Остап Бендер — агент ГПУ
Шрифт:
– Считал и мечтал с детства побывать там.
– Нет, Рио – это большой центральный город одного из штатов Бразилии.
– А сколько штатов в Бразилии?
– В Федеративной республике их двадцать один, Остап.
– Ах, двадцать один?!
– Самые крупные – это Сан-Паулу и Рио. Численность население города твоей мечты Рио, около 4-х миллионов человек. Порт находится на берегу бухты Гуанабара Атлантического океана. Город основан португальскими конкистадорами в январе 1502 году. Так подробно я вам изложил потому это из моей лекции, которую я преподавал моим соотечественникам в Бразилии, в университете.
– А население португальцы?
– Бразильцы –
– Чем же занимаются бразильцы?
– Работают в разных промышленностях: химической, машинно-строительной, пищевой, текстильной, легкой. Основная религия, католическая, но есть и другие религии.
– Строй, как я понимаю, капиталистический, без Советов?
– Была и коммунистической, основана в 1922 году, была…
– И там коммунисты?! – воскликнул Бендер.
– Но ее запретили, как источник революционного движения, поощряющая восстания крестьян за земли. Но пора спать, Остап. Завтра на съезд, – выключил свет бразилец. – И правильно сделали, что запретили.
– Я тоже так думаю, коллега, – уже сонным голосом произнес Остап и спросил: – Так что, в Бразилии разговаривают только на португальском?
– Нет, почему, и на немецком, английском, итальянском, испанском, арабском, французском… – сделал сонную паузу Алексей, и вяло добавил: – польском…
Утром, позавтракав, новоявленные друзья археологи отправились на съезд.
После регистрации вошли в зал. Остап занял место у прохода, воспользовавшись, что его друг, встретив знакомого египтянина, уселся возле него неподалеку от трибуны, к которому вышел в черном фраке человек и по-немецки заговорил длинно и непонятно для Остапа. И когда он закончил, то все встали и, какое-то время постояли, опустились на свои места. Бендер не все понял, уловил только одно, что все вставшие помянули всемирно известного немецкого археолога Генриха Шлимана. А если бы он понимал все то, что говорил открыватель Международного съезда, то услышал бы такое… – Предлагаю, господа, почтить светлую память великого немецкого археолога Генриха Шлимана общим вставанием. И когда все снова заняли свои места, он заговорил снова: – Это он открыл древний город Трои… Илион на северо-западе Малой Азии. Троя, как вам известно, по древнему эпосу была обнаружена в 1870 году Генрихом Шлиманом при раскопках Холма Гиссарлык. Систематически раскопки с конца 19 века открыли разные слои Трои. Начиная с эпохи ранней бронзы около 3х тысяч лет до нашей эры. Шлиман открыл местонахождение Трои и раскопал ее. Он вел также раскопки в Микенах, Орхомене и в других местах…
Но этого и много другого Бендер с пониманием не услышал и когда докладчик продолжал говорить о достижениях археологической науки, он встал и выскользнул из зала.
Выйдя на улицу, Бендер остановил такси, показал шоферу бумажку, и поехали по адресу написанному по-немецки.
Выйдя из машины, Остап отыскал нужный номер дома и хотел подняться лифтом на третий этаж, но его остановил привратник с вопросом. Бендер и здесь предъявил бумажку с номером квартиры жильцов Дортман. Это были родственники киевской Эльзы жены нэпмана Клюева. Привратник замотал головою со словами:
– Найн, найн, и еще несколько слов и Остап понял, что их дома нет, что они на работе и будут вечером.
Поблагодарив квартироснимателя, Остап вышел и пошел по проспекту, обдумывая дальнейшие свои действия. Увидев сквер, он уселся на свободную скамью и сказал сам себе вслух:
– Нет, это никуда не годится, Ося. Как же я буду общаться с этими Дортманами? Не приглашать же для этого
Другого Остап не находил и еще раз посетовал, что плохо подготовил себя к знанию хотя бы разговорного языка на немецком. И вдруг рассмеялся со словами:
– Вот тебе и Рио, мечтатель! Моя хрустальная мечта детства! И уже мысленно продолжил: «Все больше и больше тускнеет эта мечта, отбывает у меня охоту перебраться в это сказочное Рио-де-Жанейро, где есть не все такое, какое себе представлял. Господствовал так английский капитал, а сейчас американский. И коммунисты там есть, волнуют народ своей утопией…»
Мимо проходил гуляющий мужчина и дама. Бендер прервал свои мысли, глядя на них. А когда они прошли, Остап мысленно спросил себя:
«Главное это что? Главное это разделаться с алмазами. Не носить же их все время в конвертах и в поясе. Разделаться и вернуться в Киев. Ося, так ты вернешься в Киев? – задал он вопрос. – И уточнил: – да, в Киев, а не в какой-то там Рио-де-Жанейро, которым забил я себе голову. С миллионами можно и в любой капиталистической стране пожить на широкую ногу, как говориться. Да, господин Бендер, а ты знаешь как долго и сложно добираться до этого самого Рио-де-Жанейро? Бразилец говорил мне вчера в ресторане. Пароходом плыл из Рио в Нью-Йорк. Оттуда пароходом в Гамбург. Из Гамбурга сюда уже поездом. Ничего себе маршрут, если я надумаю отправиться туда. Нет, Ося, все это не так просто и не так заманчиво, как я себе представлял».
Так продолжал рассуждать мысленно, Остап не пришел ни к какому определенному решению и отправился в ближайший ресторан обедать.
За столом в ожидании своего заказа мысленно проговорил:
«И алмазов добывают там много, поскольку Бразилия состоит в Международном синдикате по добыче и сбыту алмазов. Вот тебе и Бразилия со своим фантастическим Рио-де-Жанейро. Мои алмазы могут и не дать миллион, на который я рассчитываю». Помолчав, он подытожил мысленно: «Нет, Ося, все больше и больше я прихожу к выводу, что мой Рио-де-Жанейро отпадает» – закончил он рассуждать об этом, когда официант начал расставлять на столе блюда его заказа. Он сказал, когда официант уже отходил от стола:
– И кружку пива, пожалуйста.
– Баварского? – обернулся тот.
– Я, я, Баварского, – бросил ему Бендер и удивился, что официант переспросил его по-русски «Баварского?», так и я заказывал ему по-русски, – произнес он мысленно. – А я, не обратил внимание на это. Он или из русских или обучен принимать заказы не только на немецком» – подытожил Остап.
Спешить ему было некуда. На съезд он решил не идти. Бразилец расскажет, что там было. Натюрморт с молочником он даже и не вынимал из баульчика, чтобы кому-небудь предложить, зная, что это лишнее. А вот как быть с Дортманами? У него определенного решения не было. И когда к нему подошел официант со счетом, Остап спросил его:
– Вы хорошо говорите по-русски?
– Да, это мой родной язык. В двадцать четвертом я перебрался сюда из Турции.
– Из Турции?
– Да. Из Севастополя с Врангелем в Стамбул. Там несколько лет нищенствовал, перебиваясь на разных работах. Потом перебрался сюда. Работал где прийдется, а теперь вот кельнером служу…Поскольку могу принимать заказы и на немецком, и на английском, и на французском, и на русском, как вы поняли.
– Знаете много языков?
– Я дворянин в прошлом, штабс-капитан гвардии, а когда понадобились языки, я их и усовершенствовал для работы…