Огненные тени

Брендон Джоанна

Его так и подмывало сказать, что озетты обратились к макахам с просьбой зачислить их в состав своего племени, а значит, конфликт скоро будет разрешен. Но не он затеял эту свару, и не ему ставить точку в затянувшемся конфликте. Единственное, что он мог сделать, это подготовить почву для переговоров между враждующими сторонами.

Задумчиво потерев подбородок, он спросил Мак-Адама прямо:

— Если я сумею уговорить миссис де Леон встретиться с вами, вы гарантируете полную конфиденциальность?

— Вам

известно, где она прячет своих людей?

— Могу я обещать ей, что ни один журналист не проведает о результатах встречи? — еще раз спросил Логан, и в голосе у него прорезалось нетерпение.

— Все, что я желаю, — это сделать мою работу, мистер Теннер, — бесцветным голосом объявил Мак-Адам. — Я не вышел до сих пор на пенсию исключительно из-за того, что не могу оставить службу, не доведя какое-то дело до конца. Я уже стар, и очень устал, мистер Теннер, и давно мечтаю о том, чтобы уйти на заслуженный покой и передать свои обязанности более молодому и работоспособному преемнику.

Он поглядел в глаза Логану, и во взгляде его сквозила мольба.

— Помогите мне, мистер Теннер. Организуйте встречу с миссис де Леон, чтобы я мог лично сказать ей: все, что мне надо — это опросить ее людей. — Мак-Адам кисло улыбнулся. — Что касается славы человека, раскрывшего тайну пропавшего племени, и все такое прочее — мне это не нужно. Обещаю хранить молчание.

Логан отвернулся от его просительных глаз и, увидев официантку, подозвал ее к столику, чтобы рассчитаться.

— Позвольте мне, мистер Теннер, — сказал агент, перехватывая счет. — Встреча проведена по моей инициативе, я за все заплачу.

И столько в его суетливости было собачьей преданности, что Логан торопливо и неловко распрощался и вышел из ресторана.

На улице было свежо, но ясно; лишь несколько тучек виднелись на холодной лазури зимнего неба.

Вернувшись домой, Логан по-спартански просто поужинал и, решив, что никто больше его не потревожит, остаток вечера работал над музыкальной шкатулкой — подарком для одной из своих племянниц.

На следующее утро он позволил себе понежиться в постели после семи, и только чувство голода заставило его в конце концов подняться с кровати. Вздрогнув от холода, он пробежал на кухню и быстро сделал себе кофе.

После этого он принял душ, побрился, переоделся в джинсы и черный свитер, еще более подчеркивающий его темные волосы и темные, ироничные глаза.

Надев на ноги теплые шерстяные носки и мокасины на меху, сшитые для него Элидой, Логан вернулся на кухню и выпил еще чашку кофе.

Он попытался читать утреннюю газету, но мысли никак не желали собраться вместе, и газета полетела в сторону.

— Господи, какая чушь! — пробормотал он, откидывая голову и воскрешая в памяти вчерашнюю встречу с Мак-Адамом, разговор с матерью…

Логан

попытался представить реакцию Элиды на предложение встретиться со своим преследователем.

— Она оторвет мне голову, — предположил он вслух и ухмыльнулся, представив себе эту картину. — А потом успокоится и… И может быть, мне удастся ее уговорить.

Резкий запах неприятно ударил в ноздри. Логан вскочил на ноги и уже на ходу сообразил, что это горит ветчина, которую он забыл вынуть из микроволновой печи. «Просто чудо, что я до сих пор не сжег весь этот чертов дом», — подумал Логан, выключая печь и отыскивая ухватку.

Мясо шипело и брызгало жиром, и к тому моменту, когда Логан управился со сгоревшим продуктом и отчистил печь, сам он весь был в жиру и саже.

Стоя в душе, он за шумом воды не расслышал быстрых шагов в коридоре, и когда хрипловатый, взволнованный голос с порога ванной провозгласил: «Логан!», он чуть не поскользнулся.

Сияющие глаза Элиды жадно пробегали по его стройному, гладкому, мускулистому телу, сверкавшему в неоновом освещении, по его волосам, прилипшим к большому, красивой формы лбу, по островкам волос на груди и ногах. Все тот же — только лицо чуть осунулось.

— Ты вернулась домой, — пробормотал он.

— Только на один день, — виновато сказала она, не спуская с него взгляда.

— Я рад, что ты здесь.

— Я тоже.

— Мне тебя так не хватало.

Логан выбрался из ванной, подошел к Элиде и прижал к себе.

Веки Элиды затрепетали, а на щеках лукаво заиграли ямочки.

— А уж как я по тебе соскучилась, — сказала она и со вздохом прижалась лицом к его груди. — Но ждать осталось уже недолго. Скоро мы снова будем вместе.

— Как-то не очень уверенно ты это говоришь, — сказал Логан, ласково приподнимая ее подбородок пальцами. — Могут и отказать, так?

Элида оторвала голову от его груди и подняла глаза, в которых мешались воедино боль и раздражение.

— Пожалуйста, не надо об этом! — с отчаянием сказала она, боясь даже думать о том, что будет делать при таком исходе.

Логан ободряюще улыбнулся.

— Будем думать о хорошем, — один за другим целуя ее пальчики, сказал он.

Элида, дрожа всем телом, приложила ладонь к его щеке.

— Мне тебя так не хватало, Логан, — пробормотала она, первым попавшимся под руку полотенцем утирая ему лицо.

Она поцеловала его в губы и прильнула поближе.

— Черт! — пробормотал Логан, отпрянув и протирая глаза. — Мыло попало в глаза. Знаешь что? Я сварил кофе. Выпей, согрейся, пока я закончу мыться.

Бурча что-то себе под нос, Логан залез обратно под водяные струи, а Элида, широко открыв глаза, смотрела ему вслед. Было в этом будничном молчании что-то прочное и теплое — истинно семейное.