Одержимые Зоной
Шрифт:
— Так что мы тут делаем вообще? — хмуро спросила Мышка. — Видами любуемся?
— Когда был последний выброс? — ответил сталкер вопросом на вопрос. — Когда мы к дяде Мише в подвал лазили, водкой лечились и наутро бодунищем маялись?
— На следующий день, как мы пришли, — уверенно ответила Мышка и тотчас поправилась: — Ой, то есть нет. В самый первый день.
Кайман утвердительно кивнул.
— Неделю назад был выброс. Давненько. Значит, что? Значит, следующий должен быть вот-вот. Здесь мы его и дождёмся. Будем на месте первыми. Возьмём весь хабар и двинем к научникам на Янтарь. Ну, что скажешь,
— Хороший, — буркнула Мышка и отвернулась.
Ей вдруг стало нестерпимо обидно. Ну почему сталкер сообщает ей обо всём в последнюю минуту? Ничего с ней не обсуждает, сам принимает решения, ставит её перед фактом и ещё смотрит эдак снисходительно? Нет уж, порядки надо менять! В конце концов, это она, а не он ищет брата! Это её экспедиция в Зону! А Кайман — всего лишь наёмный работник… «Которого ты собираешься кинуть», — услужливо подсказала совесть. А, ч-чёрт!
— С одним-единственным недостатком, — сказал за её спиной Кайман. — Ни хрена из него не выйдет.
Голос сталкера резко изменился, он звучал сосредоточенно и зло. Мышка рывком обернулась. Кайман смотрел на ПДА. Группа серых точек, числом восемь штук, двигалась с севера в их сторону.
— Не мы одни такие умные, — процедил сквозь зубы Кайман.
— Опаньки! — тихонько присвистнула Мышка, глядя уже на свой ПДА.
С юга в зону действия наладонника вошла другая группа точек. Эти пылали на экране кроваво-красным. Враги? Кайман скверно выругался.
— Надо валить, малая. Здесь сейчас будет слишком людно.
Быстрым движением он отключил наладонник в руке у Мышки, затем вырубил свой.
— Нас наверняка засекли, — пояснил он, — но авось они сцепятся, и будет не до нас. Ходу, малая, ходу!
Вдруг что-то обожгло Мышке правую щёку, и тотчас по всей правой половине лица разлилась жгучая боль.
— Ай! — вскрикнула девушка, инстинктивно хватаясь за место ожога.
— Что такое?
Кайман безжалостно отодрал её руку от щеки. Если верить ощущениям, там стремительно вспухал огромный волдырь. Заныли зубы, зачесался правый глаз и даже ухо.
Сталкер выругался опять и полез за аптечкой.
— Тихо, — буркнул он, — ничего страшного. Это комар.
— Комар? Всего лишь комар?!
Мышка засмеялась истерическим шёпотом. Правая половина лица ощущалась как один огромный ожог — словно она умылась крутым кипятком. Девушка даже не почувствовала, как Кайман сделал укол.
— Это местный комар, — хмуро сказал сталкер. — Исчадье Зоны. Морду тебе разнесёт, конечно, но это не смертельно. Противоядие я вколол. Чесать только не вздумай! Не то останется лиловое пятно на всю щёку.
Мышка испуганно отдёрнула руку. Щека болеть не перестала, но сразу, как по команде, принялась жутко зудеть.
— Плохо то, что по мосту ты теперь не пройдёшь, — Кайман мрачнел всё сильнее. — А значит…
— Почему не пройду? — возмутилась Мышка, но тут у неё закружилась голова, да так сильно, что она вцепилась сталкеру в плечо.
— Вот поэтому, — буркнул Кайман. — Первый комар — он самый ядовитый, а антидот — та ещё дрянь. М-да, не вовремя, плешь его побери! Ладно, малая. Ты только не блевани на меня, ага?
Мышка хотела ответить и не смогла. Она прикрыла глаза, чтобы уберечь их от неяркого дневного света, ставшего
11
Сталкер Кайман,
Западная свалка
Кайман сгрузил Мышку за порогом ангара и перевёл дух. Видит Чёрный Сталкер, он не собирался носить девчонку на руках. Но, как говорится, человек предполагает, а Зона располагает. Хорошо ещё, что весит пацанка немногим больше Кайманова рюкзака. А ещё хорошо, что он сунул себе и ей в рюкзаки по «золотой рыбке», облегчающей вес. И то, что он выдал девчонке «портсигар» — это не броник, конечно, но тоже от пуль защищает и при этом на плечи не давит, — а себе взял хитрую многоцелевую сборку из пяти артов, тоже хорошо.
Остальное было плохо.
Нельзя предусмотреть всё на свете. Всегда есть риск. Кто не рискует, тот не сталкер. Кайман не рассчитывал ввязываться в драки и перестрелки, он рассчитывал пошариться по аномалиям. Поэтому на них с Мышкой были стандартные комбинезоны «Сева», отличная защита от аномальных воздействий, но совершенно никакая — от огнестрельного оружия. Плохо, очень плохо в сложившейся ситуации, но пока не смертельно.
Гораздо хуже было то, что в ушах сталкера на пределе слышимости звучал голос, торопливо бормочущий слова на несуществующем языке, а сердце время от времени пропускало удар. Это означало, что близится выброс. Кайман никому не говорил, что в последние полгода стал чувствовать приближение выброса. Он всё ещё надеялся, что это пройдёт.
От того момента, как он начинал слышать нечеловеческий шёпот, до того, как голос перерастал в нестерпимый крик, а затем выброс раскалывал небо и выворачивал вселенную наизнанку, мог пройти час, максимум полтора. В сталкерскую сеть оповещение о выбросе падало минут за тридцать-сорок. За полчаса, и уж тем более за час опытный сталкер наверняка доберётся до укрытия. А на западной свалке укрытие и искать-то не надо было — Кайман отлично знал, что в металлическом ангаре есть ход в подвал.
Проблема была в том, что это знали все.
Знали бандиты, опознанные ПДА и заклейменные на экране красным. Судя по всему, это были люди Коли Кровососа, который пытался подобрать под себя кусок территории к юго-западу от Лиманска. Наверняка знали неизвестные сталкеры, уверенно идущие на свалку в преддверии выброса.
Кайман примерно представлял, что происходит. Сталкеры собрались сделать то же, что и он, — переждать выброс на месте и собрать арты, которые полезут как грибы после дождя. Группа двигалась с севера — надо полагать, это их выстрелы Кайман с Мышкой слышали ещё из леса. Может быть, с Колиными бандюками они и сцепились, и те вызвали к свалке подмогу. А может, зарвавшийся Кровосос от большого ума решил патрулировать свалку и облагать сталкеров данью. Во всяком случае, месяца два назад именно это бандиты пытались проделать с Кайманом и Везунчиком — собственно, после того случая они и стали врагами. Вообще-то Кайман надеялся, что с тех пор кто-нибудь успел добавить Кровососу недостающего свинца в организм. Увы, увы.