпсом и ни на минуту не будет покидать Николь, если я пообещаю вам убить каждого, кто захочет причинить Николь вред, вы согласитесь на ее участие в скачках?
— А вы? — бросил в ответ Ник. — Вы же любите ее!
— Именно поэтому я говорю — да.
Ник, казался, пребывал в полном смятении.
— Папа! — взмолилась Николь. Глаза ее были полны слез. — Мы ведь придумали Олдена Стоддарда именно по той причине, что ты отказался поступиться своей порядочностью. Почему же я должна вести себя иначе?
— Хорошо, — сдался Ник, рубанув воздух рукой. — Вероятно, за эти дни я постарею лет на десять, но делать нечего. Согласен.
— Спасибо, папа! — Подбежав к отцу, Николь крепко его обняла, а затем, шагнув к своему будущему мужу, приподнялась на носках и звонко чмокнула его в щеку.
Глава 17
— А вот и лорд Тайрхем!
При звуке голоса Ленстона Дастина передернуло, хотя присутствие графа в Эпсоме не было для него неожиданностью. Дастин находился на трибунах с самого утра и был готов к встрече с Ленстоном. По утверждению Саксона, граф должен был появиться именно сегодня, чтобы отвлечь внимание Дастина и дать возможность Арчеру и Перришу без помех побеседовать со Стоддардом.
— Доброе утро, Тайрхем!
Дастин повернулся к человеку, которого много лет называл другом, и одарил его улыбкой, изобразив на лице искреннее удивление:
— Привет, Ленстон. Вы уже здесь? Ведь состязания начнутся только завтра.
— Хочу присмотреться к соперникам, — ответил граф. — Особенно к вашему Стоддарду. Надо признаться, его искусство верховой езды производит впечатление.
— Согласен, — усмехнулся Дастин, подавляя страстное желание придушить Ленстона на месте. Он невольно бросил взгляд на Николь, которая направлялась к ипподрому в сопровождении Брекли и Раггерта. В дальнем конце Дастин заметил Саксона, который неотрывно следил за Николь. — Скажите, Ленстон, — обернулся к графу Дастин, — почему вас так интересует Стоддард?
— Разве я вам не объяснил? Кстати, хочу предупредить вас: у Стоддарда будет сильный соперник.
— В самом деле? Кто же?
— Бейкер.
— Бейкер? Я полагал, он в отпуске — наслаждается своей победой в Ньюмаркете.
— Был в отпуске, но я убедил его вернуться пораньше, и он об этом не пожалеет. Бейкер выступит на моем Демоне. Не мог же я не ответить на
— Что-то я не припомню никакого вызова.
— Да нет же, вы его сделали. Не прямо, конечно, — это не в вашем стиле. Но вы заявили, что Стоддард непобедим. Я тоже захотел попытать счастья, особенно если вспомнить поразительные результаты, которые показывает в этом сезоне Демон. Этот жеребец победил во всех скачках, в которых участвовал. Так что ваш вызов принят, друг мой.
— Отлично. — Дастину потребовалось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не размазать по физиономии Ленстона его нахальную улыбочку.
— Тайрхем, — спросил граф, склонив голову набок, — мое решение вас расстроило?
— О, нисколько! — непринужденно отозвался Дастин. — Напротив, нам со Стоддардом это поможет более трезво взглянуть на свои возможности. Но если мы все же выиграем, то это будет не просто победа, а настоящий триумф.
— Ну что ж! — Улыбка сошла с лица Ленстона, и он еще раз пристально посмотрел в дальний конец ипподрома. — Посмотрим, кто первым придет к финишу.
— Не заключить ли нам маленькое пари? — любезным тоном предложил Дастин. — Скажем, на пятьсот фунтов?
— Почему бы и нет? — отозвался Ленстон, и глаза его блеснули.
— Значит, договорились.
Ленстон бросил очередной взгляд на ипподром.
— Скажите, Тайрхем, Стоддард будет участвовать только в этом дерби? Ведь после Эпсома через несколько дней пройдут соревнования двухлеток. Почему бы вам не заявить своего жокея еще и на эти состязания?
Дастина захлестнула волна гнева, но он не подал вида, что страшно раздражен. Этот мерзавец собирается навсегда закабалить Стоддарда!
— Об этом не может быть и речи, — сказал он. — Стоддарду будет необходим отдых.
— Возможно. Но сегодня последний день подачи заявок. Уверен, что судьи пойдут вам навстречу и позволят зарегистрировать Стоддарда в последнюю минуту.
Дастин пропустил мимо ушей сарказм, прозвучавший в словах Ленстона.
— Что ж, я подумаю.
— На вашем месте я бы поступил именно так. К тому же этот юноша наверняка не будет возражать против того, чтобы подзаработать лишнюю сотню фунтов. — Ленстон в который уже раз оглянулся на ипподром. Дастин заметил, как блеснули глаза графа. — Я должен идти. Хочу лишний раз убедиться, что Демон готов к победе. До встречи, дружище.
— Всего наилучшего, — по привычке произнес Дастин. Он почувствовал тревогу. Уж очень спешно Ленстон покинул ипподром. Значит, Арчер и Перриш уже успели встретиться с Николь. И не Саксону, а ему, Дастину, необходимо лично убедиться в ее безопасности.
Маркиз дождался, когда Ленстон скрылся из виду, и поспешил к Николь, мысленно повторяя план действий, разработанный Саксоном: Николь пожалуется на боль в мышцах, обеспокоенный Дастин предложит ей немедленно отправиться в Тайрхем в его экипаже, даст распоряжение Брекли и Раггерту позаботиться о Кинжале и затем следовать за ними. День близится к полудню, в Эпсоме в это время народу предостаточно, так что Николь остается Стоддардом, Дастин — заботливым хозяином, а Саксон — их кучером.