Опекун
Шрифт:
Марианна покачала головой.
— У меня не было времени.
— В таком случае время это как раз наступило, — провозгласила Оливия. — Так получилось, что сегодня в полдень я не вижу лучшего занятия, чем вмешаться в Вашу жизнь; итак, что Вы скажете, если мы отправимся прямо сейчас?
Следующие два часа они осматривали ранчо: сначала сарай и мастерские, затем заглянули в другие надворные постройки. Оливия подробно объясняла все, что они видели, даже пообещала научить Марианну управлять трактором. Закончив обход построек, Оливия показала ей, как седлать лошадь, и верхом на Буке и Фрице они отправились осматривать территорию. После того как они
— Что Вы скажете... может быть, поедем посмотрим на тот участок, где на днях все было изорвано в клочья?
Марианна колебалась, затем покачала головой.
— Пожалуй, уже поздно. Мне бы хотелось быть на ранчо, когда дети придут домой.
Было уже около четырех, когда они вернулись, но кроме Билла Сайкеса, укладывающего дрова в поленницу у стены дома, никого не было видно.
— Скоро Вы во всем разберетесь, — заметила Оливия, когда они, накормив лошадей, устроились на веранде с бокалами вина, — и я уверена, что Вам не понадобится подручный на полную рабочую неделю. А если надумаете избавиться от Сайкеса, или он просто уйдет сам, — хотя поверьте мне, он никогда этого не сделает, — не торопитесь находить ему замену. Одно поле, пастбище и сарай. Вот и все, что у Вас осталось. Не так-то много придется трудиться, чтобы содержать все это в порядке. Между Вами и детьми не должно быть никаких проблем. И я всегда готова протянуть Вам руку помощи, если это понадобится.
— Я не смела бы и просить... — начала было Марианна, но Оливия жестом остановила ее.
— Только не говорите мне, о чем Вы можете просить, о чем нет. Мы соседи, а это означает, что должны помогать друг другу. Кроме того, если бы не Одри, меня бы здесь не было, поэтому я чувствую себя ее должницей.
— Одри? — повторила Марианна. — Вы имеете в виду, что были знакомы с ней до того, как приехали сюда?
Оливия кивнула.
— В Солнечной долине мы были подругами. Не знаю, насколько бы нам удалось сблизиться, если бы каждая из нас в то время не переживала неудачный любовный роман. — Она внезапно расхохоталась: громкий раскатистый звук, вырвавшийся из ее груди, вполне мог согнать стаю куропаток с насиженного места в районе ручья. — Думаю, раз уж я собралась быть абсолютно искренней, я должна признаться, что ужасно завидовала ей, когда вдруг появился Тед. И позвольте сказать вам, уж я высказалась, когда Одри вышла за него замуж через месяц после знакомства! Наговорила ей, что поступает она так лишь оттого, что находится в подавленном состоянии, что Теда она едва знает, — можете себе представить, что я ей наговорила.
Марианна грустно улыбнулась.
— Думаю, что и я говорила ей то же самое. Но она доказала нам обратное, правда?
Оливия кивнула, вздохнув.
— Безусловно. Во всяком случае после того, как они переехали сюда, я стала приезжать к ним практически каждые выходные, и чем больше времени я проводила здесь, тем больше начинала ненавидеть Солнечную долину. В конце концов я собрала веши и переселилась сюда. Немного потеряла в практике, но переезд стоил того. По крайней мере до тех пор, пока не погибли Тед и Одри. — Оливия замолчала, погруженная в думы, обвела взглядом ранчо, горы, возвышающиеся над ним. Когда она заговорила вновь, голос звучал подавленно. — Помните, немного раньше я сказала, что в последнее время в этом месте, кажется, происходит что-то неладное?
Марианна кивнула.
— Понимаете, я до сих пор не знаю, что это такое. Но ведь есть
Марианна скептически вскинула брови.
— В полночь?
Оливия Шербурн вновь откинула голову, и ее смех разнесся по долине.
— Мне звонят в полночь из-за больной кошки! — призналась она. Затем допила вино и поднялась. — Итак, все было чудесно, но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Пойду проверю свой автомобиль и поеду осматривать, у кого коровы раздулись от переедания, а у кого лошади мучаются от колик. Звоните мне, если Вам что-то понадобится, договорились?
— Договорились, — согласилась Марианна. Она •проводила Оливию до грузового автомобиля, и когда ветеринарный врач уже готова была сесть в машину, Марианна дотронулась рукой до ее спины. — Оливия, могу я задать Вам вопрос? О Теде и Джо?
Казалось, Оливия Шербурн немного напряглась, но впечатление это было настолько мимолетным, что когда она вновь спрыгнула на землю и повернулась к ней лицом, Марианна решила, что это ей только показалось.
— Тед и Джо? — спросила Оливия. — А что о них?
— Я и сама не уверена. — Марианна запнулась, внезапно подумав, стоило ли ей вообще затрагивать эту тему. — Это просто... понимаете, я хочу узнать, не было ли у них каких-нибудь проблем. Чарли Хокинс кое-что рассказал, и это показалось мне немного странным, но затем он старался свести все на нет. А на следующий день приехал Рик Мартин и начал задавать вопросы, и... понимаете, я хочу лишь узнать, не известно ли Вам что-нибудь об этом.
Оливия колебалась лишь какую-то долю секунды, прежде чем заговорила.
— Я знаю, что последние два года Тед был очень строг по отношению к Джо, но если Вы меня спросите, плохо ли Тед обращался с Джо, я вынуждена буду ответить — нет. — Насмешливая улыбка тронула ее губы. — Конечно, у каждого своя оценка плохого обращения. Поэтому я предполагаю, что разные люди по-разному могут рассуждать на эту тему. Что касается меня, я считаю, Тед пытался исправить Джо и привить ему чувство ответственности.
Ответ скорее вызвал у Марианны новые вопросы, чем прояснил положение.
— А что Вы скажете об Одри? — спросила она. — Она тоже думала, что Тед слишком строг к Джо?
На мгновение у Марианны создалось впечатление, что ветеринар вообще не собирается отвечать на ее вопрос, но в конце концов Оливия пожала плечами.
— Существовало много тем, на которые Одри никогда не беседовала со мной, или которые я сама не затрагивала. — Она забралась в кабину своего автомобиля и завела мотор. — Послушайте, — добавила Оливия, — не ищите Вы неприятностей на свою голову. В противном случае я гарантирую, что они не заставят себя ждать! До скорой встречи. — Она включила передачу и тронулась с места.
Марианна подождала, пока машина скроется за первым поворотом дороги, и пошла к дому. Она взяла бокалы со стола на веранде и понесла их на кухню — Сторм не отставал от нее ни на шаг — и вдруг поняла: то, о чем ей только что рассказала Оливия, отнюдь не уменьшило ее тревогу.
О чем не рассказывала Одри и не спрашивала Оливия?
Что-то насчет Джо?
Или Теда?
Или о чем-то совсем ином?
Наконец она решила, что Оливия права, — глупо с ее стороны искать неприятности. Если бы существовали какие-то серьезные проблемы с Джо, или между Джо и его отцом, Одри наверняка поговорила бы с ней об этом.