Охота

Джиллиан

— Ты — вниз не пойдёшь.

Он разлепил взмокшие пальцы вокруг моей кисти и рванул было мимо меня. Пока машинально оттирала тёмные, отпечатавшиеся на коже следы его хватки, его поймали за куртку — скрутили руки назад. Поглядывая на него, молча рвущегося, пытающегося сбить с ног удерживающих его, я отдала Артуру, «официальному» представителю Эрика на Кэссии, мелочь, бывшую при мне: оба пистолета, оба вирта — свой и банковский. Карточку, подумав, оставила. Она всё равно временная — много с неё не снимешь.

Кирилл отвернулся. Как будто сдался.

Сейчас он ненавидит меня. Сейчас он боится за меня. Думает — я не понимаю, что именно собираюсь сделать. Мне — пофиг. Я знаю, что должна делать. Артур кивнул мне.

— Чего я должна ожидать?

— До своего этажа дойдёшь спокойно. Там, уже при дверях, будет стоять охрана от прилетевших.

— Как они проникли в мою квартиру?

— Сиделка сдала. Их ставленница.

— С мальчиком что?

— Его не трогают. — Артур искоса глянул на Кирилла, напряжённо вслушивающегося в наш диалог, отвернулся и шёпотом добавил: — Угрозы были.

— Шантаж?

— Да.

— Чего хотят?

— Напрямую не сказали. Какой-то наследственный предмет.

Кирилл снова дёрнулся. Но его держали железно.

— Что им нужно именно сейчас?

— Мальчишка. Они хотят его забрать. Их человек тридцать. Будем отбиваться — положим кучу народу. Они… — Артур прикусил губу, недовольно поморщился… — Дикие какие-то. Вроде и организованные… Но… Бандиты. Оружие у них, да ещё угрожают со стороны миномётами. Хуже миномётов — их предупреждение, которому мы не совсем доверяем, но… Они сказали, что в определённых точках города расставили цистерны с тем самым химическим оружием… В общем, предполагается что-то вроде маленькой войны, если не дадим уйти с мальчиком.

— Есть возможность переговоров?

— Единственный номер вирта дали. Их старший.

— Соедините меня с ним.

Чтобы не смущать злого, как чёрт, Кирилла, я отошла к выходу на лестницу вниз. Здесь мне Артур и протянул вирт. Сочный мужской голос лениво пробасил:

— Чё надо?

— Сейчас к вам спуститься хозяйка квартиры, в которой вы сидите, — холодно сказала я. — Я хочу убедиться, что с мальчиком всё в порядке.

Меня послали. Я послала в ответ. В вирте расхохотались. Я отобрала у Артура свой браунинг и выстрелила перед мембраной вирта. В пол.

— Не оглох там? Меня услышал? — высокомерно повторила я. — Я спускаюсь.

Ткнула вирт Артуру и открыла дверь на лестницу, не оглядываясь на Кирилла.

Только услышала его нетерпеливый вопрос и слегка задержалась: так интересно для меня он спросил:

— Неужели вы… ей позволите?..

— Э… По отношению к Ингрид вопрос «Позволите ей?» звучит довольно странно, — спокойно отозвался Артур. — Ты слишком мало её знаешь. Вот потерпи немного — и…

Лифт оказался заблокированным, чего и следовало ожидать. Я спокойно спустилась на свой этаж — только со стороны лоджии. Уже на второй лестничной площадке до моей квартиры меня перехватили. Двое, одетые в куртки, еле-еле не рвущиеся под тяжестью оружия на них, надвинулись на меня. И очень удивились, когда мягким движением

я проскользнула между ними. И слетела по ступенькам дальше. Пока они развернулись к лестнице, я уже входила на лоджию — и далее, в комнаты.

Ого, какой красавчик обернулся ко мне!.. Широкоплечий, высоченный, с лицом поразительной красоты — и дикости. Словно сильный зверь, чувственно мощный и уверенный в собственных силах — будто и впрямь на своей территории. Черноволосый, скуластый, нос — идеально-прямой… Сам большеглазый. Ощерившийся в ухмылке большого красивого рта. Порода чувствуется. Слегка испорченная обстоятельствами и богатством. Скорее всего — награбленным.

— Это ещё что за малявка! — «радушно» приветствовал он меня.

— Это… — подскочила сиделка, девица, одетая в нечто белобрючное — старательно, изо всех силёнок вульгарно обтягивающее её. Помнится, раньше она была скромней. Сейчас же слой штукатурки на её лице превышал допустимые нормы. Раскрашенная кукла — с крашенными же до безжизненности белыми волосами до пояса, старательно разложенными вразлёт.

От моей пощёчины она отлетела в сторону, ударилась о кресло и упала.

— Нынешняя прислуга нерадива, не правда ли? — светски осведомилась я, глядя в безумно весёлые глаза красавчика.

Он расхохотался, глядя, как сиделка, хныкая, сплёвывая кровь прямо на белые пряди волос, ползает рядом с креслом и не может встать без посторонней помощи. Я быстро огляделась. Рольф сидел в кресле, съёжившись, под охраной троих и беспомощно глядя на меня. У него сейчас глаза Кирилла — отчаянные и безнадёжные. На сиделку не взглянул, только зло поморщился на её подвывания. Уже знает, кто сдал его и брата?

— Дамочка, чего ты хочешь? Это ты — стреляла возле вирта? — всё с тем же, почти безумным весельем спросил красавчик, потирая ухо.

— Я. И — да. Я хочу. Я поеду сопровождением Рольфа, — уведомила я весельчака. — Мальчик болен. Ему нужна нормальная сиделка, а не из подстилок.

И пошла к креслу.

— Так. Стоп, — сказал уже более-менее серьёзно весельчак, ухватив меня за рукав моей куртки и властно притягивая к себе. — Ещё раз. Ты кто?

— Я хозяйка этой квартиры, — надменно сказала я, вздёрнув подбородок. — Ингрид. Извольте представиться. — Когда мне надо, из меня прёт такой аристократизм, что многие попадаются на этот крючок. Особенно если крючок выражен ледяным тоном. — Итак, кто вы, мой неизвестный пока гость?

— Я, леди моя, Хантер, — чувственная змеиная ухмылка снова скользнула по его губам — но и он невольно попался на мои ледяные интонации. «Леди моя». — Значит, хочешь лететь с нами?

— С Рольфом, — уточнила я, быстро приводя память в порядок и выстраивая логическую цепочку: Рольф работал на заводах Хантера, этот — отпрыск или хозяин? Впрочем, всё равно. Лишь бы взял с собой.

Что узнает — не боялась. Ни одна камера на Сэфа не поймала меня, прятавшуюся под капюшоном. Это я знаю точно. Другое дело — не узнал бы меня этот Хантер как родственницу деда-рейдера.