Охота
Шрифт:
Он кивнул и выпрямился, внешне бесстрастный, но ощутимо напряжённый, о чём никогда бы не догадалась, не заметь, как дёргается в нервном тике уголок его рта. Поэтому специально для него сказала:
— Надеюсь, напоминать не надо, что ты мой телохранитель? Тогда идём!
Нужное отделение мы нашли не сразу. Пришлось обратиться к полицейскому, стоявшему рядом с патрульной машиной. Тот указал на неприметную дверь, за которой скрывалось узкое помещение с кабинками подключения ко всем мало-мальски крупным банкам Содружества. На несколько секунд
— Хоть десять, — проворчала я, садясь в кресло. Кирилл тенью встал рядом. На почтительное предложение дежурной девушки-официантки я велела: — Вирт — с Сетевой связью, пожалуйста.
Не глядя на Кирилла, я то и дело чувствовала: он смотрит на меня — и на некоторое время словно исчезает из пространства, и ощущение пустоты рядом легко подсказывает, что мыслями он в эти секунды в нашей новой квартире — рядом с братом.
— Эрик! — резко сказала я, едва заслышав ленивый голос старого друга. — Мне нужно перекрыть все вылеты с Кэссии. Все. И пассажирские, и специальные.
В стеклянной дверце кабинки напротив я увидела, как остолбенел Кирилл, глядя на меня.
— Ты так говоришь… — с сомнением начал Эрик.
— У меня плохие предчувствия, — сказала я. — Некоторое время меня не было в новой квартире. Когда ты в последний раз связывался со своими ребятами, которых оставил охранять нас?
— Секунду, — сказал он. — Я сейчас попробую вызвать старшего. — Минута на вслушивание — и я поняла, что Эрик дозвониться не может. Он подтвердил это, сухо сказав: — Перекрываю все вылеты с Кэссии.
По голосу я сообразила, что мой старый друг постепенно вскипает в редком для него состоянии бешенства: его боевиков смог кто-то переиграть?!
— Судя по всему, дело — дрянь. Ингрид, не лезь на рожон. Сейчас вызову всех, кто у меня есть на Кэссии. Они соберут остальных. Секунду, мне позвонили. Да? — послышался его голос, отвечающий кому-то. Затем он вернулся. — Всё. Полёты с Кэссии блокированы. Ты где? Далеко от квартиры?
— Не очень.
— Не лезь, повторяю. Через три часа буду рядом.
— Я не полезу, — равнодушно сказала я. — Я пойду. В мою квартиру. И попробует мне кто-нибудь возразить!
— Удачи, — хладнокровно попрощался Эрик.
— Девушка! — остановила я пробегавшую служащую. — Это вирт банка? Оформите мне его в собственность или на прокат.
— Простите за беспокойство, леди, ваша карточка готова, — с поклоном сказал мне куратор отделения.
Уже на выходе нас догнала девушка и протянула мне карточку на временное пользование банковским виртом.
— Зачем тебе банковский? — шепнул Кирилл уже на улице.
— Не уверена, что мой не заражён или снова не блокирован. Поэтому я не пытаюсь прозвониться по нему домой… Нам — за угол.
— Не понял.
— Там нас ждёт вертолёт. На такси слишком долго добираться.
Кирилл кивнул и быстро прошагал вперёд, проверяя дорогу.
Нас никто не
Тем не менее — замечал всё. Резко оглянулся.
— За нами ещё один вертолёт!
— Ребята Эрика.
— Откуда их здесь так много?
— Их мало, — бесстрастно объяснила я. — Деньги решают всё. Это — наёмники. Достаточно на планете иметь одного Эрикова боевика — и будешь иметь армию. Мало кто об этом знает, потому что все боевики, как правило, призраки. Сейчас к моей квартире по тревоге слетаются все — на вертолётах.
— Ты… — Он затруднился выразить свою мысль, с тревогой глядя на меня. — Ты…
— Я не люблю говорить об этом, Кирилл. Но — да. Я часть всего этого. И мне это нравится. Потому что только так иной раз можно удержать мир в границах… мира.
Он ссутулился, и я развернулась к нему. Да, я собственница. Этот человек — уже с потрохами мой, хотя не представляет себе такого. Если случится что-то с Рольфом, его неотделимой частью, я переверну мир и найду его. И его обидчиков. Кирилл — сильный человек. И больше всего я боюсь, как бы его не сломали. Три года он был в униженном положении, пока его шантажировали младшим братом. Сегодня ему нанесли ещё один удар. Пока мы оба не знаем, что произошло. Предполагаю, Эрик прав: человек, решивший, что кулон Виктории уже в его руках, а реальное прикосновение к нему — лишь дело времени, не захотел оказаться в проигрыше. Примерно предполагаю, что именно ждёт нас в новой квартире.
Я положила пальцы на ладонь Кирилла. Не глядя на меня, он сжал их. Слишком сильно. До боли. И мгновенно расслабил руку. Почувствовал, что мне больно? Или понял, что сжимает слишком сильно? Главное ясно: нас двое. И за нами — целая армия, которая поможет нам быть вместе.
11
На подлёте к вертолётной площадке дома, где располагалась моя нынешняя квартира, я заметила (на это невольно обратил внимание Кирилл, дёрнувшийся выглянуть на движение сбоку), что первым начал приземление наш охранный вертолёт. Причём ему пришлось выбирать место среди уже занявших площадку. И только потом смогли приютиться мы — на место, которое специально оставили для нас.
Кирилл спрыгнул первым и стоял, держа меня за руку и непроизвольно, сам того не замечая, подавшись всем телом к выходу от вертолётной площадки вниз, в жилые помещения. Вокруг нас уже скопились люди — неопределённого вида. Боевиков-призраков узнала сразу — по особой выправке. Остальные — наёмники.
Ещё на подлёте заметила вокруг здания поблёскивающие огни. Полиция.
Взглянула на Кирилла. Сердце заледенело — при виде внешне безразличного лица. И того, каким оно сейчас станет. Но смогла выговорить спокойно: