Отряд
Шрифт:
– Неужели быка?
– засомневался Митрий.
– Врут, наверное.
Хромой Морис лишь пожал плечами и гостеприимно распахнул дверь черного хода.
Весь внутренний дворик был полон народа. Вдоль стен, переговариваясь, стояло человек двадцать, вроде бы не очень солидно, однако для столь небольшого пространства и того казалось слишком уж много.
Ксавье-Оглобля уже скинул рубаху и, поигрывая мускулами, прохаживался посередине двора, горделиво поглядывая по сторонам. Его соперник, привратник Юбер, тоже обнажился до пояса и, размяв кисти, галантно поклонился зрителям.
– Давай, Юбер,
– Эй, Оглобля, намни-ка ему бока!
Оба бойца, чуть наклонившись, встали друг перед другом. Крики болельщиков стихли, и во дворе установилась та самая благоговейно-напряженная тишина, какая бывает, пожалуй, лишь во время казней.
Р-раз! Оглобля рванулся первым - прыгнул вперед, на лету нанося удар… Привратник быстро уклонился и в свою очередь перешел в атаку, быстро нанеся сопернику несколько ударов в грудь. Тот даже не поежился, похоже, все эти удары были для деревенского силача не существенны. Да и вообще, он выглядел гораздо сильнее своего соперника - этакая гора мускулов и мяса. Ухмыльнувшись, Оглобля снова ринулся в атаку… И, пропустив сильный удар в скулу, замотал головой, что позволило привратнику нанести ему еще целый ряд ударов, один из которых расквасил деревенскому силачу нос. Красные капли крови упали на каменистую землю, Оглобля что-то пробурчал и, свирепо сопя, принялся махать кулачищами. Надо сказать, он проделывал это настолько быстро, что у Митрия сложилось стойкое впечатление ветряной мельницы. Бам! Бам! Бам!
Юберу пришлось несладко - он уклонялся, парировал, но все же схлопотал пару ударов и держался теперь куда как осторожнее, чего уж никак нельзя было сказать о его сопернике.
– Дурак, - негромко резюмировал Прохор.
– Кто дурак?
– Митрий скосил глаза.
– Привратник?
– Нет, этот как раз молодец. Деревенщина! Он что, не понимает, что его специально злят?
Похоже, что Оглобля как раз этого и не понимал либо не хотел понимать, яростно молотя кулаками.
Оп! Он пропустил еще один удар по носу и заревел словно разъяренный бык! Чуть наклонился, выкатив налитые кровью глаза, рванулся… казалось, это сама гора Сен-Мишель пришла в движение! Ничто и никто не мог бы сейчас остановить Оглоблю. А Юбер и не пытался это проделать. Просто сделал шаг в сторону, пропустив мимо себя разошедшуюся не на шутку мельницу, и быстрым, словно молния, движением ударил в шею.
Оглобля на миг застыл… и грузно повалился наземь. Правда, почти сразу же сел, тупо вращая головой.
– По условиям поединка победа присуждается привратнику Юберу!
– выйдя к обоим бойцам, торжественно провозгласил Хромой Морис.
– Благодарю всех, кто сделал ставки. Бойцам от меня - по бочонку вина.
Разочарованно гудя, люди начали расходиться…
– Эй!
– Прохор проворно расстегнул камзол и бросил его на землю. Затем стянул и сорочку.
– Я хочу сразиться! Же… Же вудре…
Оп! Трактирщик тут же просек тему - Митька даже вмешаться не успел, не ожидал такого финта от приятеля, хотя, сказать по правде, можно было ожидать.
– Господа, попрошу не расходиться!
– громко возопил Морис.
– Наш молодой друг желает попробовать себя в поединке с самим Юбером! Ты как, Юбер, не устал?
– Не устал.
– Привратник с презрительной
– Думаю, и не устану.
Он слегка поклонился и жестом показал Прохору на середину двора:
– Прошу вас, месье. Ничего не могу поделать, коли уж вам в голову взбрело расквасить себе лицо.
Бойцы сошлись… Юбер лениво махнул правой рукой. Прохор усмехнулся, он хорошо знал этот трюк - отвлечь внимание противника и тут же нанести сокрушительный удар правой. Прямо в подбородок. Привратник и в самом деле произвел молниеносный выпад справа… увы, не достигший цели! Наоборот, промахнувшись - Прохор, улучив момент, просто отпрыгнул в сторону, - Юбер получил увесистый удар по хребту и кувырком полетел на землю, неловко приземлившись на правую руку. Митрию показалось, что что-то хрустнуло. Тем не менее побледневший привратник тут же вскочил на ноги и с удвоенной яростью бросился в бой. Бац! Бац! Бац!
Отбив пару ударов и невзначай пропустив один - а ничего бьет привратник, солидно, - Прохор вдруг отчетливо осознал, что правая рука соперника не работает! Правда, тот здорово управлялся и левой, но все же… все же…
Бах, бах, бах!!!
– бывший молотобоец тоже не худо бил слева, в чем и имел сомнительное удовольствие убедиться привратник. И все же противник оказался куда более ловким! И знал некоторые финты, которые были неведомы Прохору. Один из таких хитрых закрученных ударов и достиг цели - молотобоец закачал головой и под дикий рев зрителей тяжело опустился на землю.
– Прошенька, Проша!
– Ошалевший от всего случившегося Митрий со слезами на глазах бросился к парню.
– Что ж ты ввязался-то, что ж ты…
– Ничего, Митька!
– внезапно улыбнувшись, подмигнул Прохор.
– Зато уж отвел душу. Давно с таким хорошим бойцом не дрался!
– Ваш проигрыш, месье, - подойдя, сообщил трактирщик.
– И все же вы замечательно бились. Прошу в корчму.
– А привратник Юбер уже там?
– О, нет.
– Хромой Морис улыбнулся.
– Юбер никогда не остается - не любит лишних сплетен.
– Жаль, - с искренним сожалением качнул головой Прохор.
– Очень жаль. Тогда и мы, пожалуй, пойдем. Верно, Митька?
– Да уж.
– Отрок махнул рукой.
Хромой Морис лично проводил их до дверей заведения:
– В следующий раз обязательно приходите. Надолго у нас?
– Скоро уедем, - быстро ответил Митрий.
– Совсем скоро. Но если будет время, зайдем.
– Буду рад, - изогнулся в поклоне хозяин корчмы.
Покинув питейное заведение, друзья направились по Большой улице вверх - Прохору захотелось вдруг прогуляться, подышать свежим воздухом - и Митрий это желание понимал.
– Загляните в лавку, месье!
– чуть ли не силком затаскивали торговцы.
– Самые лучшие распятия! Самые красивые обереги!
– Ах, отстаньте, парни, - за двоих отбивался Митрий.
– Мы уже не первый день здесь и все давно купили.
– Давай-ка постоим где-нибудь на башне, - попросил Прохор.
– Воздухом подышим, на море полюбуемся.
– Ого!
– радостно удивился Митька.
– А ты стал большим эстетом, друг мой!
Он произнес эту фразу по-французски, но Прохор вполне уловил смысл и шутя треснул приятеля по шее.