Паладин душ
Шрифт:
Почти половина ее личной одежды была отнята у рокнарцев – тут наверняка постарался Ферда или кто-то из его гвардейцев – и теперь лежала кучей на соседней скатке. Обилие воды для умывания, зубочистки и чистящая паста из трав, заживляющие средства и свежие бинты, тщательное расчесывание и укладка торчащих в разные стороны волос, почти чистая одежда – когда в начале вечера Иста, прихрамывая и опираясь на руку служительницы, вышла из палатки, она уже чувствовала себя если не рейной, то женщиной точно.
В лагере было тихо, но не пусто; люди небольшими группами ходили туда-сюда, выполняя после сражения загадочные поручения. Никто, видимо, не жаждал
Когда со стороны костра стал подниматься чудесный аромат, прибыл Эрис ди Льютес в сопровождении десятка солдат и офицеров. Он подошел к ней и отвесил поклон, достойный королевского двора в Кардегоссе. Он вежливо спросил, как она находит здешние условия, и, услышав заверения, что все просто замечательно, отнесся к ним с сомнением.
– Летом в Кардегоссе придворные дамы часто устраивали пикники в лесу, чтобы предаваться деревенским утехам, – ответила она ему. – Было очень модно обедать на ковре, расстеленном в рощице, похожей на эту, в такую же хорошую погоду.
Если забыть о раненых и разбросанном повсюду боевом снаряжении.
Он улыбнулся:
– Надеюсь, вскоре нам удастся устроить вас получше. Мне нужно расправиться с некоторыми делами и отправить рапорты милорду провинкару Карибастоса. Но к завтрашнему утру дорога уже будет безопасна, ее очистят от рокнарских беглецов. Я имею честь пригласить вас воспользоваться гостеприимством замка Порифорс до тех пор, пока не заживут ваши раны и не пройдет усталость, а ваши люди снова не наберутся сил, и обязуюсь обеспечить вам эскорт, куда бы вы ни пожелали потом отправиться.
Иста сморщила губы, обдумывая предложение. Она чувствовала на себе тяжесть его испытывающего взгляда.
– Порифорс – это ближайшее убежище?
– Это мощная крепость. Есть деревни и города, которые расположены ближе, но их стены тоньше, и, честно говоря, это жалкие местечки. Еще полдня езды, не больше, и в гораздо лучших условиях, это я обещаю. И… – Улыбка тронула его губы, словно вспышка обаяния и теплоты. – Признаюсь, это мой дом; и я буду счастлив и горд показать его вам.
Иста не обращала внимания на то, что сердце таяло, словно воск в огне свечи. Принять его общество – значит продолжать разговаривать с ним, а это может привести к… чему? Она заметила, что Ферда смотрит на нее с горячей надеждой. Молодой офицер-дедикат, не таясь, вздохнул с облегчением, когда она сказала:
– Благодарю, милорд. Мы будем очень признательны за отдых и кров. – Помолчав, она добавила: – Может, остальным членам отряда удастся найти нас там, если мы пробудем там подольше. Когда вы будете писать ди Карибастосу, не могли бы вы передать ему, что мы с нетерпением ждем их и пусть он, если возможно, сразу же направит их сюда, если… когда их найдут?
– Безусловно, рейна.
Ферда прошептал ей:
– Если вы будете за стенами
– Может быть, – шепнула она в ответ. – Давай сначала мы хотя бы доберемся туда.
Приняв настойчивое предложение Ферды, марч сел у их костра, и когда зашло солнце, кашевары, чей пыл усиливало королевское присутствие Исты, подали удивительно разнообразный ужин. Рейна не знала, что можно испечь хлеб, приправленный травами, чесноком и луком, на сковороде прямо над открытым огнем. Эрис отказался от пищи, сказав, что уже поел, но принял кружку с вином, разбавленным водой, или скорее с водой, разбавленной каплей вина.
Он откланялся довольно рано. Иста видела мерцание свечей в его палатке, когда он писал, склонившись над походным столом, который его слуги таскали с собой во время таких кампаний; он принимал списки погибших, раненых и взятых в плен, раздавал приказы, рапорты и письма, которые уносили в темноту быстрые всадники. Она видела одного джоконца из офицерского состава, которого привели для длительного допроса. Когда Иста вернулась в свою краденую палатку, теперь уже очищенную от снаряжения предыдущего владельца и окуренную ароматными травами, свет, при котором Эрис работал, все еще проникал сквозь стены, словно огонек в бесконечной ночи.
Утреннее отбытие было отложено из-за каких-то сложностей с войсками Эриса и посыльных из города, куда были отправлены джоконские пленники, что, Иста видела, не давало покоя марчу; но наконец палатки были сложены. Ей привели свежего коня, симпатичного белого мерина, на которого было надето ее седло и упряжь. Еще раньше она приметила, как молодой солдат, приведший животное, объезжал его на лугу, чтобы усмирить его нрав и убедиться, что конь пригоден для леди. Для уставшей леди преклонного возраста. Чтобы сесть верхом, удобнее было бы воспользоваться скамеечкой, но пришлось обойтись тем, что солдат дрожащими руками подсадил ее.
– Надеюсь, он понравится вам, рейна, – сказал юноша, склонив голову. – Я сам выбирал его. С тех пор как главный шталмейстер заболел, нам его очень не хватает; милорд старается выполнять обязанности двоих сразу. Но все будет проще, когда мы вернемся в Порифорс.
– Уверена, что так и будет.
Сильно пополнившиеся войска марча ди Льютеса покинули долину реки и зашагали по подсохшей местности. Сорок всадников в серых плащах Порифорса, облаченные в кольчуги и вооруженные по всем правилам, ехали впереди, за ними следовал изрядно поредевший отряд Исты и Ферды. Длинный обоз из мулов, везущих поклажу, и слуг тянулся позади, а его замыкали еще двадцать всадников, прикрывавших тыл. Маленькая армия вышла на тракт и свернула на север, на дорогу получше. Разведчики то появлялись, то снова исчезали, то спереди, то с краю, чтобы передать короткие, но, судя по всему, ободряющие рапорты офицерам Эриса.
Они спокойным шагом двигались сквозь теплое утро. Наконец Эрис улучил минутку, вырвался из под шквала вопросов своих адъютантов и поравнялся с Истой.
Он весело поприветствовал ее, сообщив, что теперь их небольшое войско движется в нужном направлении.
– Рейна, надеюсь, вы хорошо спали? Этот переход не причиняет вам особых неудобств?
– Все в порядке. Но если речь зайдет о том, чтобы пуститься рысью, я учиню бунт.
Он усмехнулся:
– Ну тогда мы не будем от вас этого требовать. В полдень мы немного передохнем, а к вечеру доберемся до Порифорса, где нас уже будет поджидать ужин, получше, чем тот, что вы отведали вчера.