Падь
Шрифт:
— Видишь ли… — она тщательно подбирала слова, — когда вопрос стоит о твоей чести… и твоей жизни, и другого выхода у тебя нет, приходится поступать так, как вынуждают обстоятельства. Мне очень жаль.
— А где твой кинжал? — беззастенчиво рассматривала сумочку незнакомки Грета.
— У меня нет кинжала.
— А чем же ты его убила?
— Я взяла его кинжал.
Грета одобрительно кивнула и с гордостью добавила:
— Моя мама красивая, правда?
— Да, твоя мама очень красивая, — не покривила душой Наташа.
— Ты мне нравишься, —
— Спасибо, — она была тронута. — Только сначала нужно получить согласие мамы.
— Вот вы где! — запыхавшаяся нянька, влетевшая в приоткрытую дверь, подпрыгнула к маленькой госпоже, хватая её за руку и отдёргивая от иноземки. — Госпожа Грета, больше не делайте так. Без спроса нельзя никуда уходить, — потащила упирающуюся девочку к выходу.
Обменявшись заговорщицкими взглядами, Грета и Наташа помахали друг другу на прощание.
Девушка, прихватив второй горшочек с мазью, шла по коридору и думала об убийстве гонца. Это мог сделать только мужчина. Женщине не под силу. Хотя, если напасть неожиданно, то может получиться. Она же смогла убить бандита.
А кто убил лекаря? Тоже женщина? Какая-то получается суперженщина, а не слабая чувствительная барынька. Рэмбо в юбке!
Гонец убит ночью в посадках винограда. Если конь вышел из рощицы у деревни, значит, это те виноградники, что у дороги рядом с замком.
Если убийца из замка, значит, он выехал за ворота и вернулся назад. Стража его выпустила и впустила.
Если это баронесса, то она должна была взять коня в конюшне и незамеченной выехать из замка. Дитриха в замке не было. Он уезжал покупать лошадей. Агна действовала одна или у неё есть сообщники? Возможно, ими были Руперт и гонец. Теперь она избавилась от свидетелей и осталась одна.
Есть ли второй выход из замка и как он охраняется? Во всех больших зданиях есть запасные выходы и в замке обязательно должен быть, и не один. Тайный ход в подвале? Наташа содрогнулась. Воспоминания о подвале ещё не скоро утихнут. Здание замка было для неё неизведанной территорией. Требовалось это исправить.
А если убийца не из замка?
Сложно собрать пазл без недостающих фрагментов. Нужна помощь того, кто знает здесь все входы-выходы.
В умывальне Кэйти стирала полотенце. Наташа, сложив руки на груди и прислонившись плечом к дверному косяку, издалека начала:
— Кэйти, я и не знала, что Кристоф твой брат. Вы такие разные.
— У меня другой отец. Отец Кристофа — наш хозяин, — не дождавшись ответа от шокированной госпожи, она пояснила: — Он бастард.
Наташа от неожиданности хмыкнула по-русски:
— Вот как, — его сиятельство и кухарка… восемнадцать лет назад… Это же по сколько лет им тогда было? Новость неприятным осадком упала на душу, напомнив, что все мужчины одинаковые и Бригахбург не исключение. Дело принимало интересный оборот.
— А других бастардов знаешь?
— Ещё
«Ого!» — не сдержалась от немого возгласа Наташа, дивясь любвеобильности Бригахбурга.
— Сколько ей лет?
— Сколько и Кристофу. Других не знаю.
— Кристоф в коннице служит? Конница у графа большая. И все кони в замке?
— Половина коней на виноградниках. Там основная конюшня. Здесь только боевые кони.
— Их же гонять на выгул надо.
— Гоняют, наверное. Я не знаю. Конюхи знают.
Отвлечь служанку от вопроса о конях не составит труда. Запоминается последняя фраза. Если кто и спросит её, о чём она говорила с иноземкой — девочка вспомнит разговор, например, о швеях.
— Кэйти, а где здесь шьют одежду?
— На первом этаже в левом крыле. Сразу за лестницей.
— И много у вас швей?
— По-разному. Если много нужно шить, то зовут женщин из деревни. А так четыре швеи.
Про второй выход с территории замка Наташа спрашивать не стала — служанка слишком болтлива. Придётся самой пройтись вдоль стены и поискать ворота. Можно пойти сейчас. Завтра будет некогда.
Глава 27
Девушка вышла во двор. После дождя посвежело. В небольших лужицах, собравшихся между камнями мостовой, отражались ползущие по небу тяжёлые скученные облака. Наташа, шмыгнув носом, зябко поёжилась, вспомнив о необходимости шитья тёплого платья. Медленно прохаживаясь вдоль замка, через заросли кустарника зорко всматривалась в основание крепостной стены в поисках вторых ворот или калитки.
Дойдя до конца здания, упершись в раздвоившуюся дорожку, свернула к конюшне и, минуя посадки разросшегося шиповника, остановилась в нерешительности. Впереди, спиной к ней, стоял Бруно и, облокотившись о ствол дерева, что-то кому-то недовольно говорил. В сердцах махнув рукой, он отошёл в сторону, и Наташа увидела статную красивую светловолосую девушку. Она, ухватив рыцаря за рукав и сильно удерживая его, что-то горячо ответила ему. Её большие глаза наполнились слезами, губы задрожали. Бруно ссорился с подружкой, пытаясь выдернуть руку, порываясь уйти в сторону конюшни.
«Милые бранятся — только тешатся», — заключила Наташа, свернув в парк, решив осмотреть часть стены с этой стороны. Не успев ступить на лестницу, ведущую к купальне, услышала за собой торопливые шаги.
— Наташа, подожди.
Она обернулась.
— Давно хочу поговорить с тобой, — Бруно всё ещё был возбуждён после ссоры. Его девушка, глядя ему вслед, так и осталась стоять, где он её оставил.
— Давайте поговорим в другой раз, — ответила Наташа на ходу, спеша уйти, чувствуя спиной сверлящий женский взгляд. Роль громоотвода в отношениях влюблённых её не прельщала. Но с Бруно можно было поговорить обо всём, что её тревожило. Или всё же лучше поговорить с Бригахбургом? Девушка сомневалась.