Очень плохой профессор
Шрифт:
Матвей кончил сразу вслед за ней. Глухо застонал, содрогнулся и замер, придавливая ее к дивану своим весом.
— Оля… — Целуя ее в шею, прошептал он.
Девушка все еще обнимала его, не позволяя встать.
Они лежали и молчали. Он все еще был в ней, и его сердце ныло от нежности при взгляде в ее прекрасное, раскрасневшееся и довольное лицо. Во рту пересохло, ноги онемели. Все тело опустошенно и умиротворенно звенело. Это был прекрасный миг единения, и Матвей поймал себя на мысли,
— Ты так красиво кончаешь. — Признался он, приподнимаясь и целуя Ольгу во влажный лоб. — Смотрел бы вечно.
— А я ничего не помню. — Улыбнулась она, водя пальцами по его крепкой спине и ягодицам. — Всё как в тумане.
«Наверное, это стоит воспринимать как комплимент», — подумал мужчина. Его член выскользнул из нее, и Озеров лег рядом.
— Тебе было хорошо? — Решил он уточнить на всякий случай.
— Мне никогда не было так хорошо. — Смущенно прикусила нижнюю губу девушка.
— Теперь буду стремиться к «отлично». — Рассмеялся он, любуясь ее телом.
Это доставляло ему особое, ни с чем несравнимое удовольствие. И даже гордость — это ведь была его девушка. И она раскрашивала его серую жизнь новыми красками. Чего только стоила вот эта ее немного наивная, светлая улыбка. Он готов был перевернуть весь мир ради того, чтобы видеть ее снова. Лежать вот так с ней рядом, когда по телу растекается слабость, и чувствовать ее тепло — это, мать его, что-то особенное! Просто потрясающее!
— Я в душ. — Ольга запечатлела на его горячих губах поцелуй и встала. — Ты пока можешь открыть вино.
— Отличная идея, но я за рулем. — Он дотянулся и слегка сжал ее попку.
— Кайфолом! — Улыбнулась она. — Тогда просто поедим, а вино оставим на следующий раз. — И накинула халатик.
— Умираю, хочу есть. — Лениво потянулся мужчина.
— Как раз успею сполоснуться. — Она наклонилась, провела по его груди пальчиком от солнечного сплетения вниз до пупка и закусила нижнюю губу. — Жди меня.
Выпрямилась, развернулась и, нагло виляя красивой попкой, заспешила в ванную.
Озеров наблюдал, как ее изящные босые ступни касаются пола, и понимал, что вот-вот заведется снова с пол-оборота. Он встал, снял презерватив, отнес его в кухню, бросил в мусорное ведро, затем взял телефон и проверил, не звонила ли дочь. Пропущенных вызовов не было. Когда в ванной зашумела вода, мужчина подумал, что принять душ вдвоем было бы замечательной идеей.
Едва профессор сделал шаг, как раздался звонок в дверь.
— Я сам расплачусь за заказ, — крикнул он Ольге.
Ткнул кнопку домофона и вернулся в комнату. Быстро натянув нижнее белье и брюки, Озеров взял портмоне и направился
— Паулина Аркадьевна, — он почтительно отвесил гостье вежливый полупоклон.
— Матвей?.. — едва не уронила челюсть на пол женщина.
41
Ольга выключила воду и потянулась за полотенцем. По телу все еще блуждала приятная истома. Девушка в уме прикинула: сколько у них с Матвеем оставалось времени? Пара часов? Если не затягивать с ужином, они могли бы повторить начатое еще разок.
Или даже дважды. Внезапно проснувшаяся в ней сексуальная энергия требовала немедленного выхода. Алексеева даже пугалась того, что не узнает себя. Она не ожидала, что будет чувствовать себя такой… ненасытной.
Ольга быстро промокнула тело большим полотенцем, наклонила голову вниз и обернула им волосы. Замотав полотенце в тюрбан, она выпрямилась, вылезла из ванной и накинула халатик. Пожалуй, если не завязывать пояс, то останется больше шансов на то, что мужчина откажется от ужина и вплотную займется ее телом.
Девушка взглянула в зеркало. Румяные щеки, припухшие от поцелуев губы и сияющие глаза. Черт, да она такой счастливой не выглядела, даже когда поступила в университет! Это было последним запоминающимся событием, больше сравнивать было и не с чем.
Оля улыбнулась своему отражению, стащила с головы полотенце, и ее влажные волосы красиво рассыпались по плечам. Ей нравилось то, какой соблазнительной она выглядела. Девушка начинала постепенно осознавать свою красоту и свою власть над мужчиной, которого безумно желала. Она облизнула губы, заигрывая с собственным отражением, и вдруг застыла, услышав какие-то голоса.
Озеров говорил громко. Кто-то отвечал ему. Женский голос. Неужели, доставщик еды все еще не ушел? Но эти интонации… Похоже, что в квартире спорили. Она повесила полотенце и вышла из ванной.
Услышанное заставило ее замереть на месте.
— Нет уж, давай поговорим об этом. Ты — ее преподаватель, Матвей! — Теперь Ольга безошибочно узнала этот голос.
Он принадлежал ее матери.
— Твоя дочь — совершеннолетняя. — А это был Озеров.
— Давай отойдем от того, что это моя своенравная дочь, поведение которой меня откровенно шокирует. Но ты-то… ты ведь взрослый мужчина, Озеров! Ты завел шашни со своей студенткой! — Несмотря на экспрессию, мать говорила спокойно и даже вежливо.