Падь
Шрифт:
— Бруно, проводишь графиню в её покои, а ты пойдёшь со мной, — Герард уверенно взял иноземку за ледяную руку.
Командующий подавил вздох, проходя к выходу, увлекая за собой Юфрозину. Она, стрельнув глазами по сцепленным рукам Бригахбурга и приблудной девки, упёрлась:
— Граф, мне нужна компаньонка. Решите вопрос без промедления.
— Я помню, графиня.
Спокойная уверенность мужчины передалась Наташе вместе с теплом, идущим от его ладони. Девушка мгновенно согрелась и перестала дрожать.
Глава 26
За
— Как ты находишь Ирмгарда? — напряжённо щурясь, всматривался в её лицо.
— Идёт на поправку.
— Если что-то нужно, говори, я распоряжусь.
Заметив, как она кутается в редкую вязаную косынку, покосился на её платье:
— Ты снова в варварском одеянии.
— Я не могу носить то, что вы мне дали, а другого платья у меня нет. И вот, — Наташа приподняла ногу, демонстрируя его сиятельству отклеившийся носок балетки.
Он помнил, как Птаха на его глазах расправилась с узким воротом платья, оставившим на коже воспалённые следы:
— Пойдёшь к портнихе, выберешь ткань. Пошьют всё, что захочешь. Пришлю сапожника снять мерки. Что ещё?
— Я бы хотела с вами поговорить обо всём, что произошло, — откинула последние сомнения девушка.
— Хорошо. После вечери. Что скажешь про пожелание графини? Прежние условия в силе.
— Договор подготовили?
Граф на мгновение задумался:
— Давай без соглашений. Платить буду за неделю вперёд.
— Я рискую.
— Чем же?
— Хотелось бы точно знать круг своих обязанностей, чтобы потом ко мне не было претензий… эмм… недовольства, что я что-то отказываюсь делать.
— Зачем отказываться, если можешь сделать?
— Потому что это может не входить в мои обязанности, и не будет оплачиваться.
Глядя на неё в упор, Бригахбург едва сдержал улыбку, лишь слегка коснувшуюся его губ:
— Хорошо, сто пятьдесят шиллингов и без соглашения. Будешь иногда помогать мне с расчётами.
— Если это не будет противоречить моим моральным принципам.
Мужчина понимал её с трудом, и Наташа поспешила пояснить:
— У меня с вами могут не совпадать представления о таких понятиях, как «можно», «нужно» и «нельзя». Я буду руководствоваться своими понятиями, даже если они не будут совпадать с вашими. Вы должны уважать мой выбор и не настаивать на обратном.
Герард извлёк из шкатулки увесистый мешочек. Отсчитав монеты, положил перед Птахой. Они призывно блеснули, словно радуясь свободе.
Наташа перекатила на ладони десять золотых монет и две серебряных. Ага, если сто пятьдесят шиллингов в год, значит, один шиллинг — это три с половиной золотых. Начало к достижению намеченной цели положено. Монеты перекочевали
— Завтра с утра приступлю, — подобрела она.
— Хочу поручить тебе одно дело, — привстал граф и, дотянувшись до края стола, придвинул стопку скреплённых между собой плотных листов серой бумаги, похожих на картон. — Это отчёты по одному из моих рудников за последние три месяца. Проверь их.
— Проверить только математические расчёты, не вникая в суть операций? Я не разберусь в вашей письменности, — девушка удивилась просьбе Бригахбурга. Да и на просьбу это походило мало. Так дают задание руководители своим подчинённым. Неужели он доверяет ей проверку счетов? Очень интересно.
— Расчёты всегда делал Ирмгард, — брови Герарда на мгновение сошлись на переносице. — Если разберёшься в написанном, то будет неплохо.
— Как скоро это нужно сделать?
— Не стану торопить, но к концу недели жду результат.
— Хорошо.
— Приходи сюда в любое время, — вздохнул его сиятельство с облегчением. Ему казалось, что с Птахой будет трудно договориться, но она удивила его своей покладистостью. Хотя он не совсем понял про «можно», «нужно» и «нельзя».
Гроза не утихала. Одна волна сменяла другую, словно вихри, попавшие в круговорот, зажатые между цепью гор, кружились над одним местом. Наташа каждый раз вздрагивала при очередном сухом треске грома, машинально ища глазами, куда бы спрятаться.
— Можно мне уйти? — подала она голос.
— Нет, — Герард не ожидал от себя подобного поспешного ответа. Сегодня леди открылась с неожиданной стороны. Он поймал себя на мысли, что думает о ней, как о леди. Ему никогда не приходило в голову, что с женщиной можно говорить не только о кухне и детях и ему есть о чём её спросить.
В дверь заглянул Бруно:
— Ты занят?
Граф кивнул, чтобы тот вошёл и, взглянув на иноземку с сожалением, произнёс:
— Можешь идти.
Несмотря на затяжную непогоду, жизнь в замке шла своим чередом. В зале на первом этаже готовились к обеду. Запахи приготовленных блюд будоражили воображение.
Девушка, войдя в свою комнату, собралась забраться под одеяло, но заскочившая следом Кэйти с подносом отвлекла.
— Ну и гроза, — смешно закатила глаза она, показывая, как ей страшно. — Давно дождя не было. Вот, принесла вам, — поставила поднос на столик, подвигая его госпоже, сидящей на ложе. — Ешьте, пока горячее.
— Кэйти, в умывальне оставалось мыло. Где оно? И я не нахожу своего зажима, — Наташа стянула края постоянно съезжающей косынки.
— Я ничего не брала, — испуганно смотрела на госпожу девочка. Если её уличат в воровстве, про работу в замке можно будет забыть навсегда.