Один
Шрифт:
Конь тоже начал беспокоиться и поспешил спуститься на землю, но не успел. Черные тучи как будто устроили охоту на одноглазого всадника и его волшебного коня. Чем ближе Слейпнир спускался к земле, тем больше туч собиралось вокруг них. Ярко-красные верхушки остались далеко позади, и теперь Слейпнир скакал по радуге, становившейся все прозрачнее, в темно-сером недружелюбном пространстве. Казалось, тучи – разумные, и присутствие сверкающей радуги в их мрачном мире им очень не нравится, вот-вот они превратятся в огромных зубастых зверей и набросятся на радужную дорогу.
В зубастых зверей тучи не превратились,
Радужный мост бесследно растаял, а конь и всадник, беспомощно барахтаясь в густом пространстве, наполненном молниями и странными шорохами, полетели к земле, и непременно разбились бы, не появись вдруг под ними стая больших черных птиц, подставивших под копыта коня свои хрупкие крылья.
Хугин и Мунин, почувствовав беду, собрали воронье со всей Медвежьей горы, и теперь стая птиц удерживала Слейпнира в воздухе, не давая ему разбиться.
Несмотря на старание воронов, конь с размаху ударился о землю, не удержался на ногах, и несколько раз перекувырнулся через голову, издавая звуки, похожие больше на человеческий крик, чем на ржание лошади. Один вылетел из седла и сильно ударился о небольшой камень, в голове аса все перемешалось, и мгновенно он погрузился в красноватую тьму, прорезаемую яркими вспышками боли, а, может быть, это молнии по-прежнему преследовали его уже на земле.
Неизвестно, сколько Один пролежал без сознания, скатившись в небольшой овражек, недалеко от места падения лошади, но ас пришел в себя от нежного прикосновения к щеке чего-то мягкого и чуть влажного. Один открыл глаза и увидел виноватую морду Слейпнира, тыкающегося ему в щеку бархатистыми ноздрями. Ас с трудом поднялся на ноги, опираясь о Слейпнира. В голове еще шумело, и очень сильно болело правое плечо. В первую очередь он осмотрел коня – со Слейпниром было все в порядке: несколько ссадин на лоснящейся черной шкуре и здоровенная шишка на шее с правой стороны. От этого волшебный зверь не умрет. С самим Одином дела обстояли намного хуже: огромная шишка на голове, пульсирующая боль в пустой глазнице и такая же в правом плече, рука беспомощно висела, и малейшее движение причиняло ужасную боль.
– Что это было, Хугин? – спросил Один у сидящего неподалеку ворона.
– Кажется, буря, – ответил ворон.
– Странная какая-то буря, сколько живу, таких еще не встречал! – сказал Один.
– Когда мы пролетали над горой, Хозяин, я видел на самой вершине странного человека в красном плаще. Он стоял, подняв к небу руки, а вокруг него был смерч, – сказал Хугин.
– Это был человек или цверг? – спросил Один.
– Нет, ростом он был не меньше вас.
– Очень жаль, что я не разнес эту горку по камешку
Только сейчас ас почувствовал, что ему чего-то не хватает – не было ставшего привычным Гунгнира, и мешок с едой и пивом тоже был потерян.
– Где Гунгнир, Хугин? – спросил Один.
– Когда вы вылетели из седла, я видел, как он упал в кусты.
– Почему ты его не нашел? – рассердился ас.
– В меня тоже попала молния, я валялся в соседнем овраге и прочухался на минуту раньше вас, – ответил Хугин.
– Ладно, давай искать копье, – приказал Один. Ворон склонил голову на правый бок и важной походкой отправился в кусты, где, как ему казалось, он видел Гунгнир. Один тоже, стараясь не обращать внимания на занудную боль в плече, начал шарить в соседних кустах, но там ничего не было, кроме нескольких трупиков раздавленных ворон и черепков, оставшихся от кувшина с пивом. Вскоре раздался шорох в кустах и появился Хугин.
– Ну, что? – спросил Один.
– Ничего не нашел, но я уверен, что видел, как он выпал вон в тех кустах, – ворон повернул голову в направлении густого кустарника, слева от Одина. – Прекрасное начало и без того безрадостного путешествия! – констатировал ас. – Гунгнир потерян, мы опять застряли на этой проклятой горе, к тому же здесь завелся какой-то злодей в красном плаще.
Хугин прокаркал что-то невнятное и взлетел на ветку, рядом с асом.
– Что ты говоришь? – переспросил Один.
Но ворон не ответил, а только напряженно смотрел куда-то в сторону. Сейчас он больше походил на охотящуюся кошку, если бы не нахально торчащий клюв. Ас понял, что Хугин почувствовал что-то живое недалеко от них и тихонько прошептал заклинание истинного зрения. Сумрак леса сразу рассеялся и окрасился всеми цветами радуги, а недалеко от оврага Один увидел уже знакомую мордашку старого гнома Силги – приятеля Хеймдалля. Гном и не думал прятаться и шел напролом через кусты в сторону аса. Один успокоился и начал ждать, когда наконец гном вылезет из непроходимых кустов.
– Привет, Один!
Силги выбрался на открытое место и теперь вытряхивал из своей бороды и одежды противные колючки, похожие на гигантский репейник.
– Привет, Силги! Что, пришел посмотреть, как я в очередной раз застрял на вашей горе? – спросил Один.
– Да, тебе действительно здесь не везет, ас, – сказал гном. – Такая уж это гора – гиблое место.
– Это гиблое место давно пора сравнять с землей! – сказал Один.
– Не беспокойся, волшебник в красном плаще скоро это сделает. Еще чуть-чуть и здесь, наверное, будет дыра прямо в Хель.
– Что еще за волшебник? – спросил Один.
– Да завелся здесь недавно. Говорят, Наместник – большой его должник, поэтому его здесь и терпят. Никто не знает его имени, но все ждут от него больших неприятностей.
– Ладно, разберемся мы с этим волшебником, – сказал Один. – Надо только Гунгнир отыскать.
– Тебе повезло, ас. Я подобрал твой Гунгнир. Вот он.
Гном протянул руку в воздух, и в ней сразу же оказалось волшебное копье Одина.
– Так, первая приятная новость за сегодняшний день! – Один довольно заулыбался и протянул руку за копьем, забыв о поврежденном плече, и тут же пожалел об этом – правую руку пронзила боль, она снова бессильно повисла.