Опекун
Шрифт:
И Алан, чье бешенство с каждой минутой нарастало, направился в небольшую комнату для гостей, на которую ему указала Марианна, и попытался заснуть. Но проблема заключалась в том, что, помимо одолевавшей его ярости, его тяготила сама обстановка.
Ночь была наполнена непонятными звуками, ему не хватало привычного шума машин. В конце концов он закрыл окно, в полной уверенности, что иначе к нему заберется летучая мышь или енот, или какое-нибудь другое дикое животное нападет на него, пока он спит. Алан пролежал всю ночь, не сомкнув
Сейчас, при ярком солнечном свете утра, он чувствовал себя не лучше. Детей в доме уже не было, они пошли с Джо в сарай, чтобы помочь ему накормить лошадей.
Лошади, о Господи! Зачем нужно детям из Канаана, Нью-Джерси, знать что-то о лошадях?
Марианна мыла после завтрака посуду и расставляла все по своим местам, будто годами жила здесь.
— Не очень-то успокаивайся, — произнес он тоном, выдававшим его отвратительное настроение. — Мы собираемся пробыть здесь еще один день. Сегодня в полдень будем присутствовать на похоронах, а завтра утром возвращаемся в Нью-Джерси.
Марианна прекратила мыть посуду и повернулась лицом к нему.
— Да? — спросила она. — И когда же ты это решил?
Алан постарался сдержать свой гнев.
— Я имел в виду не совсем то, что сказал, — начал было он.
— Почему-то я думаю, ты имел в виду именно то, что сказал, — раздраженно заметила Марианна.
Едва сдерживаясь, Алан проигнорировал и ее замечание, и интонацию, с которой оно было произнесено.
— Я хотел сказать, что мы не сможем остаться здесь после похорон. Я уже полностью использовал свой отпуск в этом году. Если попрошу дополнительные дни, то потеряю в заработной плате.
Марианна пожала плечами.
— Я просто не вижу способа, как можно ускорить этот процесс, — произнесла она. — Я разговаривала сегодня утром с Чарли Хокинсом, еще до того, как ты спустился. Предстоит оформить горы бумаг по имущественным вопросам. Даже если мы решим закрыть ранчо...
— Мы? — перебил Алан. — Кто это мы? Ты ни слова не сказала мне о ранчо!
— Я имею в виду Чарли и себя. — Марианна вздохнула и опустилась наконец на стул напротив Алана. — Послушай, Алан, думаю, нам надо кое-что обсудить.
Алан язвительно усмехнулся.
— В самом деле? Так кто же из нас строит планы, предварительно ни с кем не посоветовавшись?
— Вот я и затеяла разговор с тобой, — спокойно ответила Марианна. — Я еще ничего не решила. Но поскольку ты завел речь о возвращении домой, мне кажется, это подходящее время. — Она подождала, что ответит муж. Поскольку ответа не последовало, продолжила: — Мне кажется неплохой идеей остаться здесь ненадолго с детьми. Ты мог бы вернуться домой, таким образом мы сэкономили бы много денег и...
— Денег? — перебил Алан. — Из сказанного тобой вчера я понял, что деньги больше не проблема.
Марианна беспомощно всплеснула руками.
— Я не это имела в виду. И конечно, у меня нет ни малейшего
Алан недоверчиво покосился на нее.
— Согласен. Но готов поспорить, что старина Чарли может выплатить тебе нужную сумму авансом, не так ли? — Увидев, как сузились от гнева глаза Марианны, он решил подступить с другой стороны. — В любом случае, как быть с детьми? Занятия начинаются на следующей неделе, не так ли?
— Хотелось бы, чтобы это было так. Но, похоже, ты ничего не знаешь: занятия не начнутся. В Канаане проходит забастовка учителей, и я не думаю, что страсти улягутся раньше, чем через пару недель. Поэтому, мне кажется, имеет смысл детям остаться здесь со мной. У них давно не было настоящих каникул...
Алан резко встал.
— Ты ничего не хочешь обсуждать, не так ли? Ты уже все решила. Ну что ж, прекрасно! — Потянувшись через кухонную стойку, он взял телефон, раздраженно нажал на несколько кнопок, набирая номер, и нетерпеливо застучал пальцами по стойке, ожидая соединения с автоответчиком. Марианна безмолвно сидела напротив. Алан позвонил еще дважды, затем, не говоря ни слова, вышел из кухни.
К тому времени, как он собрал в ванной свои бритвенные принадлежности и беспорядочно побросал в чемодан вещи, сугарлоафское такси — фургон каштанового цвета с единственной металлической эмблемой, прикрепленной магнитом к дверце и призванной извещать о его назначении, — уже подъезжало к дому.
Марианна вышла из кухни, когда Алан поспешно спускался по лестнице со второго этажа, и поймала его у входной двери.
— Ты в самом деле собираешься уехать, не попрощавшись с детьми? — возмущенно спросила она.
Алан окинул ее равнодушным взглядом.
— Я не попрощался с ними и в прошлый раз, так что, думаю, они уже привыкли к этому. — Он пересек большими шагами веранду, спустился вниз, бросил на заднее сиденье фургона свой чемодан и уселся в машину. — Бойсе, — произнес Алан. — Аэропорт.
Глава VI
Марианна уже начала собираться на похороны, когда перед домом остановилась полицейская машина. Одетый в форму офицер подошел к веранде и громко постучал в дверь.
— Марианна Карпентер? — спросил он, когда она осторожно выглянула в щелку. Женщина кивнула, и офицер улыбнулся ей. — Я Рик Мартин. Думаю, Вы встречались с моей женой пару дней назад. Джилли Мартин?
Смутное беспокойство, охватившее ее при виде офицера, исчезло. Марианна широко распахнула дверь.
— Да, конечно. Разве Вы не зайдете? Кажется, у меня осталось немного кофе в кофейнике.
— Нет-нет, спасибо, — отказался Мартин. — Фактически я здесь по делу. — Поскольку Марианна изменилась в лице, он быстро успокоил ее. — На сей раз это не имеет никакого отношения к ранчо. По крайней мере, надеюсь на это.