Obscure

So..The End

Фрагмент школьной жизни Гермионы растаял во тьме.

Долгое время ничего не происходило.

Что за?

— Мне это не нравится… — я была согласна с ней.

Общее ощущение внезапно изменилось. Я почувствовала нечто давящее и сковывающее… Ненависть. Ненависть ко всему.

Тьма постепенно превратилась в образы. Мы оказались в каком-то мрачном кабинете. Перед столом сидела маленькая девочка. За ее черными локонами не было видно лица, но я узнала, кто это — Я. Каким-то боком мы попали в мои воспоминания. И различие от светлых и ярких эмоций,

какими были воспоминания Гермионы, здесь было всё не так — на ощупь можно было прочувствовать всё напряжение и злобу.

— Эл… Я этого не помню, — услышала я голос Гермионы.

— И не вспомнишь. Потому что это мое воспоминание. Весьма гадкое воспоминание.

И снова, мой скотский мозг почему-то хорошо помнит только худшее.

— А… Это ты? — только и протянула Грейнджер.

— Воровство у нас не терпят! — кричала на девочку безликая тучная женщина. — Ты вернешь все игрушки и извинишься перед ними! Ты слышишь меня? Отвечай, когда с тобой разговаривают взрослые!

— Заткнись… Я не хочу слышать, — для своего раннего возраста девочка говорила очень сносно.

— Что?! Как ты смеешь так разговаривать! Ты будешь наказана!

— Заткнись… Заткнись… Я не хочу этого… — повторялся вновь и вновь голос девочки, постепенно угасая во тьме.

— О чем это она? — услышала я мысли Гермионы.

Боже… Надеюсь, что она не… Тск… Сдерживать мысли куда сложнее чем рот.

Гермиона услышала мою недоговорку и поспешила спросить:

— Эл… Откуда это воспоминание? За что тебя так?

Когда я собиралась с мыслями для ответа произошло то, чего больше всего боялась.

— Элейн, что происходит? Я тут уловила странные волны, — появилась Эльсерафи. — Здравствуйте, а вы кто? — заметила она Гермиону. А Гермиона заметила её.

Мда… Приплыли. Теперь мне точно не отвертеться от вопросов.

Глава 28 Линия жизни II

Одним своим появлением Эльсерафи поставила жирную точку невозврата. Я судорожно обдумывала все правдивые варианты насчет Эльсерафи, но находясь внутри разума, трудно скрывать свои настоящие мысли. Как вообще можно объяснить, что в твоей голове есть кто-то помимо тебя? Дабы прекратить собственные душевные муки, пытаясь отвертеться, я решила сказать правду. В кои то веке можно же…

— Гермиона, знакомься с Эльсерафи.

— Привет, — вымолвила в ответ полностью обескураженная девушка.

— Элейн, что происходит? — не удосужилась представиться в ответ Гермионе моя дражайшая «я».

— Эльси, тут это… — как же сложно объяснить. И, честно, как-то в лом, — В общем, не бери в голову.

Ага, видели? Вот наглядный пример мастерского ухода с неудобной темы. Естественно, такое не прокатит. Однако, всё произошло с точностью до наоборот. Хм… Впредь возьму на вооружение. Услышав мой фиговый ответ, почему-то никто из них не стал сыпать меня вопросами.

— Как скажешь, Элейн. Почему здесь слишком тихо? — говорила о чем-то своем Эльси, прогуливаясь по пустой комнате.

— Эл,

что происходит? — подошла ко мне Гермиона и спросила тихим шепотом.

— Если вкратце, то я — немного того, ну, ты понимаешь, — в знак подтверждения своим словам я даже сделала руками спирали возле виска, типа у меня не все дома.

— Эм… Не понимаю.

— Короче, она — моя другая личность. Хотя, я бы еще поспорила, а «моя» ли?

— Элейн, я не могу выйти отсюда, — раздался рядом голос второй «я». Та словно мим упиралась об невидимую стену.

— Погоди, не спеши. Тебе тоже будет полезно немного узнать о настоящем мире.

— О настоящем? — настал черед удивляться Эльсерафи. — Разве мы не в настоящем мире?

О, боги… Мне что, придется объяснять ей всё как маленькому дитё? Хотя, да. Повадки Эльсерафи имели много общего с маленькими детьми.

— Пока не думай об этом. Если хочешь, я потом всё объясню.

— Хорошо.

— Эльсерафи, верно? — до сих пор не приняв всю истину, Гермиона обратилась к ней.

Та вновь ничего не ответила. Зато хотя бы кивнула. Всем своим видом Эльсерафи показывала, что ей здесь не очень нравится. Она всячески держалась от неё как-то отстраненно, словно застенчивый ребенок, который оказался в кругу незнакомцев.

— Как ты здесь оказалась?

— Элейн? — посмотрела сначала на меня Эльси, будто бы ища разрешения ответить на вопрос Гермионы.

— Эльси, ничего не бойся. Здесь все свои. Ну, как бы…

— Свои… — ее реакция на это слово была довольно странной. — Я уловила изменения в фоне.

— Я… Ясно, — ответила Грейнджер и сразу же обернулась ко мне. — О чем она?

Я тоже хотела бы узнать, но… Нет. Лучше не знать.

— Гермиона, давай потом. Нам нужно быстрее собрать твои воспоминания и привести в порядок. Иначе нам не просто пиздец, а полный…

— Ладно, — нехотя согласилась Грейнджер, продолжая с великим интересом посматривать на пепельноволосую.

Третье по счету воспоминание гриффиндорки началось с мелодичной музыки и запаха свежескошенной травы, который ощущался уж слишком явно. На серой стене перед нами появилось изображение, как на экране в кинотеатре. В кадре показалось открытое окно, за которым стояла чудесная ясная погода. Фокус камеры плавно перешел на столик рядом, где играл патефон. Музыкой наслаждался старик в очках и в теплом халате. Рядом с ним сидела и читала книжку маленькая девочка с длинными косичками и пышным бантиком.

— Деда, я могу еще побыть у вас? — с мольбой в голосе спросила девочка, на что старик тепло улыбнулся.

— Конечно, но разве ты не скучаешь по маме и папе?

— Скучаю… Но когда вернусь, мне снова не с кем почитать книжки.

— А ты найди себе друзей. Уверен в новой школе у тебя будет полно друзей.

— Школа… — немного надулась девочка. — Мне здесь нравится.

Маленькая Гермиона разговаривала с дедушкой, и от теплой и такой милой атмосферы мне аж стало не по себе. Брр, словно я увидела кадры из фантастики.