Отход
Шрифт:
— Однообразные навыки, — разочарованно заметил я.
— Во-первых, зимние, — важно тявкнул Валерон. — Во-вторых, они выпали не с того, кого ты убил сам. Если ты не заметил, с убитых тобой чаще выпадает что-то интересное. Ну и в-третьих, когда перейдем к тем, что из воды, там будут и другие. Будем чередовать?
— Будем, а то вообще уныло.
— Для прокачки сойдет, — заявил Валерон. — А за чем-то уникальным иди сам.
— Хотел бы, но пока иду на обед к княгине, — вздохнул я.
— Ой, — сказала Наташа, — нам же выезжать скоро. Мне
И выскочила из кабинета. Торопливость была понятна. Не так давно Наташа сказала, что разрыв с княгиней с высокой вероятностью окажется для нас опасным. Причем разрыв с Антошей такого не даст, поэтому его с чистой совестью можно отправлять далеко.
— Женщины, — важно бросил Валерон. — Ветер в голове. Хикари, кстати, шкаф с нэцкэ понравился. Говорит, настоящие, с душой.
— Что значит «с душой»? — забеспокоился я. — Нам не следует ожидать нашествия призраков?
Легкий смех Хикари красноречиво показал, что она нас слушает.
— Добрый господин, — сказала она. — «С душой» означает, что делал мастер, и не бездумно, а что-то вкладывая в фигурку. Такой набор должен нести владельцу удачу.
— Не очень-то он принес удачу прошлому владельцу, — заметил я.
— Потому что для него это были только деньги. Красивые деньги. Душу он не чувствовал.
Идти срочно чувствовать душу в фигурках Страны восходящего солнца я не захотел. Решил, что лучше будет оформить комнату под них в правильном стиле с татами и… С чем там еще Хикари хотела? В любом случае можно будет завернуть к специалисту — тому, кто мне продал кристаллы с ней, и узнать, что должно быть в правильной комнате.
Выехали мы вовремя, хотя Николай Степанович успел нам сказать, что мастера по пошиву будут вечером, после пяти. Мы приняли к сведению, но предупредили, что с княгиней никогда не знаешь, насколько затянется визит.
Я опасался столкнуться с Антошей, но он на этот обед приглашен не был, что косвенно намекало на смену княгиней приоритетов. Она доброжелательно улыбалась, как будто вовсе забыла про вчерашний разговор. Нахваливала Наташу, нахваливала меня. Думаю, Валерону бы тоже досталась порция восхищения, но он предпочел лишний раз с княгиней не сталкиваться. Заявил, что потратит пару часов на поиски запаха того, кто к нам приходил.
— Я сожалею, Петя, что раньше у нас с тобой не было возможностей встречаться и ты вырос слишком далеко от нас. Но уверена, все еще можно исправить. Вас нужно потихоньку вводить в общество. В субботу у меня будет небольшой прием. Разумеется, вы приглашены.
Последнее сказано было таким тоном, что подразумевалось не «приглашены», а «обязаны прийти». Возмущаться я не стал, поскольку это в наших интересах. Подпорченное происхождение я поправил правильным браком и домом в Святославске, так что были высоки шансы на то, что местным обществом буду принят благосклонно, особенно под присмотром княгини.
Верить в ее хорошие намерения не хотелось. И не только мне: не зря Хикари сказала, что эта особа плохая. Это же было
— На Рождественский бал вы пойдете со мной, — продолжила она, не дождавшись от нас возражений. — Я пока не решила, к кому пойду. Все варианты имеют свои плюсы, и среди них очень сложно выбрать.
— Мы уже дали согласие посетить бал у Щепкиных, — предупредил я.
— К Щепкиным поедете? — приятно удивилась она. — Хороший выбор. Сильная княжеская семья. Две дочери на выданье. Хотя… это тебе уже неактуально, мой дорогой. Куликовы, прости, Наташа, в настоящий момент, разумеется, куда слабее Щепкиных, но семья сильная, с давними традициями, и теперь, когда зона с их земель ушла, они поднимутся быстро.
— Мы вряд ли в ближайшее время восстановим с ними отношения, — заметил я.
— Петя, за вами теперь вся семья, — наставительно заявила она. — Я уже предприняла некоторые шаги в этом направлении. С Анной Александровной мы, разумеется, не подруги в силу разницы в возрасте, но переписку поддерживаем, как положено княгиням. Я выступила на вашей стороне.
— Благодарим вас, Мария Алексеевна, — сказал я, будучи в уверенности, что это ничего не изменит. Я прекрасно помнил разговор с князем Куликовым в отношении Вороновых, поэтому был уверен, что мнение княгини для него ничего не будет значить. Если, разумеется, оно не будет подкреплено двумя миллионами отступных.
— Полноте, — улыбнулась она. — Поблагодарите, когда помиритесь с Куликовыми.
Отправив одно-единственное письмо Наташиной матери, она выставляла себя благодетельницей. Конечно, иной раз письмо дорогого стоит, но это явно не такой случай — на мнение князя Куликова письмо от представителя княжеской семьи без реликвии впечатления не произведет. Поскольку, с его точки зрения, я не женился на его дочери, а увел у семьи ценный ресурс. Невосстановимый и невосполнимый.
Честно говоря, я предпочел бы так и остаться с Куликовыми в ссоре до конца моих дней. Но не говорить же этого княгине? Да и Наташа может думать по-другому — семья, как-никак.
— Очень важный вопрос — образование, — продолжила княгиня. Похоже, она решила взяться за нас всерьез. — Твой категоричный отказ поступать в военное училище не связан ли с тем, что ты не хочешь подражать Антону?
— Не связан, Мария Алексеевна, — ответил я. — Я считаю это пустой тратой времени в моей ситуации. У меня есть опыт применения заклинаний в бою…
— Против тварей, — прервала она меня. — Некоторые люди тоже твари, но бой с человеком проходит по-другому.
— У меня есть опыт боя и с человеком, Мария Алексеевна.