Палитра души
Шрифт:
«Мою смерть».
Ульяна усмехнулась и скинула смеющийся смайлик, она знала, как Исаев ненавидит физику.
«Часиков в семь пойдём, нормально? А то я ещё порисовать для выставки хотел».
«Хорошо, наслаждайся любимым предметом».
«Коза».
Ульяна закатила глаза, отправила пару злобных стикеров и вернулась к чаепитию.
Ульяна пряталась под кроватью вместе с братьями. Она изо всех сил сжимала ладонями уши, лишь бы не слышать, как ругаются мама с папой. Такое в последнее время случалось часто. Вот и теперь, маленькие близнецы плакали, прижимаясь к Ульяне, а та ощущала
В ужасе вскочив, Ульяна пыталась перевести дыхание. Это был сон, всего лишь сон. Ей часто снилось детство — страшное и голодное. Родители мало интересовались детьми, их затянуло вязкое болото под названием алкоголь. Сначала подсел отец, а после и мать. Так жизнь семьи Калининых улетела в пропасть, разбившись на мелкие осколки.
— Опять эти сны? — спросил Давид, обнимая Ульяну за плечи и тихонько поглаживая.
Девушка тяжело дышала и чувствовала бешеный стук собственного сердца. Она украдкой кивнула и легла на кровать. В комнате Давида они смотрели нашумевшую мелодраму, только вот Ульяна, видимо, уснула.
— Может принести воды?
— Нет, сейчас пройдёт.
— Ты так внезапно уснула и была такой милахой, что я не стал тебя будить, — оправдывался Исаев.
Ульяна ничего не ответила, лишь улыбнулась, а после, опомнившись, взглянула на настенные часы. Они показывали почти полночь.
— Лучше бы разбудил, смотри как поздно. Бабушка будет ругаться. Проводишь меня? Прогуляемся как раз. Хочу на свежий воздух.
— Спрашиваешь! Конечно!
Баба Люба не разрешала внучке оставаться у друга. «Нечего делать, ещё принесёшь в подоле». Она считала, что внучка должна прекратить дружбу с этим «ненадёжным парнем», как она выражалась, а лучше посмотреть в сторону внука её подруги — Фёдора Ефимова, который, к слову, совершенно не интересовал Ульяну. Бабушка не понимала творческую натуру Исаева и не жаловала парня, что очень обижало внучку. Многие не воспринимали Давида всерьёз, но Ульяна знала, что в этом парне скрыт огромный талант, который главное не зарыть в землю.
Друг отложил в сторону ноутбук, накинул ветровку и пригладил слегка растрепавшиеся волосы. Ульяна в сотый раз отметила его природную красоту. Изящный, стройный молодой человек с голубыми глазами, которые казались отражением неба в ясный день. Такие глубокие, загадочные и полные надежды на светлое будущее. Давид ухаживал за собой и предпочитал стильно одеваться, из-за этого ловил на себе восхищённые взгляды девчонок. Он зачёсывал назад непослушные светлые волосы и улыбался так, что около его тонких губ появлялись чуть заметные ямочки. Острые скулы выделялись и придавали модельной внешности мужественности и решительности.
Ульяна прикусила губу и отвернулась, завязывая волосы в хвостик. Она всегда знала, что дружила не только с самым талантливым, но и красивым парнем.
Ребята вышли из квартиры и побрели по ночной улице. Ульяна смотрела на небо, усыпанное звёздами, и думала о том, как бы ей хотелось гулять так вместе с Давидом всю ночь, позабыв о семейных проблемах, предстоящих экзаменах и поиске работы. Вздохнув полной грудью, девушка улыбнулась. Воздух был пропитан запахом цветущих сиреневых кустов, которые
— Ты будешь мне писать? — начал вдруг Давид.
Ульяна замерла. Разговор о будущем всегда резал ножом по сердцу. А дело было в том, что девушка не могла уехать вместе с парнем и бросить семью. Она натянуто улыбнулась и попыталась разрядить обстановку.
— А сам как думаешь? Буду закидывать тебя кружочками и голосовыми, — попыталась разрядить обстановку Ульяна.
— Не хочу уезжать.
Ульяна снова посмотрела на небо. Теперь оно казалось мрачнее, словно отражало её душевное состояние.
— Родители пророчат мне успешное будущее с кучей денег в кармане, а я хочу просто творить.
— Ты ведь настоял на том, что поступишь на факультет дизайна?
— Да, но я должен подать документы и на факультет бизнеса. Я ведь хочу вырваться из нашего захолустья и стать нормальным человеком, — последние слова Давид произнёс ядовито, пытаясь спародировать интонацию родителей.
Ульяна понуро уставилась на потрескавшийся асфальт. Их городок был действительно очень маленьким. В Ручейске всё развивалось медленно, не так как в столице Следбурге или в областном центре Колинске.
Многие стремились в более перспективные города, гонясь за развитой инфраструктурой и хорошим доходом. А чистый и уютный Ручейск больше подходил любителям покоя и тишины, нежели ярко выраженным экстравертам, рвущимся к вершинам. Несмотря на романтический антураж, старая архитектура и пустующие вечерние улицы порой навевали тоску и одиночество. Ульяна была не прочь покинуть город, но обстоятельства вынуждали остаться.
— Хорошо, что туда не требуется сдавать дополнительные предметы, а то я бы с ума сошёл, — вздохнул парень. — Мне хватает литературы с обществом.
Ульяна молчала и думала о творчестве парня. Она любила картины, которые писал Давид, — они на самом деле были прекрасны. Морские, сельские и городские пейзажи покорили уже не одно сердце. А какие портреты писал этот парень! Просто загляденье! В век высоких технологий картины, написанные от руки, превратились в раритет. Давид был самородком, единственным одарённым человеком в семье, у которого, казалось, был талант ко всему. Он хорошо танцевал, позировал, писал картины и устраивал выставки, любил делать снимки на профессиональный фотоаппарат и уже неплохо зарабатывал на фотосъёмках. Частенько его приглашали местные журналы и бренды для демонстрации новой коллекции мужской одежды. Он мог бы стать актёром, фотографом или моделью, но всё же его тянуло к краскам и кистям, уж слишком сильно он их любил.
— Ты точно не передумала? — спросил вдруг парень, остановившись около подъезда подруги.
Ульяна грустно пожала плечами.
— Я не брошу братьев.
Давид вздохнул. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, а потом обнялись.
— Дима, нет! — с ужасом закричала Ульяна.
Её младший брат вывернул из-за угла на своём велосипеде и подрезал машину соседа, который как раз выезжал со двора. Мир замер на каких-то десять секунд. Девушка уже попрощалась с братом. Но тот ловко поднялся и развёл руками, мол, бывает. Сосед успел притормозить, а Димка — ловко вывернуться. Ульяна со всех ног побежала к брату.