Оковы чести
Шрифт:
Всё-таки перед тем, как перелететь на остров с магрибского берега, они отдохнули два дня. Ибраил посидел вечерком с книгой Ублы и твёрдо пообещал, что эти дни у них ещё есть. Вот они и отдохнули на пустынном, спокойном берегу. И лишь потом пустились в полёт над волнами к острову.
Снова у них не всё получилось гладко, снова Буж перетрудил свою птицу и чуть не упал в воду, но, в общем, они уже научились управляться с фламинго и добрались до острова вполне уверенно. Даже Кола остался доволен. Зато потом…
Они нашли ту же гостиницу, расположились в ней, и тогда, совершенно неожиданно, Ибраил объявил:
—
— Ты же обещал, что они чуть не месяцы будут являться сюда, к месту боя, и должны ослабеть так, что с ними и Буж справится? — удивился Кола.
— Этого я не говорил. — Маг выглядел печальным. — Не мог говорить, потому что это не так. — Он в упор смотрел на Трола, словно обращался только к нему. — Наоборот, я полагаю, что они используют магические переходы и появятся тут куда быстрее, чем нам бы хотелось.
— На Алдуин проложен магический тоннель? — удивился Роват.
— Всегда есть возможность перенестись в любую точку мира, только это требует особенно изощрённой магии и очень мощной энергии… Но Сухмет Золотой Ошейник, например, прекрасно это умел. — Маг, наконец, отвёл глаза. — Если бы у меня был посох Гурама, я бы тоже этому научился.
— Всё понятно, — согласился Трол. — Тогда давай денёк отдохнём, а потом ты начитаешь своё вызывание… Где-нибудь поблизости, в степи, но и в виду города, чтобы у нас была возможность отступить под его стены, если мы не сумеем сражаться.
— Если они появятся тут с целой армией, — пояснил Крохан, должно быть, самому себе. Но в тоне его не читалось сожаления, пожалуй, он даже хотел, чтобы этот бой был потруднее.
Трол подумал, что эта отчаянность, это желание загладить слабость в поединке с ведьмой следует как-то разрядить, она может плохо кончиться, но тут же задумался о другом. О способности сражаться, которая осталась в Ибраиле. Он тоже был очень важной фигурой, без него выходить против таких обученных магии бойцов, какими были Поллыр и Сварта, не имело смысла. Они бы разделали под орех не только Трола, но и половину ополчения всего Алдуина.
День отдыха, отведённый Тролом на всех, прошёл спокойно. Ибраил поднялся и напоил всех какими-то отварами, которые купил в городе, Роват впервые за много дней почувствовал себя лучше, даже попробовал помахать мечом, правда, прилагая основную нагрузку к левой руке, Крохан тоже немного потренировался с Колой, и хотя принц не одолел бывшего капитана кадотской стражи, тот отозвался о партнёре так:
— Он здорово прибавил в вашей компании.
А сам Трол медитировал и почти не притрагивался к оружию. Лишь поздним вечером, уже перед сном, достал мечи, доставшиеся ему от саджей. Они были в идеальном порядке, словно ни время, ни ржавчина не имели над ними власти. Убедившись, что он может этими клинками разрубить шёлковый платок, Трол отставил их и попытался уснуть.
Спал он не очень хорошо. Во-первых, ему почему-то казалось, что у него ещё будет время, он успеет выспаться, — не может так быть, чтобы его противники явились с Севера сюда, в море, находящееся между Западным и Южным континентами, за считанные часы. А во-вторых, он всё-таки пытался понять, что же его беспокоит во всех этих приготовлениях.
А утром они отправились в выжженную солнцем, уже почти лишившуюся травы из-за наступившего лета степь в паре миль от города и в миле от их гостиницы, и Ибраил приступил к своему вызыванию.
Маг воткнул мечи Гевста в сухой, как соль, песок. Потом осторожно, словно это были тяжёлые и опасные змеи, достал из полотняного мешочка, который заготовил ещё в Дотимере, обе травяные косички и старательно обвил ими клинки. Посидел около них, посмотрел на небо.
Ветра не было, косички свисали совершенно бессильно, даже не покачивались. Тогда Ибраил опустился перед ними на колени и начал читать заклинание:
— Махтам ид, незокм-ой-и те-хготли апс…
Трол слушал вендийские слова, которые с весьма странным выговором читал маг. Он мог бы вникнуть в их смысл, весьма редкий случай, потому что вызывание звучало на вендийском, а не на старофойском, но вместо этого просто ждал, иногда поглядывая на остальных.
Роват был спокоен, его точёное лицо с поднятым забралом чёрного шлема, его латные перчатки и тяжёлый, массивный доспех на груди вызывали ассоциацию со статуей. Крохан вытирал то и дело свои усы, в них набился песок, а Кола хищно улыбался, успокаивая Бужа, который смотрел на мага со страхом и недоверием. Но в остальном всё выглядело на редкость мирно.
Внезапно обе косички задымились, а потом одна из них вспыхнула. Странное это было пламя, невидимое на солнечном свету, бездымное и очень жаркое. Трол даже на расстоянии пяти-шести шагов почувствовал этот порыв тёплого воздуха. Меч, около которого эта косичка была обвита, вдруг потёк, превращаясь в сгусток тяжёлого, бессмысленного металла. Рукоять упала на песок, но пламя не утихало, да так, что гарда тоже оплавилась. Возможно, это горела мазь, оказавшаяся на клинка, а возможно, и сталь. Потом загорелся второй меч, тот, который Трол в бою с нумидской ведьмой слегка поломал.
Внезапно пришёл сильный, как окрик, ментальный приказ мага, Трол сорвался с места и подал Ибраилу, который даже не повернул голову, ножны от обоих мечей. Маг вытянул их вперёд, и ножны тоже вспыхнули. Маг тут же отдёрнул руку, видимо, пламя и в самом деле было очень жарким. А потом всё кончилось.
На песке лежали две сплавленные кучки стали и рукояти от безнадёжно испорченных мечей. Ибраил поднялся на ноги. Крохан с Колой поняли его раньше других. Общими усилиями они подняли валун, величиной с небольшого барана, донесли его до остатков обоих мечей и опустили на песок, похоронив расплавившуюся сталь надёжнее, чем в могиле. Крохан поднял голову.
— А теперь? — Договаривать он не собирался.
— Остаётся только ждать, — отозвался маг.
— И ещё надеяться, что сработает, — добавил Роват.
— Сработать-то, конечно, сработает, — отозвался Ибраил не очень уверенным голосом. — Вот только как? — Помолчал и добавил: — И против кого?
Честно сказать, Трол и сам бы хотел знать ответы на эти вопросы. Хотя, кажется, уже ничего нельзя было изменить.
Глава 16
Прошло несколько дней, которые все провели в напряжённом ожидании. И вот как-то утром, когда все собрались в главном зале трактирчика за завтраком, Трол вдруг спросил: