Огонь из пепла

Мартин Эмили Б.

«Куколка».

Я посмотрела на коридор, полоска света падала из-под двери Ро. Я была сейчас ближе всего к нему с возвращения. Ноги несли меня сами по коридору. Я замерла у его двери, сжала шелк платья с побелевшими костяшками. Внутри не было ни звука, ни шага, ни шороха. Я вдохнула и задержала дыхание, секунды проносились мимо.

«Знаешь, почему я кручу пои, Мона? По утрам? Потому что я темный внутри».

Я могла бы нырнуть до глубин Лунного дна с таким задержанным дыханием. Я резко выпустила воздух. Я повернулась и поспешила

по коридору, платье раздувалось за мной. Другая дверь была с полоской света, и я замерла перед ней.

Я подняла кулак и постучала.

– Мэй?

Внутри шептались голоса, шуршала ткань. Я прикусила губу, досчитала до двадцати и постучала еще раз. Я досчитала до девятнадцати, ручка загремела, и появилась Мэй с растрепанными волосами, сжимая простыню, укутавшую ее плечи.

Она окинула меня взглядом.

– Надеюсь, это очень-очень важно.

Нет, это не было важно. Я видела в тусклом свете комнаты, как Валиен приподнялся с кровати, чтобы видеть дверь, огонь блестел на его голых плечах и груди. Я посмотрела на Мэй.

– Мне нужна твоя помощь, - сказала я. – Можешь одеться? Это не надолго.

– Что такое? – спросила она. – Ты в порядке?

Я открывала и закрывала рот. Она склонила голову.

– Не знаю, - сказала я. Звучало отчаяннее, чем я хотела.

Она поджала губы, вдохнула носом и выдохнула с шумом.

– Подожди.

Я стояла у двери, стараясь не заламывать руки. Она вернулась через миг. Ее понимание «одеться» оказалось не платьем или халатом, а одной из туник ее мужа, и больше ничем. Она даже пояс не надела. Но я не собиралась ее ругать, радуясь, что туники в Сильвервуде были до середины бедра, и что Валиен был на фут выше нее.

– Что такое важное? – спросила она, закрывая за собой дверь.

Я поднял ладонь, сложила пальцы, словно держала шар.

– Ты знаешь сферический узел? Это… как бы… ряд шнурков, сплетенных вместе.

Она прищурилась в тусклом свете.

– Что?

– Узел. Это сфера, - сказала я, звуча отчаянно. – Она похожа… выглядит как… - я скрестила пальцы.

– Узел-кулак?

– Это сфера?

– Да, морской узел. Такие используют в Пароа.

– Ты умеешь его вязать?

– Да… а что?

– Мне нужно два.

Она в смятении уставилась на меня.

– Из чего угодно?

– Нет. Идем со мной.

Она вздохнула и пошла за мной по коридору из гостевого крыла. Мы прошли по коридору и ступенькам, попали в зал у выхода. Мы пересекли его, спустились по величавым ступеням замка на тропу, что вела к кладовым и буфету. Мэй молчала, держала вопросы при себе. Я нашла нужную комнату – с лампами. Я искала среди парафина, пока не нашла ящик с замоченными фитилями. Я вытащила их.

– Мне нужны узлы из этого, - сказала я. – И на боку должны быть петли.

Она взяла их, держа так, чтобы масло не попало на тунику Валиена.

– Большие?

Я отмерила пальцами.

– Два с половиной или три дюйма.

Она работала,

а я прошла в другую кладовую, порылась среди цепей и нашла несколько кусочков правильного веса. Я оценила их длину по руке, с трудом кусачками сделала их одной длины. Я заплела кожаные шнурки на концах как можно крепче. Закончив, я принесла их в комнату с лампами и нашла Мэй, вытирающую масло с рук. Я без слов прикрепила узлы, что она сплела за петли к концам цепей.

– Думаю, нет смысла спрашивать, для чего все это? – сказала она, глядя на меня.

– Нет. Спасибо. Это мне и нужно.

Она смотрела на меня в темноте, склонив голову, я сложила подобие пои в мешок, не пропускающий масло.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Не знаю, - снова сказала я. Прошла минута тишины в темноте. – Ты можешь вернуться.

– Я пойду с тобой, - сказала она. – Подозреваю, мы пойдем в одну сторону.

Я покраснела, но не ответила, прошла за ее свободной туникой за дверь в темные коридоры. Мы не говорили, я была благодарна за это. Несмотря на мою жестокость и бессердечность, она все еще хотела шагать рядом со мной без вопросов.

– Прости, Мэй, - выпалила я, пока мы поднимались по лестнице.

– Тихо – сказала она.

– Нет, я просто… я не… не знаю, что на меня нашло.

– Я знаю, - мы повернули к гостевому крылу, и она начала расстегивать тунику. – Это не слабость, Мона. Хватит себе так говорить. Порой сила – позволить себе попробовать еще раз.

Я застыла, отчасти из-за того, что мы добрались до ее двери, отчасти от шока, что она сказала почти те же слова, что и в моем сне, когда я поняла, что чувствую к Ро. Я смотрела на нее. Она стукнула меня по локтю, явно пытаясь морально поддержать.

– Поговорим завтра, - сказала она, я не успела ответить, она ушла к Валиену, плотно закрыв дверь.

Мой рот на миг раскрылся, а потом я улыбнулась с ошеломлением и усталостью, но улыбнулась. Благодарность к Мэй росла, не только за ее слова, но и за уверенность, которую принесли ее действия. Никто не мог назвать Мэй слабой, она боролась всеми силами, чтобы быть с любимым, как и Валиен. И я была рада за них, рада, что они не скрывали свое счастье. Я быстро повернулась в коридоре. Я замерла снова перед дверью Ро, не позволяя себе передумать, я постучала.

Ответа не было.

Я выждала и постучала снова.

И снова ничего.

Сглотнув, игнорируя инстинкты, говорящие мне уйти и оставить его одного, я опустила ладонь на ручку. Она повернулась.

Комната была пустой и неестественно холодной, несмотря на огонь в камине. Ветер ударил меня, и я увидела, что дверь на балкон приоткрыта. За ней я видела Ро у перил с опущенной головой. В комнате не было следов жизни – брошенного плаща или недочитанной книги. Не было мандолины. Пои. Он пришел ни с чем. Тронутыми были только подушка на кровати и поднос с ужином. Он оставил жареную рыбу и картофель, съел только яблочный хлеб.