Отпетые сыщики

Макеев Алексей Викторович

– А мне вот интуиция подсказывает, что дело тут нечисто.

– Где тут?

– С Инжиром. Он вполне может не только свидетелем оказаться, как ты выразился. Замочил дружка по каким-то своим соображениям, а теперь сидит и стрелки переводит. На того же Битюга. Что, скажешь, не может такого быть?

– Ну почему же не может? – Гуров сосредоточенно вел машину, прикидывая, как бы ему покороче срезать путь. – Вполне. Но знаешь, Стас, за наше с тобой длительное сотрудничество я научился не шибко-то полагаться на твою интуицию. Она у тебя, признаться, частенько хромает.

– Ай-яй-яй, – укоризненно поцокал языком Станислав. – Зачем ты так со мной, Лева? Обидеть преданного друга, конечно, легко, но какой

от этого прок. Кстати, куда мы направляемся? – Крячко только сейчас заметил, что Гуров существенно изменил маршрут. – Ты что, заблудился?

– Въедем в Москву по другой трассе. Так будет короче.

– Короче куда?

– А ты уже забыл, что Инжир дал нам небольшую наколку? Клуб «Брогсбер». На Багратионовской. Мне не терпится поподробнее разузнать, кто такой этот Битюг, о котором в последнее время так много говорят. Я думал, что ты тоже любопытен, Стас.

– А то! – оживился Крячко. – И надеюсь, что в случае чего с ним-то мы уж точно не станем миндальничать. На данный момент – подозреваемый номер один. Факт. Будет юлить, я лично подключусь к беседе, – при этом он демонстративно хрустнул костяшками пальцев.

– А вот я надеюсь, что до этого не дойдет, – серьезно парировал Гуров.

Сделав крюк по кольцу, он уверенно повел «Пежо» в направлении Багратионовской.

Клуб «Брогсбер», как и охарактеризовал его сыщикам Инжир, был обычной третьесортной забегаловкой, пользовавшейся повышенным спросом среди весьма специфичного контингента. По большей части здесь собиралось стандартное уличное быдло. Наглухо отмороженные ребята в спортивных костюмах, с накачанными бицепсами и шеями, наркоманы, прекрасно знающие о том, что в этом клубе всегда можно купить по дешевке дозу; размалеванные девицы, явившиеся сюда с одной лишь целью: подцепить кого-нибудь на ночь; любители азартных игр и острых ощущений и просто ранее судимый за хулиганство сброд. Здесь можно было встретить, конечно, и рядового обывателя, не имеющего средств для посещения более дорогих заведений, но таких тут не очень-то жаловали. Подобные визиты в «Брогсбер» для подвыпивших малосостоятельных гуляк могли закончиться весьма плачевно.

Сопровождаемые хмурыми недобрыми взглядами завсегдатаев клуба, Гуров и Крячко обогнули два обшарпанных бильярдных стола и приблизились к барной стойке. Игра приостановилась, а один из ее участников даже угрожающе приподнял кий на уровень груди, что Гуров машинально отметил для себя боковым зрением. Из-за ближайшего столика с батареей разнокалиберных бутылок поднялись двое. Тени от их крепких высоких фигур заняли пространство до самой стойки. Легавых местный контингент чувствовал особо остро и так же остро недолюбливал. В воздухе отчетливо повисла угроза, но пока к решительным действиям аборигены не переходили. Видимо, хотели сначала узнать, что понадобилось пришедшим.

Мордастый бармен с плохо выбритыми щеками и длинными сальными волосами до плеч с какой-то нарочитой неохотой отставил в сторону высокий пивной бокал, который до этого, в лучших традициях Дикого Запада, старательно протирал полотенцем, и облокотился на стойку. Вступать в разговор с сыщиками он не торопился. Ждал, когда те сами заведут беседу. Гуров не стал испытывать его терпение.

– Мы с товарищем ищем тут одного человека, – сказал он. – Ну или кого-нибудь из тех, с кем он знаком.

Гуров не сомневался в том, что в нем и в Крячко наметанный взгляд бармена без труда узнал сотрудников правопорядка, но тем не менее светить свое удостоверение не стал.

– У нас не справочное бюро, парни.

В пальцах бармена неизвестно откуда появилась замусоленная спичка, которую он, повертев в руках, деловито вогнал в щель между передними верхними резцами. Гуров цепко смотрел ему в лицо. Крячко по-орлиному расправил плечи и демонстративно сместил в сторону левую полу

пиджака. Окинул взглядом прокуренный зал «Брогсбера». Посетителей в этот ранний час было немного. Кроме двух играющих на бильярде и той гориллоподобной парочки, что поднялась из-за столика при их с Гуровым появлении, в отдалении у самого окна примостилась молоденькая неказисто одетая шлюха лет восемнадцати на вид да за дальним столом кучковалась группа находящихся под кайфом наркошей из четырех человек. Ни они, ни девчонка явно не представляли собой реальной угрозы. Что ей, что им, похоже, было все до лампочки. А вот эти четверо плюс наглый бармен за стойкой – совсем другое дело.

– Ну зачем же хамить? – Гуров открыто улыбнулся подражателю Дикого Запада. – Мы просто хотели интеллигентно пообщаться, не желая при этом никого обидеть или задеть…

Бармен напрягся. Интонации полковника слегка обескуражили его и сбили с толку. Он растерянно покосился на двух «горилл», словно рассчитывая на то, что они бросятся ему на выручку. Однако сигнал не был воспринят братками, и бармен откровенно громко откашлялся. На этот раз до них дошло.

– Эй! – Один из «горилл» выступил вперед. Свет от ближайшей лампы упал на его землистого оттенка лицо, и сыщики заметили рассекающий правую щеку бесформенный шрам. – В чем дело? Кого ищем?

Гуров медленно развернулся.

– Битюга, – коротко ответил он.

Брови братка поползли вверх, он криво усмехнулся, отчего шрам на щеке стал еще более безобразен. Его дружок тоже шагнул вперед, широко расставил ноги и заложил обе руки в просторные карманы светлых льняных брюк. Пальцы шевельнулись под тканью, и по характеру этих движений Гуров понял, что браток вооружился кастетом. Мышцы полковника напряглись. Теперь, судя по всему, можно было ожидать любого развития событий.

– Битюга? – недоверчиво и в то же время с немалой долей сарказма переспросил браток со шрамом. – Вы ищете Битюга, легавые? А вам известно, что Битюг никогда не общается с таким мусором, как вы?

– Чего? – рука Крячко скользнула за отворот пиджака. – Ты кого это мусором назвал, даун-переросток?

Гуров ловко пригнулся в тот самый момент, когда кий стоящего слева от него бильярдиста просвистел в опасной близости от его головы. Достигни удар цели, и полковник не избежал бы как минимум сотрясения мозга. Нападающий вложил в него всю свою силу и дурь. Нога Гурова беспрепятственно скользнула по гладкому полу, и он лихо подсек ею противника. Бильярдист, не ожидавший такой стремительной контратаки от человека едва ли не вдвое старше, опрокинулся навзничь, глухо приложившись затылком к барной стойке. Крячко не успел выхватить оружия из кобуры. Браток со шрамом на удивление проворно ткнул его двумя пудовыми кулаками в грудь, и Станиславу понадобилось немало усилий, чтобы удержать равновесие. В тот же момент с противоположной стороны на него обрушился второй бильярдист, рассчитывая добить неприятеля. Но на этот раз Крячко уже был готов к нападению. Развернувшись, он коротко, без замаха ударил высокого и худого как жердь парня в область солнечного сплетения. Кий выпал из рук худого, он схватился ладонями за грудь. Рот его при этом беззвучно открывался и закрывался в попытке восстановить нарушенное дыхание.

Гуров уже выпрямился и развернулся лицом к двум «гориллам». Как он и предполагал, на волосатых пальцах одного из них угрожающе блеснул кастет с острыми направленными в грудь полковнику шипами. Девица, опрокинув на пол недопитый фужер красного вина, резко устремилась к выходу. Дверь скрипнула и захлопнулась. Один из компании наркоманов, наблюдая за развернувшейся дракой, тупо захихикал. Трое его товарищей продолжали сидеть с безучастными выражениями на лицах.

Гуров сделал всего шаг назад и достал из-под пиджака «штайр». Направил дуло в лицо вооруженному кастетом братку.