Опал
Шрифт:
– А по-моему, это полнейшее безумие, – заявила Ди, и я была с ней совершенно согласна. – Равносильно добровольному членовредительству.
Точно! Отлично сказано.
– Ну, ты преувеличиваешь, – вздохнул Доусон, глядя в потолок.
– Ты просто не видел, каким тебя притащили с той горы. – Ди нервно накручивала на палец прядь волос. – А Кэти и вовсе сорвала голос, так она кричала. Как пойти на такое?
– Нужно быть психом, – согласился Дэймон. – Ди, я не хочу, чтобы ты это делала.
Ди поморщилась.
– Не
– Все в порядке, – Доусон положил руку ей на плечо. – Я и не требую этого от тебя.
– То есть я хочу помочь, – нетвердо продолжала Ди, – но не могу…
– Говорю же, все в порядке, – Доусон терпеливо улыбался сестре, и его братская улыбка успокаивала ее больше, чем любые слова. – Никто из нас не обязан это делать.
– А кто же тогда обязан? – Блейк обвел нас взглядом. – Если мы собираемся что-то предпринять, то начинать надо было уже вчера. Я не знаю, сколько времени потребуется для выработки иммунитета.
– Вряд ли слишком долго, – занервничав, вскочил Доусон.
– Я провел в проекте несколько лет, – смущенно рассмеялся Блейк, – и то не могу сказать, когда у меня выработался иммунитет к ониксу. Если он у меня вообще есть.
– Вот мы как раз и проверим, – усмехнулась я.
– Ты так этому рада, что ли? – нахмурился он, а я согласно кивнула.
– А я смогу принять участие в проверке? – Глаза Ди недобро блеснули.
– Мы все проверим, по очереди, – Дэймон зловеще ухмыльнулся. – Ладно, вернемся к теме. Кто из нас в деле?
– Я! – Мэтью поднял руку. – Не обижайся, Эндрю, но в этот раз я займу твое место.
– Без проблем, – кивнул Эндрю. – Подожду с Ди и Эш.
Эш, молчавшая весь вечер, снова только кивнула. И тут я заметила, что все уставились на меня.
– Да-да, я тоже в деле, – быстро сказала я.
Дэймон покосился на меня как на сумасшедшую, но я решительно сложила руки на груди.
– Не смотри на меня так! Я – в деле, и точка. Тебе меня не переубедить.
По его лицу я догадалась, что спор мы продолжим наедине. Блейк же поглядывал с одобрением и поддержкой, хотя мне она была совершенно без надобности. Напротив, от его взгляда у меня мороз по коже пробегал, настолько это напоминало о том случае, когда Блейк бросил меня наедине с аэрумом, которого мне пришлось убить. Мне снова очень захотелось его стукнуть.
В итоге мы договорились встретиться после занятий и, если будет подходящая погода, пойти к озеру и поиздеваться над самими собой. Потрясающе!
У меня оставалось еще несколько часов, прежде чем отправляться в кровать, поэтому я попрощалась и пошла домой, чтобы немного позаниматься, а может быть, и написать все-таки пару отзывов. Дэймон меня проводил, и хотя я понимала, что делал он это не из простой вежливости,
– Мы можем поговорить, Кэти?
Я уселась на кухонную стойку, отрыла сумку и достала учебник истории.
– Нет.
– Кэт!
– Что? – Я нашла главу, которую мы читали в классе.
– Я просто не переживу твоих страданий. – Дэймон подошел ко мне и оперся руками о стойку, а я, не обращая на него ни малейшего внимания, достала маркер. – Не смогу снова видеть твои мучения, как было вчера вечером или когда Уилл держал тебя закованной в наручники. Не смогу стоять и смотреть… Эй, ты меня вообще слушаешь?
– Слушаю. – Я выделила последнее предложение.
– Тогда посмотри на меня.
– Смотрю, – я подняла на него глаза и со вздохом отложила маркер. – А я не хочу видеть, как страдаешь от боли ты.
– Кэт…
– Не перебивай! Так вот, я тоже не хочу смотреть на твои мучения, даже думать об этом не желаю.
– Я-то вытерплю.
– Знаю, что вытерпишь. – Наши глаза встретились. – Но это ничего не меняет. Однако я не прошу тебя отступиться.
Он резко отодвинулся, отвернулся и вцепился себе в волосы. Напряжение и разочарование накрыли нас, словно старое драное одеяло. Отложив учебник, я спрыгнула на пол.
– Мне не хочется все время спорить с тобой, Дэймон, но по твоим словам получается, что я спокойно буду смотреть, как ты причиняешь себе боль, а ты якобы этого не сможешь, – подойдя к нему, я обняла его за талию, и он напрягся. – Знаю, тобой руководят благие намерения, но я не сложу лапки только потому, что запахло жареным. И ты тоже не сдашься. В конце концов, это правильно.
– Ненавижу твою логику. – Он накрыл мои руки своими, а я улыбнулась, уткнувшись ему между лопаток. – И, наверное, так будет всегда.
Понимая, насколько ему сейчас сложно, я его крепко обняла, словно любимого плюшевого мишку. Это было нечто! Он вывернулся из моих объятий, склонил голову и поцеловал меня.
Так вот как все происходит у взрослых: можно сколько угодно спорить, можно не соглашаться, но в конце концов они приходят к компромиссу и любят друг друга. Как было у моих мамы и папы. В горле у меня возник комок. Плакать было как-то глупо, но я все равно не смогла удержаться от слез.
– Знаешь, что я собираюсь завтра сделать? Схвачу Баффа за шкирку и заставлю его сожрать оникс.
– Ну, ты садист! – я сдавленно хихикнула.
– Ладно, тебе ведь нужно делать уроки, так? Время Дэймона заканчивается, наступает время занятий. Хотя нам будет сложно теперь прерваться. Это потребует от нас нечеловеческих усилий.
– Ага, мне надо заниматься, – я разочарованно вздохнула.
Он надул губы, что ужасно ему шло. Ох, о чем-то не о том я думала.
– Ладно, тогда я пошел.