Объятья
Шрифт:
– Я сделаю это.
– Все НОРМАЛЬНО. Я могу...
– Он он прервал меня, передвинувшись лицом ко мне. Я не смогла взглянуть на него.
– Позволь мне позаботиться о тебе.
– Он пригладил мои волосы и я судорожно выдохнула, боясь отпустить.
– Пожалуйста. Только сегодня. Прежде...., - произнес он, чуть громче, чем шепот. Я подняла глаза и была захвачена напряженностью в его сияющих зеленых глазах. Я почувствовала как мое тело расстаяло в ответ. Последние воспоминания поблекли.
–
– пробормотала я. Он моргнул и сделал шаг назад.
– Ничего. Ты еще не решила что будешь рисовать?
– Он взобрался на табурет. Я сидела на полу и смотрела как он заканчивает грунтовать стену, мышцы на его загорелом предплечье изгибались с каждым взмахом. Просто рядом с ним дела шли лучше. Так было всегда. Я еще полностью не решила что собиралась нарисовать, но я хотела чтобы это напоминало то, как дом Линкольна всегда ощущался для меня, и , я полагаю, мне хотелось чтобы он знал что он заставляет меня чувствовать.
– Вроде того. Это будет что-то вроде ...ауры, полагаю.
– Он взглянул на меня и изогнул бровь.
– Объясни?
– Словно силы извне пробиваются сквозь стены, тут, как будто "пузырь добра". Как возвращение домой.
– Я почувствовала как он улыбается и это подтолкнуло меня к уточнению.
– Когда я думаю о том как другие бы увидели это, я предстваляю, как они видят силы дорбра сражающие с силами зла, защищая их.
Линкольн практически упал с табурета. Он спрыгнул на пол с выражением шока. Я попыталась переубедить его.
– Не беспокойся! Это будет тонко и мягко, но ничего девчачьего. Тебе понравится.
– Взволнованная тем, что я почти потеряла свою стену, даже не успев начать, я быстро добавила, - Если тебе не понравится, я обратно закрашу все белым для тебя. Обещаю!
– Нет...нет, звучит великолепно...совершенно, фактически. Я просто был удивлен. Услышать, что ты объясняешь это подобным образом. Стороны добра и зла. Ты...много размышляешь об этом? О добре и....зле?
– Я выдохнула с облегчением. У меня все еще была моя стена.
– Ммм.... я не знаю. Не совсем. Я действительно не знаю , что я чувствую по поводу этого божественного спора.
– Хотя, по правде говоря, я знала.
– Ты же знаешь, я не религиозна.
Как я могла верить в Бога? Кокой ублюдок мог оставить меня без матери в тот момент, когда я появилась на свет? Оставил меня в одной комнате с психом, который навсегда оставил неразбериху в моей памяти? И это только я - даже не хочу начинать об остальном мире. Господь? Он просто затерялся для вопроса, но очень даже находчив для молитв. Он кивнул, как если бы услышал все те вещи, о которых я не сказала.
– Так же как и я. Но я верю, что существуют силы добра и зла в устройстве нашего мира и...по ту его сторону. Я верю что между нами и "божественным спором", - он пошевелил пальцами, создавая невидимые кавычки, - существует еще один слой, так сказать.
– Еще один слой?
– спросила я.
–
– Другие миры, другие...существа.
– Правда?
– произнесла я, немного раздраженно.
– Это что, со всякими там потусторонними штуковинами?
– А? С тобой разговаривал кто-то еще?
– спросил он, неожиданно шагнув ко мне.
– Нет...ну, что то вроде того. Моя мама тоже верила в духов, или что-то вроде этого.
– Оу, - произнес он, выдыхая и слегка отступая назад.
– Итак?
– подсказала я, желая увести его от темы моей матери.
– Ты веришь в то, что другие существа или чтобы там не было хорошие?
– Может быть. Но со всеми такими вещами должен существовать баланс. Знаешь, свет и тьма, солнце и луна, Инь и Янь... Так что, там где существа творят добро, должны быть также те, которые наоборот.
– Ты имеешь в виду, зло?
– спросила я, чувствуя смущение.
– Может быть не столь четко как это. Быть может это наличие всего одного - света или тьмы - что обусловливает существование другого. Подумай над этим, люди не смогли становиться легендарными героями, если они сперва не совершали что-либо, чтобы побороть тьму. Доктора бы не делали ничего хорошего, если бы не существовало болезней, чтобы они могли их лечить.- Его глаза сосредоточились на мне, желая чтобы я поняла. Когда он увидел это, он не желал награды, он хохотнул и улыбнулся, протягивая мне руку, чтобы поднять меня с пола. Я поднялась и забрала кисть из его руки.
– Ничего если я скажу,что я абсолютно не поняла о чем ты говорил?
– Ты поймешь, - тихо произнес он, поворачиваясь по направлению к кухне, прежде, чем я смогла увидеть его лицо.
После того как он мпомог мне очистить кисти, а я помогла ему убрать кухню, я схватила свою сумку а он схватился за ключи в унисон, останавливась, чтобы улыбнуться друг другу, как у нас это бывало. Мне нравилось это в нас...чтобы это не было. Мы не обсуждали какие-то вещи; у нас была своя собственная маленькая рутина. Я знала, не спрашивая, что он отвезет меня домой, а он знал, не спрашивая, что я позволю ему. Когда он припарковал свои полноприводные колеса возле моего дома, он заглушил двигатель и повернулся ко мне.
– Со мной все НОРМАЛЬНО, - произнесла я, прежде чем он мог спросить. Он кивнул и мрачно улыбнулся.
– Мы пойдем бегать утром?
– У меня ранее шопинг-свидание со Стеф.
– Я была рада что у меня была законный предлог чтобы выбраться на десятикилометровую пробежку. Линкольн одарил меня мягкой улыбкой.
– Бу-га-га, праздничный шопинг.
– Да, и не начинай. Я полагаюсь завтра на тебя, что ты не будешь обращать на меня никакого внимания.