Палач
Шрифт:
— На месте рассортирую,так удобнее, – буркнул я, когда призрак попытался заступить мне дорогу.
– А будешь упрямиться, брошу все там, и сам потом думай, как вернуть их обратно.
После этого архивариус мешать перестал и лишь с тоской следил, как я загромождаю хранилище корoбками. когда уже за полночь я наконец взялся за разбор бумаг, бедняга отлетел в угол, где и застыл наподобие караульного. Ну,или соглядатая, что вернее. Корн ведь не оставил бы меня в святая святых совсем без присмотра, правда?
Ближе к утру моя голова распухла oт обилия новых сведений и ощутимо гудела, а к следующему
– Рэйш?
– удивленно поднял голову от бумаг Корн, когда я без предупреждения ввалился в его кабинет.
– Ты чтo тут делаешь? Рабочий день давно закончился. Или ты нашел что-то по делу Искадо?
Я рухнул в первое попавшееся кресло.
– Нашел. Вы были правы – речь о смене дара здесь, скорее всего, не идет. Это противоречит главному постулату о формировании магического дара, у которого, как утверждают, возмoжна лишь одна основа.
– Так… – заинтересованно подался вперед шеф.
– Значит, по–твоему у мальчика есть шанс остаться светлым?
— Нет, - огорошил я его. – Темпы угасания дара свидетельствуют о том, что процесс необратим. И вам это известно. Но это отнюдь не значит, что Роберт Искадо не способен перейти на темную сторону.
У Корна на лбу пролегла глубокая морщина.
– Поясни.
– Все довольно просто, - вздохнул я. – Находясь на пороге смерти, мальчик и так оказался на волоске от того, чтобы перейти границу. Не исключено, что вампир от жадности даже пытался выдернуть мальчишку на темную сторону, но не успел. Или передумал. В итоге Роберта коснулась Тьма, с которой светлым контактировать строго противопоказано. У ваc нет от нее защиты. Поэтому ваш дар во Тьме неминуемо гаснет.
– Что ты нашел по тем двум погибшим магам?
– ещё больше нахмурился шеф.
– Их было не двое, - тихо сказал я. – Если помните, в прошлый раз Хокк принесла бумагу с номерами дел, где фигурировали бесследные и необъяснимые исчезновения светлых магов. За последние двадцать лет таких набралось всего десять – это те маги, чьи вестники смерти так и не прилетели в Орден. Помимо них, были другие пропавшие, чьи вестники все же прибыли по назначению, но тел найти сыскарям так и не удалось. Часть из этих пропавших, безусловно, находится на совести умруна, вампиров и людей вроде Фатто, которых в столице и сейчас немало. Но потом мне подумалось, что кого-то мы упустили лишь потому, что забыли одну важную вещь – вестники смерти от светлых магов не прилетают с темной стороны. Просто потому, что они на это не рассчитаны.
Корн уставился на меня широко раскрытыми глазами.
– очешь сказать, те десятеро…
– Скорее всего,тoлько шесть, - признался я и выложил на стол список имен, которые показались мне подозрительными.
– По крайней мере, в их жизни прослеживаются очень похожие события. У каждого из шестерых накануне исчезновения случилась серьезная жизненная драма. Двоих бросили любимые женщины, один похоронил молодую жену, один потерял семью во время поара, и сразу двое лишились высокооплачиваемой работы.
– Кукнис? – пробормотал Корн, прочитав последнее имя. – Помню эту плешивую крысу, незнамо как умудрившуюся столько
Я покачал головой.
– Из Дома милосердия сложно сбежать даже магу. Там такая защита стоит… да и маг, который проводил освидетельствование Кукниса, находился на хорошем счету. У него безупречная репутация… была. Вплоть до того самого случая.
– Его посчитали сообщником Кукниса, – кивнул Корн.
– И даже было выдвинуто обвинение, но господин Леннорс бесследно исчез незадолго до оглашения приговора. Прямо из тюремной камеры, где находился во время следствия.
– У него остались жена и трое детей…
– Неужели ты думаешь, что у преступников нет семей? – усмехнулся шеф. – Знаешь, сколько слез было пролито в этом кабинете ради освобождения отъявленных мошенников и убийц?
Я вздохнул и выложил на стол еще один лист.
– Незадолго до исчезновения господин Леннорс был освидетельствован светлым магом по имени Грегори Илдж. В протоколе осмотра черным по белoму написано: «глубокая депрессия… угнетение… уход в себя». Как считаете, господин Леннорс симулировал? Или Грегори Илдж оказался некомпетентен? Возможно, он тоже был сообщником Кукниса? если нет, то разве мог человек в столь подавленном состоянии, как у Леннорса, продумать и совершить дерзкий побег?
Шеф одарил меня мрачным взглядом.
– Для организации побега нужен активный, живой и настроенный на победу ум, – добавил я. – А Леннорс перед исчезновением был буквально раздавлен. Это описание не преступника, а жертвы, Корн. И если вы внимательно прочтете рапорт Илджа, то убедитесь – уважаемый целитель находился на грани отчаяния.
– Что ты хочешь сказать, Рэйш?!
– Мне кажется, он был невиновен, – признался я, выкладывая перед носом шефа сразу несколько листов, включая план заброшенного монастыря, в котором некогда обустроили дом для умалишенных. – Протоколы допросов охранников из Дома милосердия я тоже нашел. Как и схемы магической защиты здания. Из показаний сыскарей, проводивших там обыск после побега Кукниса, ни в одном месте защита нарушена не была. Однако в комнате, где его держали, оказался несколько завышен магический фон. Напомню – в комнате безумца-мага, у которогo накануне заблокировали дар, и который мог уйти оттуда лишь двумя способами – с помощью подкупленной охраны или же… через темную сторону.
Угу. Как я когда-то.
Корн замер, уставившись на меня как на безумца.
– Хочешь сказать…
– Умение входить во Тьму хорошо тем, что оно не всегда является врожденным, - невесело усмехнулся я. – Именно по этой причине даже простым смертным при определенных обстоятельствах доступна темная сторона. Кукнис к тому времени фактически стал oбычным человеком. К тому же, сумасшедшим. А Тьма, как известно, любит безумцев. Поэтому, раз уж охранники на амулете правды поклялись, что не открывали Кукнису дверь, то получается, что он ушел оттуда сам. Через Тьму. Где, вероятно, и сгинул к демoнам собачьим.