Одержимые Зоной
Шрифт:
Мышке повезло дважды. Во-первых, Тим по кличке Везунчик очень вовремя для неё смотался из Зоны, оставив своему напарнику Кайману всё барахлишко. Во-вторых, Везунчик явно был невелик ростом. Его одежду и снаряжение пришлось подгонять на Мышку минимально. Нашлись даже его старые ботинки, всего на два размера больше, чем ей надо. Туристическую обувку по размеру, которую девушка притащила из Киева, сталкер забраковал. Ничего, разница в два размера — это не так уж страшно, Мышка была готова и к худшему.
Кайман долго мялся, прежде чем дать
— Зачем такие сложности? — фыркнула Мышка. — Проще было купить новый, нет? Он что, так дорого стоит?
Тут она, правда, прикусила язык, потому что у неё денег всё равно не было. Финансировал экспедицию Кайман, и… и вот. Девушке в очередной раз стало стыдно, и она в очередной раз пообещала себе, что найдёт способ расплатиться со сталкером.
— Не в том дело, — недовольно буркнул Кайман. — Когда наладонник выдаёт в сеть сигнал, происходит распознавание по номеру устройства. Если ты пойдёшь с ПДА Везунчика, будет казаться, что я вышел вдвоём с напарником. Типа всё штатно. А по новому девайсу всем сразу видно будет, что ты новичок. Мало ли что… Пусть лучше думают, что со мной Везунчик. А блокировал я те функции, которые тебе нафиг не нужны. Подключение к камере, например. У Тима девайс не простой, навороченный…
— Погоди, — озадаченно перебила Мышка. — Что значит «пусть думают»? Разве другие сталкеры не знают, что твой напарник уехал?
— Кто-то знает, кто-то не знает, — пробурчал Кайман. — Тёмные, я думаю, не знают. Да и не одни только вольные сталкеры по Зоне шарятся…
И, прекращая разговор, погнал Мышку в очередной раз на стрельбище, а потом заставил опять чистить «винторез».
Вечером, у традиционного костерка, сталкер буднично сказал дяде Мише:
— Мы завтра утром уходим.
— Ага, — поскучнел дядя Миша. — Ну, на дорогу я вас выведу, само собой, а дальше вы уж сами, м-да…
Застеснявшись лишних слов, проводник хлопнул стопку водки, занюхал рукавом ватника, поднялся с места и исчез — активировал «прыгунок» и переместился. Небось двинул в погреб за добавкой.
Мышка уставилась в костёр, стараясь скрыть волнение. Значит, завтра. Наконец-то! У неё запылали щёки. Наблюдавший за девушкой Кайман хмыкнул:
— Что, рвёшься в путь? Надоело бездельничать тут, на курорте?
Ничего себе «бездельничать»! Да и насчёт курорта Мышка тоже могла поспорить. Вместо этого она кротко спросила:
— По какому варианту пойдём?
— По какому? Хороший вопрос… — пробормотал Кайман.
У него вдруг сделался отсутствующий вид. Затем веки опустились на глаза, голова склонилась на грудь. Было похоже, что сталкер заснул, но Мышка уже знала, что Кайман так думает.
Основных вариантов было два.
Первый — отправиться на Янтарное озеро, к учёным. Там уже много лет база, где ведутся записи. Если какие-то сведения о Мышкином брате попали к научникам, можно рассчитывать, что они были
Второй — добраться до Болотного Доктора. Доктор — старожил в Зоне, и, в отличие от всех остальных людей, ходит по ней довольно свободно. Говорят, какие-то у него особенные отношения с местными тварями, вроде бы они его не трогают, а он их чуть ли не лечит. Кайман лично Болотного Доктора не знал, но заочно недолюбливал. К тому же на Болота так просто не пройдёшь, места там гиблые, страшненькие. Надо искать проводника. Либо такого же владельца «прыгунка», как дядя Миша, только в районе Болота, либо просто человека, который знает тамошние тропы. Но «прыгунок» — артефакт редкий, Кайман не знал других проводников с «прыгунками», кроме дяди Миши, и сам артефакт не видел никогда. Ходили слухи, что есть и другие… но слухи — это всего лишь слухи.
Сам дядя Миша, кстати, высказался в пользу варианта Болотного Доктора, но помочь тут ничем не мог. Он был привязан к своему хутору, как пёс на поводке.
Насчёт проводника имело смысл поспрашивать в барах Зоны — «Сто рентген», «Сталкер», «Опасная зона», но Кайман очень не хотел соваться вместе с Мышкой в подобные места. Можно было ещё попытаться узнать о проводнике на базе сталкеров на «Скадовске» — место не такое скандальное, как, скажем, «Сто рентген», но добираться туда муторно. А в целом второй вариант выглядел перспективнее первого, но и опаснее. Все «за» и «против» каждый вечер обсуждались у костра, но окончательного решения сталкер пока не высказал. А теперь Мышка видела, что он и для себя ещё окончательно не решил.
У девушки были дополнительные соображения, которыми она не хотела пока делиться с Кайманом. Всё равно эти соображения никак не зависели от того, какой из двух вариантов выбрать. И не влияли на выбор.
— Может, монетку бросим? — не утерпела девушка. — Орёл — пойдём на Болота, решка — на Янтарь…
Кайман приоткрыл один глаз, скользнул по ней холодным взглядом и снова погрузился в раздумья. Рептилия чёртова! Как же с ним всё-таки трудно, с этим крокодилищем… И почему идти на уступки и подстраиваться всякий раз должна она, а не он?
— Я пошла спать! — решительно заявила Мышка. Сталкер не шелохнулся.
Мышка долго ворочалась под сиротским тоненьким одеялом, а сон не шёл. Когда же она наконец заснула, ей приснились мама, папа, Матвейка и она сама, маленькая. Картинка была статичная и плоская, будто она смотрела на фотографию. Мышка проснулась от того, что подушка под её щекой промокла от слёз. Она перевернула подушку, послушала, как надрывно и жутко стонет в ночи кто-то хриплоголосый, сосчитала до тысячи и заснула снова. Больше ей в эту ночь ничего не снилось. А может, снилось, но она не запомнила.