П. МТ. Книга 4
Шрифт:
Ольгу госпожа Тень представила как свою дальнюю родственницу — ничего умнее придумать у землян не получилось — и поручила управляющей подобрать гостье в личное пользование пару расторопных служанок и столько же толковых парней, знающих грамоту — рецепты записывать, вести учёт и тому подобное. Своего рода секретари-помощники.
— Внешность рабов имеет значение? — без тени шутки уточнила Петелия.
— Не особо, — хмыкнула повелительница и посмотрела на землячку, — Или имеет?
— Да ну тебя, — смутилась та.
Замок привёл Ольгу в полный восторг. Вике похвалы новой подруги, видевшей наяву и на
— Вот обедом мне перед тобой не похвастаться, — сокрушённо развела руками Вика, когда они напоследок осмотрели замковые подземелья, — Только не оставаться же из-за этого голодными? Пойдём наверх.
— А что за мужчины у тебя сидят в дальней камере? Оттуда голоса слышались.
Повелительница пожала плечами.
— Если честно, то не знаю. Крелан? — повернулась она к шедшему позади канцлеру.
— Городские власти вчера передали, я ещё не успел доложить. Охранники хейдалского торговца шёлком. Они не просто разгромили "Сокол", трактир на северном въезде в Викинг, но ещё и ваше имя поносили. Кричали, дескать, вы им не указ. Поэтому, мэр и отправил их на ваш суд.
— Надо же, не указ. Ладно, разберись сам. Может их и оговорили.
По пути в гостиную пришлось объяснять землячке на её вопрос, что строгость в управлении своим обширным хозяйством повелительнице просто необходима.
— Всё, что у нас на родине говорили по поводу того, как жестокость наказаний не влияет на преступников, это полная чепуха, Оль, я здесь убедилась. Какой-нибудь упырь-извращенец, знающий, что при поимке его ждёт не пожизненное заключение или вовсе пятнашка, а дробление костей, сдирание кожи, оскопление и кол, предпочтёт свои гнусные желания сдерживать. А вообще, как правительница, я белая и пушистая. Мои дознаватели весьма умелы, и невиновных я не наказываю.
Соотечественницам ещё много, о чём хотелось поговорить между собой, да и родной язык в общении обеим был приятней, поэтому стол им накрыли на двоих, у окна с видом на Алернийский океан. Ольга всё никак не могла налюбоваться. Компанию землянкам составил только Бегемот, разлёгшийся у ног хозяйки и периодически требовавший делиться едой, утробным ворчанием. Разумеется, госпожа Тень для любимца не жадничала.
Служанка, за ними ухаживающая, была опытной и умела притворяться невидимкой.
— Мне многие неизвестные приправы и продукты придётся самой пробовать, — Ольга очень хотела начать приносить пользу и переводила разговор на свои будущие дела, — Чтобы определить степень их соответствия нашим земным аналогам.
— Ага. Только сначала рабам давай отведать, — Вика протянула коту очередной кусочек утиной грудки, — Ты учти, тот амулет, который я тебе подарила, он спасает от ударов, магических или физических, а вот от отравления не защитит, как и от утопления или, скажем, угарного газа, удушения. Бдительности не теряй, подруга. Здесь ты в полной безопасности, но жизнь у нас впереди долгая, мало ли, куда тебя судьба закинет и в каких обстоятельствах окажешься в будущем. На следующей неделе Эрна прибудет, это мой магистр магии, дам тебе ещё амулет Абсолютного Исцеления.
— Вполне вкусно, — улыбнулась соотечественница, — Но я буду готовить вкуснее.
— Не сомневаюсь. Так, сейчас ещё съездим в Неллград, потом похвастаюсь тебе своим университетом, заодно договоримся с Флеммом, это ректор, насчёт преподавателя истории и географии для тебя. Ты ведь у себя в Песте мало что узнала о мире, в котором очутилась. Молодец, хоть говорить-читать-писать научилась. Теперь Таларея наш дом.
Ольга тоже сложила столовые приборы в тарелку.
— Наш дом, — повторила она, — До того, как Олег меня нашёл, мне все эти годы здесь казались затянувшимся ночным кошмаром, из которого я почему-то никак не могу вырваться в явь. А сейчас вот наоборот. Говорим с тобой о Земле, а у меня в голове мысль, что та жизнь словно бы была не со мной. Всё затянуто дымкой. Рассказываю тебе о Шанхае, а такое чувство, будто выдумываю.
— Пройдёт, Оль. Скоро будет ровно. И прошлое, и нынешнее неразрывно. Я через похожее прошла, хотя конечно же мне было намного легче. В общем, обживайся. Я завтра тебя покину не надолго.
— Ты за ним? За Николаем?
— Не сразу, мне ещё нужно побывать в столице нашего королевства, а потом да. Отправлюсь во Вьеж. И привезу земляка сюда. Четвёртого в нашей компании.
В Лас-Вегас подруги вернулись только под вечер. Вика показала Ольге всё, что хотела, познакомила с великим магистром и ректоратом университета. Заезжать к Рудию с Желой попаданки пока не стали. Старый друг Неллы и Гнеш были теми людьми, у которых легенда о троюродной сестре по отцу могла вызвать вопросы. Хотя, девушка, в чьё тело вселилось Викино сознание, сама очень смутно помнила погибшего отца, её брат родился через месяц после его гибели, а с Рудием несчастная девчонка познакомилась уже будучи сиротой, прибившейся к таверне Туя Половинки. Так что, сомнения у самых близких к Нелле людей возникнуть могли, но поймать на вранье возможности не имели.
Главное, Ольге следовало на первых порах избегать общения с Гнешем. Вика её об этом предупредила.
На следующий день, сменив гнев на милость в отношении молодого Зиора Пара, устранившего последствия аварии канализации, и вернув его к исполнению прежних обязанностей, госпожа Тень переговорила про свою объявившуюся родственницу с Нойраном Фолиным и Штормом, наказав беречь молодую женщину и во всём ей помогать, после чего отправилась порталом в Милонег.
Визит повелительницы Ордена в столицу Датора носил официальный характер. Госпожа Тень собралась вручить подарки Юнте, родившей королю Гричеру наследника.
Правда, о том, что рождённый вне брака мальчик в будущем наденет корону, знали пока только его мать, Вика и орденский магистр дипломатии. Остальные могли догадываться, опасаться или надеяться, но уверенности в таком необычном событии не испытывали.
В истории Алернии бывали случаи, когда на трон всходили бастарды, но происходило такое крайне редко и только когда у почившего монарха не оставалось родственников.
Для того, чтобы сын Юнты стал правителем Датора, предстояло ещё поработать.