Одержимые Зоной
Шрифт:
Костяные крысы были абсолютно бесстрашными и оттого опасными. Не обращая внимания на пули, они бросались на людей и могли прокусить комбинезон. А здесь их было слишком много.
Проскочив во внутренний дворик, Кайман развернулся в сторону арки, выхватил гранату, размахнулся и зажал уши ладонями.
Граната оглушительно разорвалась под сводами арки. Сталкер бросил ещё две, и подворотню заволокло едким сизым дымом. Когда дым развеялся, стало видно, что от крысиной стаи осталась куча окровавленных ошмётков. Вот пакость-то! В куче что-то ещё слабо копошилось,
— Чисто! — крикнул сталкер. — Давайте сюда!
— Это хорошо, что чисто… — Шаман брезгливо ступал по коврику из крысиных трупов. — …Только грязно очень. Тьфу, зараза! До чего не люблю их, сил нет.
— Я тоже, — буркнул Кайман и поковырял в ухе. От взрывов в замкнутом пространстве двора у него гудело в голове. — Мышонок, ты как?
— В порядке.
Мышка старательно не смотрела под ноги.
Двор был проходным. Такая же точно арка в доме напротив вела на улицу. Кайман первым ступил в проход, держа автомат наготове, но здесь из подвального окна на них никто не бросился. И на том спасибо, как говорится. Сталкер высунулся из арки на улицу и восхищённо ахнул:
— Ёшкин кот! Вот это да-а!
В этой части города Кайман прежде не был, и понятия не имел, что здесь можно увидеть такое.
Асфальт посредине улицы был разворочен. Огромная яма до краев полнилась мерзкой зеленоватой жижей. Счётчик Гейгера радостным треском не замедлил уточнить, что жижа ещё и радиоактивна. А из середины ямы росло дерево.
Дерево было чудовищным. От природы это, похоже, предполагалась сосна. Но об этом можно было судить только по тому, что на концах ветвей кое-где топорщились зелёные метёлочки иголок. Аномальные вихри Зоны сотворили из сосны нечто невообразимое. Её ствол и ветви больше напоминали гибкие виноградные плети, искривлённые во всех мыслимых направлениях. Вот только толщиной эти плети были с человеческую ногу, и покрывала их толстая и корявая, изборождённая морщинами кора.
Ползучая сосна перегораживала всю улицу. Она цеплялась побегами за стены дома, из арки которого вынырнули сталкеры, и оплетала ветвями балкон третьего этажа в доме напротив. Над ядовитой ямой нехорошо подрагивал воздух, и ствол дерева временами заволакивала призрачная дымка. Ботанический монстр явно приютил на себе аномалию, вот только какую?
— Там чудеса, там леший бродит, русалка на ветвях сидит… — пробормотал сквозь зубы Кайман.
Мышка вдруг сильно вцепилась ему в локоть.
— Я такое дерево видела во сне! — брякнула она. — Только там был дом высотный. И по веткам такой зелёный огонь разгуливал…
Кайман рефлекторно зажал ей рот рукой. У девушки сделались безумные глаза — до неё дошло, что она сказала. Сталкер оглянулся на Шамана, не заметил ли тот Мышкиной оговорки.
Но Шаман был очень занят. Держа что-то в руке, он обходил дерево по часовой стрелке.
— Идёт направо — песнь заводит, — облегчённо выдохнул Кайман. — Налево — сказку говорит… Растудыть твою! Мышь белая! Ты головой думаешь вообще?!
— Уже думаю, — сокрушённо сказала
— Вот и молчи!
Глядя на её убитый вид, Кайман сжалился.
— Я тоже его видел, — сказал он. — Ну, то дерево с зелёным огнём. Это в Мёртвом городе, в Припяти то есть. Мы с Везунчиком по нему лазили. Ничего, удобно даже по веткам ходить…
— Вот и тут придётся полазить, — Шаман подошёл к ним, пряча в карман артефакт, блеснувший красным. — Это единственный путь в квартиру Паука-Отшельника. Он в том доме занимает весь третий этаж.
Сталкер для наглядности ткнул пальцем в трёхэтажный дом через дорогу.
— А пешочком по лестнице никак нельзя? Хозяин на нас обидится за невежливость? — поинтересовался Кайман.
Шаман поманил их за собой в обход дерева, которое загораживало вид.
— Смотрите сами, — сказал он вместо объяснений. Второго этажа у дома не было.
Пространство между первым и третьим этажом выглядело как густой полупрозрачный кисель, в котором как в кривых зеркалах проступали искаженные очертания окон и прочих деталей фасада. Стоило чуть сдвинуться, сменить угол зрения, и мутный калейдоскоп перемешивался. Хотелось потрясти головой, чтобы убрать с глаз пелену — но зрение тут было ни при чём.
Кайман не единожды видел подобные вещи — но никогда в таком количестве. Это были аномалии пространственного переброса, в просторечии телепорты. Под открытым небом они выглядели как мутноватые шары уплотнённого воздуха. Если попасть в такой шар, он выбросит тебя где-нибудь в другом месте — через десяток метров или на другом конце Зоны. Одна из немногих сравнительно безвредных аномалий. Вот только непонятно, почему они набились внутрь обыкновенной трёхэтажки, превратив дом в какой-то безумный сэндвич. Ну… а что в Зоне понятного, как сказал кровосос псевдоплоти за завтраком, только она уже не услышала.
А ещё при всей безвредности телепортов Кайман не мог себе представить, чтобы ему захотелось жить над таким аномальным полем.
— Большой оригинал этот ваш Паук-Отшельник! — не удержался он. — Ладно, я помню, не ваш он.
— Все мы тут оригиналы, — покосился на него Шаман. — Ну, полезли, что ли?
— Погоди! — Кайман придержал его за рукав комбинезона. — А что там за аномалия на ветвях сидит? Ну, или бродит по ним, не знаю.
— Ох ты, чёрт, — смутился лиманский сталкер. — Извините, мужики. Забыл сказать. Да ерундовая штука, лёгкий пси-морок наводит. Мы к ней привыкли, не замечаем. Главное, если поведёт, вниз не свалиться.
— Ага.
Кайман оценивающе посмотрел на Мышку.
— Винтовку за спину, — распорядился он. — Пойдёшь вторым. Я замыкающим. У меня, вроде бы, от пси-воздействия пока что иммунитет.
Шаман спрятал «беретту» и ловко полез на сосну. Кайман осуждающе покачал головой. Лиманский спец по артефактам ему нравился. Но за сегодня Шаман допустил уже несколько небрежностей. Обычно Зона такого не прощает. Жалко будет, если мужик гробанётся. Но что Кайман может сделать? Разве что не гробануться вместе с ним.