Остров
Шрифт:
– Не торопись, – сказала ей Кимберли.
– Да, может, я и тороплюсь. – Она больше не плакала, но теперь у нее, видимо, возникли проблемы с дыханием. – Никто не хочет мне верить, и все вы будете обращаться со мной, как с какой-нибудь прокаженной, пока все это не прояснится.
– Никто не обращается с тобой, как с прокаженной, – возразила Кимберли.
– Ты не прокаженная, – заметила Билли.
– Ты – предательница, – добавила Конни.
– Вот именно, – подтвердила Кимберли. – Предательница. Но мы
– Вы сомневаетесь?
На секунду задумавшись, Кимберли объявила:
– Возможно, нам следовало бы казнить тебя.
– Что?
– Убить тебя. В моем представлении, помогая ему спастись из нашей засады, ты совершила тяжкое преступление, караемое смертной казнью. Не будь ты моей сестрой – и дочерью моего отца, – скорее всего тебя бы уже не было в живых.
Тельма неожиданно смертельно побледнела и, казалось, готова была вот-вот блевануть.
– Ты шутишь, – промямлила она.
– Ты так думаешь?
Конни с презрительной улыбкой добавила:
– Лично я так не думаю.
– И чего мы с тобой нянькаемся? – продолжала Кимберли. – Но мы даем тебе последний шанс. Так что лучше не ври о Уэзли.
– Он мертв, и я его убила! Я не лгу! Если вы мне не верите, пойдемте прямо сейчас!
– Может быть, завтра, – сказала Кимберли. Мы все рты открыли от изумления.
– Или послезавтра, – добавила она. Мы в недоумении посмотрели на нее.
– Разве не лучше разобраться с этим пораньше? – спросил я. – Было бы очень неплохо знать наверняка. И, если он действительно мертв, тогда нам не нужно больше опасаться того, что он подкрадется к нам исподтишка...
– Мне так точно хотелось бы знать это, – поддержала меня Билли.
Тельма оживилась. Очевидно, почему-то решила, что мы на ее стороне.
– Видишь? – воскликнула она. – Они за то, чтобы пойти сейчас.
– Мы еще не слышали мнения Конни, – возразила Кимберли.
Конни скривилась.
– Я никуда не собираюсь идти. Ты, наверное, пошутила?
– А если мы оставим тебя здесь? Согласна?
– Одну? Нельзя оставлять меня здесь. Все это может оказаться уловкой. Возможно, в ту же самую минуту, как вы скроетесь в джунглях, здесь появится Уэзли и прикончит меня.
– Не волнуйся, – успокоила ее Билли. – Мы никогда не оставим тебя одну.
– А я не собираюсь идти с вами на поиски его тела. Я не могу. Слишком... В общем, я себя так дерьмово чувствую. – Конни сердито взглянула на Тельму. – По твоей милости, гребаная дура.
– Извини.
– Извини? А как ты думаешь, сильно помогает твое “извини” от кинжальной боли в голове, шее, плече и руке... Да благодаря тебе я превратилась в одно огромное больное место с головы до пяток. Так что оставь свое “извини” при себе. Плевать я на него хотела.
Кимберли
– Мы не можем заставить тебя пойти с нами, – произнесла она. – В твоем положении это опасно. И было бы глупо оставить здесь для твоей защиты Билли или Руперта. Мы не можем себе позволить такое дробление сил. Поэтому я предлагаю пока никуда не рыпаться. Подождем денек-другой, а там видно будет...
– Денек-другой! – воскликнула Тельма. – Да это же смешно!
Кимберли подняла брови.
– А он что, встанет и уйдет?
– Нет! Конечно, нет!
– Если бы ты не покалечила Конни камнем, мы могли бы идти хоть сейчас. Тельма насупилась.
– Так что, подождем, пока Конни встанет на ноги? – спросила Билли.
– Ага.
Билли улыбнулась.
– Очень разумная мысль.
– Спасибо.
Конни со странной лукавой улыбкой добавила:
– И у Уэзли будет время действительно умереть.
Мы все посмотрели на нее.
– Мы не очень-то верим, что Тельма его убила, – пояснила Конни. – Но мы знаем, что он тяжело ранен.
Может, он вовсе не выздоравливает. Может, он становится все слабее и слабее, и в его раны попала какая-нибудь инфекция. Это ведь и со мной может случиться, верно? Вот почему я об этом подумала.
– С тобой этого не случится, – заверила ее Билли. – С тобой все будет в порядке.
– Да, я надеюсь. И поэтому не очень-то беспокоюсь. Но вы все вроде как за мной присматриваете. А у Уэзли сейчас никого нет. Тельма теперь в наших руках, и она не сможет ему помочь. И пока она останется у нас, он будет предоставлен самому себе. Если дать ему достаточно времени, может быть, он просто истощит силы и умрет, так что нам никогда больше не придется даже прикасаться к нему.
– Верно, – согласилась Кимберли. – Но даже если он и не подыхает, мы, возможно, нарушим его планы, если не отправимся на его поиски прямо сейчас.
– Он подумает, что-то случилось, – добавил я.
Билли ухмыльнулась.
– Кое-что действительно случилось.
– Вы все ненормальные! – взревела Тельма. – Он мертв!
– Лучше бы это так и было, – заметила Кимберли. – Это еще одна цель нашего выжидания – у тебя появится время поразмыслить. Может быть, ты захочешь изменить показания.
– Мне нечего менять.
– Подумай хорошенько. Если ты не убила его, тогда тебе лучше в этом признаться до того, как мы нанесем визит его телу. Если мы придем туда и обнаружится, что ты завела нас в западню, тебе несдобровать.
– Я не лгу.
– А пока что мы не сможем обращаться с тобой, как с одной из нас. Руперт, принеси, пожалуйста, веревку.
– С томагавков?
– Нет, те веревки нам еще пригодятся. Принеси то, что осталось от висельной.
– Что ты собираешься делать? – встревожилась Тельма.