Орки
Шрифт:
Шаманку рывком кинуло в лапу тени, и она повисла, слабо подергиваясь.
– Ему нужна помощь, и ты ему поможешь. Будешь ему верна. Так что запомни, его смерть - твоя смерть.
Она задергалась в его руке, я почувствовал запах горящей плоти. Шаманка на глазах усохла до состояния древней развалины и отлетела в сторону.
– Она будет верна тебе. Как и все остальные, что ты привел.
Стоящий рядом котел с кольцами вспыхнул низким, коптящим пламенем.
– А это мой дар тебе, - моя левая рука задымилась, я цапнул себя за плечо, чтобы не закричать. Через мгновение дым рассеялся, и на руке проступил узор из букв древнего языка, выжженный на
– Он появится тогда, когда это будет нужно.
Тень снова стала полупрозрачной, сгорбилась и вяло шевельнула рукой.
– Иди и сделай то, что ты задумал.
Она стала расплываться и рваными лохмотьями мрака исчезла в сереющей тени холма.
У меня за спиной зашевелились орки. Подойдя к неподвижно лежащей шаманке, я перевернул ее и посадил. Махнув рукой, подозвал ее помощницу. Открывшая глаза шаманка что-то прошептала, и помощница поднесла к ее рту небольшой горшочек с резко пахнущей жидкостью. Выпив ее, она закашлялась и подняла на меня глаза.
– Жадный у нас Господин.
– Ничего, я уверен, что ты придумаешь, как восстановиться. Я так и не услышал, куда ты дела усатого охотника.
– Он мне нужен.
– Как скажешь. Как я понял, он нас с тобой связал.
– Будь ты проклят, это не нас, это он меня к тебе привязал.
– По мне так я доволен. Вставай, великая ведьма, тебе надо объявить народу, что жертва принята благосклонно. И Темный теперь с нами.
– Помоги встать.
Дальше она своей речью завела орков до исступления, праздник продолжился. Тзя распорядилась выкатить два бочонка браги из корней рогоза, жуткая гадость, но орки выдули все.
В котле шаманка выкопала связки колец, смесь в которой они варились, приобрела зеленоватый цвет и стала вязкой как смола.
Шаманка тут же выгребла ее всю, и на мой вопрос, неохотно ответила, что это очень полезная вещь, ей надо с ней поработать для определения полезных свойств и вообще все, чего коснулось сила Темного, не может быть без полезных для нас свойств.
Как мне потом призналась Тзя, она в суете тоже смогла зачерпнуть этой мази. И обещала тоже с ней разобраться.
Кольца, вываренные таким способом, независимо от материала, из какого они были сделаны, приобрели глубокий черный цвет и крепость близкую к камню, по крайней мере, моя попытка поцарапать их ножом ни к чему не привела, кроме испуганных вздохов окружающих. На них прощупывались какие-то надписи, слишком мелкие для рассмотрения. Врученные оркам, они их загнали в заоблачный восторг, и праздник вылился в грандиозную пьянку, с той самой подачи от Тзя.
В общем проснулся я в своем доме в обнимку с Тзя и Таур, жуткой головной болью и сухостью пустыни во рту. Для полного комплекта еще был мрачный Хромой в сопровождении остальных Старших, трясущий меня за ногу.
– Говори.
– Дым, Вождь. Чада уже ушел к перевалу со своими.
– Пришли, значит. Тревога, поднимайте всех. Ульрих идет. Люди идут.
Стоявшие за спинами Старших посыльные молча кинулись на улицу. В лагере запели команды, забегали, гремя оружием орки, Тзя и Таур дружно бросились к моему снаряжению. Пройдя мимо расступившихся Старших, краем глаза заметил вылезающую из темноты дальнего угла нашей землянки Аю с Грымом. Выйдя на улицу, замер на мгновение, разглядывая суету в лагере. Не заметив слишком большого беспорядка, с помощью посыльных умылся у колодца. Выпил поднесенного мне Тзя травяного настоя и надел принесенное Таур оружие. Тзя внимательно
За это время большая часть орков уже стояла в строю, ожидая команды. Под шипение десятников бежали, сломя голову, еще не вставшие в строй. За воинами сбивались в еще неуклюжий и кривой строй, щенки из вспомогательных десятков, навьюченные запасным оружием, дополнительными стрелами и дротиками, лагерным оборудованием и запасами еды.
Ко мне подбегали десятники, докладывая о готовности к походу. От своего шалаша пришла, еще не совсем оклемавшаяся шаманка и стала у меня за спиной.
Стоявший рядом Хромой, поймав мой кивок, высоко поднял мой посох над головой и проголосил команду. Все замерли в ожидании. Ко мне подбежали Старшие отрядов. Получив последние указания, вернулись к своим воинам. Еще раз оглядев строй, я повернулся к шаманке и склонил голову.
Одетая в тот же наряд, что и на ритуале призыва Темного, в сопровождении двух помощниц, тащивших за ней стол, она величаво прошла на середину и замерла.
Установив его у нее за спиной, орочанки шнырнули в ближайший складской навес.
Шаманка выглядела изможденной и уставшей. Но уже гораздо лучше, чем сразу после ритуала, и держалась увереннее. Сейчас она задумчиво оглядывала строй орков, что-то негромко приговаривая. Потом взяла со стола бубен и негромко ударила в него. Еще и еще раз, она негромко запела, все громче поднимая голос и ускоряя ритм бубном.
Все внимательно и молча слушали ее. В открытые ворота вбежал совсем молодой Болотник и, шарахнувшись от шаманки, по широкой дуге обежав ее, подошел ко мне.
– Вождь, на Пристань пришли наемники от Бооргуза. Больше сотни, на барках Перекрестка. Они выгрузились и идут сюда. Сказали, что у них найм к тебе. С ними пришел и привел барки кормчий Купца, он подтвердил, что так и есть. Показал твой знак.
– Добрались наконец. Я уже думал, что не успеют. Беги, разверни их на Проход. А то они от нас отстанут.
Поклонившись, Болотник сорвался с места и исчез в воротах.
Шаманка же подошла к основной части ритуала, к ней из сарая притащили упирающуюся крупную собаку, и она каменным лезвием, одним взмахом вскрыла ей горло.
Помощницы держали ее, пока шаманка собирала ее кровь в чашу. После чего, плеснув в нее немного трофейного вина, она подошла ко мне и протянула чашу. Поклонившись ей, я принял ее и осторожно отпил. Потом двумя руками вернул ей с поклоном чашу.
Взяв ее в руки, она еще немного помолилась над не и, окунув пальцы в кровь, провела у меня по щекам, измазав их кровью. Ненадолго замерла, что-то пытаясь разглядеть в моих глазах, после чего, удовлетворенно кивнув, пошла вдоль строя воинов, под тихую песню начав короткими, скупыми мазками раскрашивать им лбы кровью. Поклонившись ей вслед, уже окрашенные воины, касаясь своего лба, пробовали кровь и замирали, крепко сжимая оружие.
Пройдя всех, даже задохнувшихся от значимости щенков, шаманка вернулась на середину и замерла рядом. Помолчав, подняла голову и заговорила.
– Орки, вас ждет битва, на вас смотрят ваши предки, на вас смотрит Темный. Вы - его воины. Вы - его сила. Вы - воины вашего Вождя. Он - слова и руки Темного. Идите и возьмите себе победу. Или найдите себе место в строю Темного.
Развернувшись она подошла к воротам и, уже не жалея, со всего маху ударила в боковой столб ворот, под дружный рев войска перешла ко второму и тоже пометила его отпечатком кровавой пятерни. После чего тонкой струйкой пролила кровь в проходе, замыкая их.