Она не принцесса
Шрифт:
– Может, и так, сэр, но одна из этих турецких девушек могла бы смягчить ваш нрав. Ну, не скажу, что вы были слишком вспыльчивы последнее время, но...
– Какой абсурд! – раздраженно возразил Йен. – Мне это совсем несвойственно.
– Как скажете, но вы целые месяцы так много работали, и у вас не было времени на дам. – Он помолчал, затем добавил: – Мужчине нужно то, без чего не обойтись, как вы знаете.
Йену не хотелось и думать, сколько времени прошло с тех пор, когда он в последний раз удовлетворял свои потребности в этой особой области. Слишком
Он предостерегающе взглянул на слугу.
– Довольно, Харпер. Еще раз позволишь себе такую вольность, и я буду искать нового слугу.
Слуга, сопровождавший Йена с тех пор, как ему исполнилось пятнадцать, нисколько не испугался. Выговаривай Йен или нет – Харперу все как с гуся вода.
– Вам было бы полезно хотя бы время от времени расслаблять узел на вашем галстуке, сэр, если позволено мне так сказать.
– Не позволено. – Йен постукивал пальцами по столу, сосредоточившись на важных делах. – Зачем посылать меня в Гибралтар? – снова задавался он вопросом, перебирая в уме различные предположения. – Марокко стабильно. В Испании все спокойно. Что же касается французов, наши отношения с ними не очень хороши, но в этом нет ничего нового. Представить не могу, что случилось.
– Что-то опять связано с этими итальянцами, я думаю.
Йен надеялся, что Харпер ошибается.
– Не вижу такой вероятности. Ситуация с Италией нормализовалась. Договор с Болгери подписан, Венский конгресс остается без изменений, а принцесса Элена, когда ей исполнится двадцать один год, выйдет замуж за герцога Осберга.
– Говорят, она не хочет выходить за него замуж.
– Она исполнит свой долг. У нее нет выбора.
Харпер пожал плечами:
– Может быть, и выйдет, но ведь девушки совершенно безответственны, сэр. Особенно итальянки, – с чувством добавил он. – Такой темперамент.
Если кто-то и был знаком с итальянским темпераментом, так это Йен. Последние несколько лет он провел в этом уголке земного шара, потратив массу времени и дипломатических уловок на уговоры принца Чезаре и венецианского, ломбардского и тосканского герцогов сохранять мир и не допускать бунта итальянских националистов против Австрийской империи. Но несмотря на долгое пребывание в Италии, Йен не мог до конца понять итальянцев. Его утонченная британская натура находила их страсти слишком драматизированными, а настроение чересчур изменчивым.
Йен решил не думать об этих проблемах, считая такие размышления бесплодными, и свернул карту. Независимо от того, куда его пошлют, он будет исполнять свой долг. Как всегда.
Тем не менее, когда «Мария Элиза» прибыла в Гибралтар и Йен явился к представителю британского правительства, то, получив новое назначение, он не смог скрыть удивления.
– Вы посылаете меня в Лондон?
– Не я, сэр Йен, – поправил его лорд Стэнтон. – Это приказание самого премьер-министра. Вы должны немедленно отправляться домой. Я назначил сэра Джерваза Хамфри на ваше место в Константинополе, чтобы он разбирался с ситуацией в Турции.
Сэр Джерваз не имел достаточного опыта. Турки сделают
– А с какой целью меня посылают в Лондон?
– Это ни в коем случае не понижение и не порицание. Даже совсем наоборот. Считайте это назначение наградой за ваши труды. – Стэнтон с улыбкой похлопал его по плечу, – Вы едете домой. Я ожидал, что вас обрадует такая перспектива, Я сам возвращаюсь в Англию месяца через два, и я в восторге.
Йен был далек от ликования, и его больше беспокоила причина, а не место назначения.
– Какое дипломатическое дело в Лондоне требует моего присутствия?
Выражение лица Стэнтона стало серьезным.
– Сэр Йен, вы долго и много работали над ситуацией в Италии, когда произошла настоящая катастрофа в Далмации. И тогда мы сразу же отправили вас успокоить турок. За последние четыре года вы бывали дома лишь несколько раз и никогда не проводили там более нескольких недель. Такого нельзя требовать ни от одного человека, даже от вас. Поэтому премьер-министр, посоветовавшись с его величеством, решил вернуть вас в Англию на некоторое время. Сейчас начало июня, середина лондонского сезона, как вы знаете. Вам представляется возможность провести время в приятной компании и в хорошем обществе. Считайте это отпуском.
– Мне не нужен отпуск. – Резкий ответ вырвался у Йена, прежде чем он спохватился.
Вспомнив слова своего слуги, он прижал пальцы ко лбу, чтобы взять себя в руки. Раздражительность не была ему свойственна. Возможно, ему и в самом деле нужен отдых, но едва ли это было поводом отсылать его домой.
Он поднял голову и опустил руку.
– Уильям, мы давно знаем друг друга. Между нами, не могли бы мы прекратить эти дипломатические танцы, не ходить вокруг да около, а поговорить по существу дела? Почему меня отправляют домой?
– Это никакой не кризис. – Стэнтон выдвинул из-за пола стул и сел. – Но это важное дело. Принц Чезаре из Болгери в августе прибывает в Лондон с государственным визитом и пробудет там три месяца, вот они и хотят, чтобы ты занялся приготовлениями к визиту. Но на самом деле это касается дочери Чезаре.
Опять итальянцы. Черт бы побрал Харпера за то, что он оказался прав.
– Принцесса Элена в Лондоне? – Йен сел напротив Стэнтона.
– Нет, не Элена. Другая.
– Какая другая?
– Незаконнорожденная дочь Чезаре.
Йен поднял бровь.
– Не знал, что есть такая.
– Я уверен, у него их дюжина, но эта девушка, Лючия, – особый случай. Ее мать была любимой содержанкой Чезаре. Кажется, он по-настоящему любил эту женщину. Много лет назад, разумеется.
– Он был влюблен в свою любовницу? Тяжелый случай для принца.
– В то время он был совсем молодым, отчаянным, вспыльчивым, холостым, со всеми юношескими увлечениями. Спустя несколько лет, женившись на Софии Тосканской, он порвал с любовницей и отослал дочь к родственникам ее матери в деревню. Он платил за ее содержание, но никогда открыто не признавал ее.