Орхидея
Шрифт:
— Через пару месяцев он уходит в отставку, — доверительно сообщил Раф. — Руководство компанией приму я.
Глаза Престона чуть расширились, а затем задумчиво прищурились:
— Неужели?
— Да, — подтвердил Раф. — Именно так.
Орхидея пронзила Рафа решительным взглядом:
— Пора пообщаться с гостями.
— Ты иди, — предложил Раф. — Я через минуту присоединюсь к тебе. Мы тут еще немного поболтаем с доктором Лусом.
Орхидея прикрыла глаза. Ситуация выходила из-под контроля.
— Э-э, Раф. Не знаю, такая
— Стоунбрейкер прав, — весело заявил Престон. — Почему бы тебе не прогуляться и не позволить нам двоим поближе познакомиться.
— Ты понятия не имеешь, во что ввязываешься, Престон, — предостерегла Орхидея.
— Разумеется, понимаю. — Тот махнул рукой, как бы прогоняя ее. — Не беспокойся. Мы еще увидимся до конца вечера.
Орхидее пришло в голову, что Лус, подобно добыче у водопоя, находился в блаженном неведении, что из кустов к нему подкрадывается хищник. При иных обстоятельствах она посчитала бы за счастье бросить Престона на произвол судьбы. Однако это была свадьба Вероники, поэтому она строго посмотрела на Рафа:
— Никаких скандалов. Подумай о новобрачных.
— Никаких скандалов, — с готовностью пообещал тот, не сводя взгляда с Престона. — Это слишком примитивно.
Орхидея сдалась. Она повернулась и поспешила по дорожке под защиту остального стада.
Дойдя до места основного скопления гостей, она направилась прямо к винному бару, не осмеливаясь обернуться и посмотреть, что происходит в дальнем конце сада.
— Чем могу служить, мэм? — вежливо поинтересовался официант.
— Большую порцию того, что у вас найдется под рукой.
Молодой человек кинул взгляд в ту сторону сада, где еще несколько минут назад находилась Орхидея, и внимательно всмотрелся в представшую перед ним картину беседовавших Престона Луса и Рафа. На лице парня отразилось сочувствие:
— Хорошо, мэм.
Он достал бутылку дорогого шампанского, наполнил бокал и поставил перед ней.
Не успев сделать первый глоток, Орхидея услышала пролетевший по толпе гостей всеобщий вздох изумления и съежилась. Одна надежда, что Вероника когда-нибудь простит ее. Подкрепив силы большим глотком шампанского, Орхидея собралась с духом и с чувством глубокой покорности неизбежному обернулась. Все таращились на сцену, разыгравшуюся у зеркального пруда.
На краю водоема стоял Раф. С того места, где находилась Орхидея, невозможно было рассмотреть выражение его лица, но всей позой он с готовностью демонстрировал искреннюю заботу и участие.
Престон же торчал в середине мелкого водоема. Белый костюм промок и покрылся грязными пятнами. Лус делал вид, что не замечает протянутую ему Рафом руку.
На глазах у Орхидеи и остальных свидетелей Престон прошлепал в противоположном направлении и выбрался с другой стороны. Потом он неуклюже перелез через низкую каменную стену, окружавшую сад, и исчез в направлении парковки.
Никто не смеялся. Это было бы так не по-метадзен-синергетически.
С мужественным чувством принятия неизбежного она ждала, пока Раф проберется сквозь толпу зрителей. Орхидея наблюдала, как его то тут, то там останавливали и засыпали вопросами.
По мере его приближения она смогла расслышать, что он отвечал.
— Он поскользнулся и упал. На краю озера такие влажные и скользкие камни. Надо быть осторожнее…
Когда Раф подошел к ней, она разглядела в его взгляде удовлетворенный блеск. Раф напомнил ей волк-борзую, вернувшуюся с охоты и складывающую к ногам хозяина мышь-кролика. Хоть его язык и не свешивался сбоку из пасти, Орхидея могла бы поклясться, что он явно упирался в щеку.
Орхидея боролась с искушением погладить Рафа по голове.
Не ожидая, когда его попросят, официант вручил Рафу бокал голубого шампанского. Удивленно кивнув, Раф принял подношение:
— Спасибо.
— На здоровье. — Официант поймал его взгляд. — Это меньшее, что я могу сделать в обмен на удовольствие видеть, как профессор Лус выбирается из пруда. Наверное, бтльшей мести кто-то из нас и не дождется.
— Мести? — вежливо поинтересовался Раф.
— Сегодня я обслуживаю бар, чтобы подзаработать. Но вообще-то я ассистент на кафедре процессора Луса в Институте. В прошлом месяце он опубликовал в журнале «Синергетическая теория» статью, в которую вошли результаты, стоившие мне годичного труда. И даже не поставил меня в соавторы, как научного сотрудника, внесшего вклад в этот проект.
— Постойте, — запротестовал Раф. — Если вы предполагаете, что я умышленно толкнул Луса в воду, то уверяю вас, это был несчастный случай.
Парнишка ухмыльнулся:
— Каждый знаток метадзен-синергетики знает, что не бывает чистых несчастных случаев.
Не дожидаясь ответа, он отправился вдоль барной стойки к другому гостю, чтобы налить тому вина.
Краем глаза Орхидея заметила, что к ней идут родители. Она оперлась на стойку бара и сделала еще глоток шампанского.
— Несчастный случай, говоришь? — прошептала она.
— Он потерял равновесие и упал. С каждым может случиться.
Орхидея вдруг почувствовала себя до смешного довольной.
— Престон упал в воду не случайно.
Раф одарил ее снисходительной улыбкой:
— Вспомни второй принцип Норт. «Всеми природными процессами управляет борьба за равновесие и гармонию».
Возникшая рядом с Орхидеей Анна безмятежно улыбнулась Рафу.
— И как великолепная иллюстрация этого важного принципа, процессор Лус только что явно проиграл борьбу за сохранение синергетического баланса, — поддержала она его.