Объятья

Ширвингтон Джессика

Когда мы приблизились к месту, я начала чувствовать небольшой гул, вибрирующий во мне. Я попыталась взять его под контроль. Оглядываясь в прошлое, это был бы хороший момент, чтобы убежать. Непредусмотрительная стерва.

Я увидела первое тело и преждевременно расслабилась. Это было ужасно, но не ужасающе, просто инертная форма. Мое внимание было обращено на двух других жертв, и моя рука метнулась ко рту. Меня замутило. Обе были женщинами; молодые, красивые и голые. От них уже начал исходить сильный запах, сочетание сырого мяса и соленой крови, засохшей от жары. Я прижала руку ко рту, когда я увидела дыры на месте их желудка. Рядом с ними была гора... органов, я думаю. Словно чья-то рука

ворвалась в них и вытащила их внутренности, бросая их рядом с пустыми тушами. Это было чудовищно, сцена полного уничтожения.

Я обхватила руками живот, пытаясь игнорировать это, самым страшным было ощущение, бурлящее внутри меня, продвигаясь в самых волокнах того, чем я была - чистое удовольствие. Тот, кто сделал это, испытал в конечном итоге радость от процесса. И я тоже это почувствовала. Отчаянно пытаясь отвести взгляд, я переключила свое внимание обратно на другое тело. На этот раз я действительно это видела. Я слышал это и раньше, как разум человека может как-то защитить от переработки таких вещей, которые слишком пугающи. Мужчина, все еще одетый и умеренно безмятежный лежал в состояние пустоты, не так, как он был мертв, а так как он погиб. Трупы, было похоже, наконец успокоились, но теперь я знала, что Гриффин имел в виду, когда он сказал, что мы не находим покоя. Некому было. Я смотрела на каждого из них, в ужасе, мое сердце кровью обливалось по ним. Я почувствовала удушье.

Как только я ощутила яблоко кончиком языка, я знала, что последует остальная часть чувств. Я сделала несколько шагов, пытаясь уйти. Бесполезно. Образы утра и вечера вспыхнули у меня перед глазами, ослепляя меня. Это было...насилие. Боль. Я упала на колени и закричала. Я слышала, как Линкольн кричал, хотя он не прикасался ко мне. Я хотела остановить его, но я не могла. Холодный жар потек сквозь через мое тело. Я почувствовала себя жесткой статуей изо льда с извергающимся вулканом внутри. Я слышала свои собственные крики. Вдалеке. Спина выгнулась, руки свесились до земли, костяшки пальцев скребли бетонный пол. Руки обвивали мою талию, помогая мне выпрямиться, когда я запрокинулась назад, даже больше. Другая рука оказалась на щеке, держа меня до сих пор. Я почувствовала, как я ускользаю, теряя чувства. Я пыталась сосредоточиться, пыталась вспомнить, что Феникс рассказывал. Эмоции, мне нужно контролировать свои эмоции. Или отвлечь их чем-то, что может полностью поглотить меня. Я надеялась, что на моей талии была рука Линкольна.

– Поцелуй меня, - прошептала я. Руки на моем лице застыли. Еще одна волна чувств сильно ударила по мне.

– Поцелуй меня, пожалуйста!
– На сей раз я прокричала.

Он набросился на меня, проламываясь сквозь барьеры. Столь прекрасно очерченный в рот прикоснулся у моим губам... мы растаяли. Тот же холодный, чистый бриз, я чувствовала на себе после прикосновения Линкольна, как когда я впервые держала браслет, и он прошелся по моему телу, моей душе. Он сдул смрадный запах цветов, как ветер в поле. Я почувствовала, как яблочный вкус исчезает, пока все, что я могла чувствовать - был его очень реальный рот. Мое тело выливало жар и гул энергии в него, пока он не вобрал все это в себя. Птицы окружили нас и улетели вдаль. Он притянул меня ближе. Становясь на колени передо мной, он с жадностью поцеловал меня, и я почувствовала... правильность. Утро и вечер отступили. Остались просто мы. Тишина окружала нас. Мое сердце трепетало, и я поцеловал его, зная, что действительно любила его. Мое сердце кричало, и я отпрянула, зная, что он действительно предал меня. Я упала на землю. Он упал на землю. Я заплакала. Он закричал.

Медленно, комната и люди вокруг нас вернулись в поле зрения. Гриффин был рядом и задавал миллион вопросов, которые я не

могла понять. Я не знала, была ли боль, нахлынувшая на меня, реальной или же нет. Я оглянулась через плечо и увидела мертвые тела, лежавшие вокруг. Было похоже, что я - одна из них.

– Линкольн?
– Прохрипела я.
– Он в порядке?

Магда склонилась над Линкольном, там, где он лежал на земле. Я чуть-чуть подползла к нему. И не пропустила обвиняющий взгляд, которым она выстрелила в меня, прежде чем отошла. Изо всех сил, которое только что текли через мое тело, мне пришлось бороться с мгновенным желанием ударить ее по лицу кулаком.

– Линк.
– Голос хрипел, когда я старалась сдержать слезы. Он посмотрел на меня, дрожа.

– Ты не ранена? Я не сделал тебе больно?
– Он тяжело дышал.
– Немного больше, чем перегрузка. Я никогда не чувствовал ничего... Вайолет, твой...
– Он отвернулся от меня, чтобы посмотреть на Гриффина, тот теперь тоже встал на колени рядом с ним.
– Ты видел это? Чувствовал все это?

Гриффин был спокоен.

– Я видел это, но не чувствовал его. Расскажи мне.

Линкольн посмотрел на меня.

– Можно?

По крайней мере, он спросил мое разрешение. Я тихо кивнула. Я больше не могла притворяться, что ничего не происходит.

– Я почувствовал все пять, Грифф. Она даже не поняла, но у нее есть все пять чувств, каждое сильнее, чем я когда-либо чувствовал. Когда я к ней прикоснулся, она скормила их мне. Я чувствовал их полностью. Это, как если бы она... она не просто ощущала их, но... она становится ими.

Ну, да, я как будто я была, блин, одержима!

Гриффин помолчал, потом спросил.

– Почему поцелуй?

Хороший вопрос. Линкольн посмотрел на меня. Пожалуйста, не заставляй меня отвечать на этот вопрос.

– Я думаю, это потому, что она не могла это контролировать, не могла это остановить. Когда я поцеловал ее, она повела себя как канал. Как будто мы могли поделиться чувствами и дать им некий выход. После того, как они прошли через меня, они ушли.

Гриффин с любопытством посмотрел на меня.

– Значит, кто-то просто должен поцеловать тебя, чтобы контролировать это?

Я видела, что глаза Линкольна вспыхнули, когда он ждал моего ответа. Я знала, что он задавался этим вопросом, испытывала ли я эту теорию раньше.

– Нет.
– Я покраснела. Я не могла сказать, что знала. Не могла сказать, что я целовала Феникса и он не остановил чувства.
– Я... я не знаю, - соврала я.

– Правильно, поэтому у нас должен быть Линкольн под рукой в случае, если это произойдет снова.
– Гриффин нахмурился, но, когда он увидел ужас на моем лице, он смягчился.
– Я бы хотел дать тебе ответы, Вайолет, но у меня их нет. Я никогда не знал другого Грегори, который овладевал всеми чувствами или так остро ощущал, что могут ощущать изгнанники после своего уничтожения. Может быть, это всего лишь временно и Линкольн - единственный, кто может помочь тебе, потому что он - твой напарник. Вы призваны дополнять друг друга, хотя такой тесный физический контакт не...

Он и Линкольн переглянулись.

– Не сейчас, - сказал Линкольн. Они что-то утаивали от меня. Я почувствовал, что моя защита обострилась. Мне не хотелось быть обманутой снова.

– Сейчас, по крайней мере, мы должны выяснить, что случилось здесь сегодня вечером. У меня есть кое-какие контакты, которые должен быть в состоянии сообщить мне, если какие изгнанники света были забраны... мы можем начать с этого. Мы должны знать, с кем мы имеем дело, особенно если они имеют номера.

– Согласен, - сказал Линкольн.
– Но мы должны убрать Вайолет отсюда в случае, если чувства вернуться.
– Он уже вставал, отряхиваясь.