Остров

Лаймон Ричард Карл

Я уже собрался было расстаться с нею, как вдруг она пригласила меня в это путешествие.

А теперь, похоже, она ждала от меня каких-то действий.

Честно говоря, мне не очень хотелось ее целовать.

Чтобы это было мало-мальски приятно, надо, чтобы тот, кого целуешь, нравился.

А хотелось мне тогда совсем другого – просунуть пальцы под нагрудные чашечки и со всей силы потянуть их вверх, чтобы груди выпорхнули на свет Божий, как это произошло у костра в ночь засады.

Но совершить подобное я не мог, и дело было даже не

в том, следила за нами Билли или нет.

Конни слегка приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, что я делаю.

– Увидимся, – бросил я ей, пятясь назад. Открыв оба глаза, она сделала небольшой шаг вперед и пробормотала:

– Ага, иди-иди, да не задерживайся. Беги, как...

– Я отваливаю. Разве не этого...

– БЕРЕГИСЬ! – закричала Билли.

Охота (часть третья)

Когда Билли выкрикивала свое предупреждение, вниз, словно сброшенный в водопад течением ручья, летел камень размером с кокосовый орех. Увидел я его за какое-то мгновение до того, как он ударил Конни в левое плечо, чиркнув по левой стороне головы.

Голова ее при ударе так дернулась, что можно было подумать, будто по ней врезали бейсбольной битой. Волосы разлетелись в стороны, а лицо передернулось. Когда камень саданул Конни по плечу, она завалилась влево и через секунду скрылась под водой.

Билли и Кимберли что-то истошно кричали, но слова невозможно было разобрать.

Поднырнув, я подхватил Конни под мышки и вытолкнул на поверхность. Тело ее обмякло, голова безжизненно болталась из стороны в сторону, а изо рта лилась вода. Глаза были открыты, но закатились вверх, так что видны были одни белки. Стекавшая по левой стороне головы вода окрашивалась в красный цвет.

Я потащил Конни к берегу, туда, где она оставила свою тенниску. Затем попробовал вытолкнуть ее спиной вперед, чтобы посадить на плоский камень, но мне никак не удавалось приподнять ее достаточно высоко. Она начала сползать назад, и тогда я на миг отпустил ее и перехватил вокруг бедер. На этот раз мне удалось поднять Конни и усадить на камень.

К этому времени рядом с нами появилась Кимберли.

– Побудь с ней, – запыхавшись произнесла она, затем выскочила из воды и стала быстро карабкаться вверх по скале. Она взбиралась к вершине водопада.

Безоружная.

Я стоял в воде и придерживал Конни за ноги, чтобы не дать ей соскользнуть в лагуну. Прежде чем я успел сообразить, что делать дальше, Билли была уже тут как тут. Обойдя меня, она взлезла на валун и, опустившись сбоку от Конни на колени, склонилась над ней и прижала ее за плечи к камню.

– Ну вот, теперь не скатится, – выпалила она.

Почти у самой вершины водопада Кимберли пропала из виду.

Я вскочил на валун.

Стоя по обе стороны от Конни, мы с Билли слегка приподняли ее, втащили повыше и положили на спину.

– Вот так, вот так, – приговаривала Билли. Голос у нее был почти спокойный. – Все будет хорошо, милая. Все будет хорошо.

Подобной

уверенности лично у меня не было. Конни была без сознания, и из головы ее текла кровь. Но она была жива. И дышала. При таком большом количестве обнаженной плоти просто невозможно не заметить всех тех частей тела, которые подымались и опускались. А в отдельных местах – на боковой поверхности шеи, под грудиной, – можно было даже увидеть пульсирующую в такт сердечному ритму кожу.

– Что будем делать с ее головой? – спросил я.

– Тут есть ее тенниска.

Выдернув из-под колена насквозь мокрую тенниску, я свернул из нее огромный толстый тампон и приложил его к окровавленной голове Конни.

Она застонала и попыталась отвести голову в сторону.

Билли положила руку на ее голову с другой стороны и придержала ее.

– Так надо, милая, – произнесла она и тихо заплакала. Думаю, от радости, поскольку Конни застонала – и это было хорошим признаком. – Все обойдется, милая. – Она пару раз шмыгнула носом. – Произошел несчастный случай, но все обойдется. – Другой рукой Билли утерла слезы и обратилась ко мне: – Как ты считаешь, плечо сломано?

Верхняя часть плеча Конни была сильно ободрана, словно после затяжного торможения по асфальту. Но плечо не казалось сильно опухшим или деформированным.

– По-моему, обошлось без перелома, – ответил я. – Хотя, сама понимаешь, большого опыта с переломами костей у меня нет.

Зажмурившись, Конни обнаружила крепко стиснутые зубы и вновь застонала.

Билли вцепилась в неповрежденное плечо девушки:

– Ты непременно выздоровеешь. – А мне сказала: – Слава Богу, что ты был рядом. Иначе она могла бы утонуть.

Я покачал головой.

– Этот камень появился так неожиданно, – попытался оправдаться я. – У меня не было времени сделать что-нибудь. Если бы я оттолкнул ее в сторону или еще что-нибудь... А я просто стоял, как замороженный.

– Ты был великолепен, – возразила Билли. – Просто все произошло так быстро.

– Откуда появился этот камень? – поинтересовался я. – Ты видела?

– Он перекатился через край водопада.

– Сам по себе? – недоумевал я.

– Едва ли. Во всяком случае, я так не думаю. Мне кажется, его кто-то бросил – или столкнул. Кто-то, кто находился выше водопада, но на достаточном расстоянии от его края, чтобы его не заметили.

– Уэзли или Тельма.

– Думаю, что да.

– Как там она? – Я поднял голову и увидел, что Кимберли спускается вниз по склону.

– Ее здорово зашибло, – ответил я. – Но она уже приходит в себя.

– Она оклемается, – добавила Билли.

– Нашла что-нибудь там, наверху? – осведомился я.

– Ничего. – Кимберли присела на корточки, чтобы получше рассмотреть рану Конни, и ее обнаженная рука коснулась моей. – Как дела, Кон?

В ответ послышался стон боли.

– Она такая твердолобая, что этот камень, вероятно, даже не оставил вмятины, – заметила Кимберли.