Орхидеи Феррамонте
Шрифт:
– Может быть, спокойная игра в приятном женском обществе. Или возможность присоединиться к какой-нибудь приватной компании.
– Очень хорошо, - кивнул управляющий.
– Разумеется, я с удовольствием введу вас в здешнее общество.
– Он побарабанил по столу своими белыми пальцами.
– Еще только одна мелочь, чистая формальность, конечно... Когда зарегистрируетесь, будьте любезны предоставить мне гарантию банка. Если вы...
Он запнулся, наблюдая с непроницаемым лицом, как Фаддер открыл бумажник,
– Я дам вам расписку, - поспешно сказал управляющий.
– Большое спасибо.
– Джонни убрал бумажник.
* * *
Она подсела на соседний табурет у стойки бара.
– Добрый вечер!
– С ума сойти - Лаура! В этой обстановке я тебя едва узнал.
– Видимо, у меня не слишком запоминающееся лицо.
– Глупости. Просто там, на пляже, все смотрят отнюдь не на твое лицо... Что-нибудь выпьешь?
– Большое спасибо. Не здесь. Мы можем уйти?
– Уйти? Скажу откровенно: я кое-кого жду.
– Приятного женского общества, - весело процитировала Лаура.
– Откуда ты знаешь?
– Я и есть это самое женское общество.
– Извини - я сегодня что-то плохо соображаю, - сказал Фаддер.
– Но совпадение приятное.
– Вовсе не совпадение. Я специально попросила, чтобы мне поручили о тебе заботиться.
– Вот не знал, что ты симпатизируешь жирным, дряблым старикам.
– Это была всего лишь шутка. Ты не жирный и не дряблый. Наоборот - я думаю, тебя следует немного подкормить.
– Она скользнула языком по губам. Ну, посмотрим, чем можем мы заняться нынче вечером...
* * *
Удачи в игре Лаура не принесла. Фаддер играл в баккара три часа и все время проигрывал, хотя и не по-крупному. Лаура не поддавалась уговорам присоединиться к игре.
– Тебе не скучно все время только смотреть?
– Только если мы выиграем.
– Тогда у тебя сегодня, должно быть, очень увлекательный вечер.
Напитки на столы подавались, естественно, за счет заведения, но в игорном салоне имелся и бар, расположенный у вращающейся двери. Около часа Фаддер почувствовал, что у него рубашка прилипла к телу и разболелась голова от дыма.
Он решил смочить горло ещё одной последней порцией виски с содовой, причем в том баре, где воздух был посвежее. Там он встретил какого-то француза, которому тоже не везло.
– Не могли бы вы мне кое-что объяснить, приятель?
– Если смогу...
– Мне незнакома игра, в которую играют вот за тем столом. Что это?
– Тресило, - ответил Джонни.
– Она очень распространена в Испании, но вам я бы её не рекомендовал. Нам, иностранцам, её никогда не понять.
– Ясно. Могу я предложить вам выпить?
– Но, пожалуйста, позвольте мне...
– Нет, прошу, окажите
– Ну, хорошо. Большое спасибо. Виски.
– Мигель, виски.
– Француз командовал барменом со спокойной уверенностью человека, осознающего свою власть.
– Моя фамилия Лемерсье. Из Ниццы.
– Фокс. Я англичанин.
– Да, я так и подумал. Мне кажется, нам обоим лучше было остаться дома, согласны? Даже в баккара испанцы, похоже, научились бить нас нашим же собственным оружием. Что скажете?
Лемерсье отнюдь не был пьян, но в то же время и не совсем трезв. Поэтому Фаддер не удивился, когда тот, отпив половину порции, просто повернулся и, сделав какой-то неопределенный жест, не извинившись, исчез в дверях. Фаддер свою отраву выпил медленнее, затем взял под руку Лауру и повел её в сад. Дождя не было, прохладный влажный воздух отдавал запахом цветов.
– Он постоянный посетитель, этот француз?
– Я его раньше никогда не видела, - сказала Лаура.
– И ничего о нем не знаю - кроме того, что он богат.
– А это ты откуда знаешь?
– Бросается в глаза.
– В сущности, глупый вопрос, сюда ведь приходят только богатые люди.
– Да, это верно. Но некоторые богаче других.
Сентенция в стиле Оруэлла, подумал Фаддер. И ситуация подходящая. Фаддер облокотился на перила, глядя на море.
– А я?
– Ты - из тех самых других.
– Да, здесь, ты, пожалуй, права. Откуда ты знаешь?
– Сужу по тому, как ты играешь в карты.
– Ты очень наблюдательна.
– Да, этого у меня не отнять.
Джонни кивнул.
– Мне показалось, что за столами было несколько действительно прожженных игроков.
– Они-то тебя и обобрали. Но не слишком.
– Могло быть и хуже.
– Ты выбрал плохой вечер для дебюта. По пятницам и субботам приезжают крупные шишки из Барселоны. И даже из более дальних мест. Нужно было попробовать во вторник или среду.
– Почему?
– В эти здесь бывают молодые люди из "Маникомио". Золотая молодежь, подрастающее поколение. Они тоже хотят попробовать свои силы в игре, хотя ничего в ней не смыслят. Выкачать из них деньги - просто детская забава.
– Меня это не слишком привлекает, - поморщился Фаддер.
– Ты думаешь?
– Она довольно чувствительно ущипнула его за руку.
– Вот почему ты никогда не станешь по-настоящему богат. Если хочешь, можем пойти в "Маникомио".
Фаддер уже и раньше слышал это испанское слово, означавшее "сумасшедший дом".
– Где это?
– спросил он.
– Внизу, в подвале. Сегодня там вечеринка. Не хочешь заглянуть?
– Согласен.
– Там, собственно говоря, довольно замкнутое общество, но парой больше или меньше - никто не заметит. Идем?