Омикрон
Шрифт:
Руины разрушенного войной поселка…
Шевцов с большим трудом выдержал последнее соединение с информационными базами данных, записанных на носители двух эмиссаров Сети Омикрона.
Начиная процесс, он был убежден, что встретится с личностями, подобными Клименс, но ошибся. Перед ним — день за днем — разворачивались логически обработанные, систематизированные в порядке хронологии информационные массивы, повествующие об определенных событиях, но не более того.
Лжелюди не отвечали критерию,
Теперь он понимал, почему прошлое Кейтлин и Дункана совершенно не воздействовало на процессы, протекающие в блоках саморазвития «Одиночек».
Этот же вопрос задал ему Генри, в очередной раз отпаивая обессилевшего Шевцова скверным эрзац-кофе после окончания сеанса нейросенсорного контакта.
— Слушай, Сэм, мне непонятно, отчего они не стали развиваться? Ведь ты сам говорил мне, что человеческое сознание…
— У них не было человеческого сознания, — прервал его Шевцов. — Сеть передала на носители андроидов лишь факты биографии Кейтлин и Дункана, но не их души. Ты должен понять, Генри, что ресурс человекоподобной машины ограничен, а их постоянные запоминающие устройства были забиты до отказа еще на Омикроне. Они могли обучаться, но лишь в узких рамках поставленных заранее задач. Для глобального саморазвития у них не было ни требуемых мощностей, ни серьезных предпосылок.
— А как же твоя Клименс, Сэм? У нее ведь вообще нет ничего, кроме…
— Моего мозга, — устало пояснил Шевцов. — Клименс подключена к самому совершенному компьютеру, созданному природой. Мы развиваемся одновременно, хотя не всегда мыслим в унисон… — слабо усмехнулся он.
Генри кивнул. За прошедшие дни он волей или неволей начал разбираться во многих тонкостях компьютерной самоорганизации, и теперь у него возник очередной вопрос:
— Сэм, ты можешь мне пояснить, отчего они застряли на свалке кораблей?
— Могу, — ответил Шевцов. — Хотя ты и сам уже должен догадаться.
Нолан откровенно пожал плечами.
— Не вижу смысла, — признался он. — Сеть хотела устранить цепочку людей, заинтересованных в вырубке леса на Омикроне. По-моему, эти двое прекрасно справились с поставленной перед ними задачей.
— Ничего подобного, Генри. Сеть действительно желала уничтожить, но не только конкретных людей, обладающих определенным знанием, а также и всю информацию о планете ее пребывания. Теперь подумай, кто еще на Кьюиге обладал сведениями по Омикрону, кроме Хьюберта и его ближайших сподвижников?
— Военные? — осторожно предположил Генри.
— В самую точку. Долгосрочная память нашей парочки андроидов содержит план диверсии, направленной против крейсера «Неустрашимый», и замысел покушения на бывшего капитана корабля Дитриха фон Берга, который сейчас является кандидатом на пост министра обороны Кьюига. Именно поэтому в состав «группы» вошел андроид, имитирующий Кейтлин, — она служила на «Неустрашимом» и была лично знакома с Дитрихом фон Бергом.
— Почему они не сделали этого? Не успели?
— Дело
Нолан понимающе кивнул, постучав себя ладонью по лбу.
— Все, дошло…
— Система внесена в звездные каталоги, значит, там рано или поздно вновь появятся люди. Хотя бы по истечении назначенного срока карантина. Сколько бы ни развивалась Сеть, итог для нее будет один: либо полное уничтожение, либо смена базовых программ, что для модуля саморазвития равнозначно смерти.
— И какой выход она нашла?
— Эмигрировать с Омикрона, — ответил Шевцов.
— Что?!.. – недоверчиво переспросил Генри. — Собрать манатки и улететь? Скажи, на чем и главное — куда?
— Слушай, Генри, поймешь ты, наконец, что полный путь саморазвития прошел всего лишь один модуль? Перестань мыслить в масштабе громоздкой Сети и ее подземных убежищ, — это лишь дополнительные компоненты, периферия, а сам искусственный разум представляет собой андроида с модулем саморазвития, который интегрирован в компьютерное ядро, состоящее из двух, ну от силы трех десятков сопроцессорных блоков и такого же количества дополнительных запоминающих устройств. Говоря проще, кибернетическая личность, которая зародилась на Омикроне, занимает скромный объем, сравнимый с рядовым вычислительным центром. Идеальным носителем для такой системы мог бы стать космический корабль, но я не уверен в этом. Память погибших андроидов не содержит никаких данных о далеко идущих планах Сети, о них можно лишь догадываться.
— Например, по факту появления лжелюдей на свалке космической техники?
— Да. Возможно, база Омикрона обладала собственным космическим кораблем, который пострадал при проведении операции «Тайфун» и нуждался в специфических запасных частях… — предположил Шевцов, но тут же оговорился: — Либо до последнего времени шло накопление комплектующих для реконструкции захваченной «Элизабет-Сигмы»… Я не знаю точных планов Сети, но ее логику предугадать нетрудно. Кибернетической системе в идеале подошел бы такой мир, где жизнь людей вообще невозможна.
— Неплохой вариант, — согласился Нолан.
— Но не для нас… — неожиданно произнес Шевцов.
Генри вскинул на него подозрительный взгляд.
— Ты что, Сэм? Пусть это «компьютерное ядро» валит куда угодно…
— Нет.
— Но почему?!.. Какое нам дело до машинного разума?
— Тебе, может быть, и нет дела. А мне есть. Я не противник искусственного разума как такового, но Сеть Омикрона — это клинический случай. Она познала всю низменную составляющую человеческих душ, и ее саморазвитие пошло по кривой нисходящей дорожке. Этот разум враждебен людям, хотя мы сами виноваты в том. Дать ему улизнуть с Омикрона, скрыться в неизвестном направлении, где ядро сможет воссоздать целый компьютерный мир, построенный на тех же искаженных представлениях о человеческой цивилизации, — значит, посеять в космосе зерна новой, еще более ужасной войны. Это, на мой взгляд, не подлежит сомнению, верно?