Память любви
Шрифт:
Она усмехнулась.
– Мне можно?
– Детка, ты играешь с огнем.
Она погладила его по спине.
– Я люблю огонь.
Внезапно его рука проскользнула к ней под юбку.
– Тогда ты получишь огня, – прошептал он ей на ухо, – и даже больше.
Он хотел ее, и его жаркие объятия говорили об этом.
– Обещания, обещания, – игриво ответила она.
Лусио сорвал с нее футболку, под которой ничего не было. Он застонал, положил руку ей на грудь и прижал к скале.
– Это не пустые
Склонив голову, Лусио коснулся губами ее груди, провел по ней горячим языком. Она тихо застонала, когда он поцеловал ее сосок. Он будил в ней желание, возбуждал каждый нерв, будил воспоминания об удовольствии.
Ана изогнулась, когда Лусио обвел языком вокруг ее соска, и она почувствовала такое желание, что едва могла оставаться на ногах.
– Не двигайся, – сказал он, отпуская ее руки. Теперь ты моя.
Лусио расстегнул ее длинную юбку, и она упала на землю. Он скользнул взглядом по ее телу, бледной коже, плоскому животу.
У нее перехватило дыхание, когда он снял с нее футболку и сильнее прижал ее к скале.
Она чувствовала себя совершенно беззащитной, но ей нравилось осознавать, что принадлежит ему сердцем, телом и душой.
Лусио мог делать с ней все, что хотел, и Ана знала, что ей это понравится. Он мог съесть ее живьем, и она будет просить большего.
Ана обвила руками его шею, тело Лусио задрожало. Он был очень нежен, его терпение было бесконечным, он доставлял ей наслаждение, медленно доводя до высшей точки экстаза. Ана вздрагивала от каждого прикосновения его языка. Она крепко прижималась к нему, боясь, что не выдержит и упадет.
– Хватит, – прошептала Анабелла, задыхаясь, ее кожа покраснела, лицо горело.
Его хриплый смех эхом отозвался в звездной ночи.
– Тебе никогда не хватит.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
В своих ощущениях Анабелла поднималась все выше и выше, как будто карабкалась к вершине вулкана. Напряжение и возбуждение нарастали, и она не могла понять, почему до сих пор нет вершины, почему Лусио растягивает удовольствие.
Ее сердце билось так сильно, что она задыхалась.
Внезапно они достигли жерла вулкана, все вокруг стало жарким и горячим. Ее тело взорвалось, как будто исторгая лаву, ее руки упали Лусио на плечи, впившись ногтями в кожу.
Спустя несколько секунд, когда Ана очнулась от пережитого сильного ощущения, она обнаружила, что Лусио поднял ее, прижал к скале и в экстазе откинул голову.
Сердце Аны бешено колотилось. Ей нравилось, как он обнимал ее, нравилось сливаться с ним в единое целое.
– Ты такая горячая, – прошептал он. – Ты никогда такой не была.
Она поцеловала его в губы.
– Просто я безумно тебя люблю.
Он
Наконец Ана сдалась, и ее тело обмякло в его руках.
Он откинул волосы с лица жены и нежно обнял ее.
– Утром я уеду, – тихо сказал он, крепче прижимая ее к себе. Он почувствовал, как она напряглась, но продолжал:
– Я поеду с Виктором и вернусь через пару дней. Два или три дня. Не больше.
– Ты оставишь меня здесь одну?
Явно шокированная, Анабелла спрятала лицо у него на груди.
– Я хочу, чтобы ты ждала здесь, – ответил он. – Тут ты будешь в безопасности. За тобой присмотрят.
– Но почему ты едешь с Виктором? Куда вы едете?
– В Джуджуй.
– Ты едешь в детский дом без меня!
– Я не смогу быстро передвигаться с тобой.
Он сказал это так бесчувственно, что она покачала головой, гневно сверкнув глазами.
– Ты сказал, что мы отправимся в это путешествие вместе.
– Ты хочешь найти Томаса или нет? – Она не ответила. Но Лусио знал ответ. – Виктор кое-кого знает, – продолжал он. – Это опасные люди, я желаю рискнуть, но не хочу подвергать риску тебя.
– А я не желаю, чтобы ты рисковал. Давай подождем Алонсо. Он сказал, что вернется через пару недель. Это не так долго.
– Перестань, радость моя. Ты сама прекрасно знаешь, что мы не можем ждать. Мы беспокоимся о ребенке. Мы хотим знать, где он, быть уверенными, что он в безопасности.
Ана принялась собирать свои вещи. Она натянула футболку через голову и потянулась за длинной юбкой.
Лусио видел, как скривились ее губы, в глазах стояли слезы. Он наклонился и прижал ее к себе.
– Детка, ты же сказала, что доверяешь мне.
Она отвернулась и смотрела в сторону.
– Мы должны были быть одной командой.
– Мы и есть одна команда. Мы равны, как пятьдесят на пятьдесят.
– Нет, как девяносто к десяти! – возразила она.
– Не правда. Вспомни, в Мендозе командовала ты. Наша жизнь была такой, какой хотели ты и твоя семья. – Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но он продолжал:
– Я смирился с этим и никогда не жалел о своем решении, но сейчас мы в моем мире, и здесь я принимаю окончательное решение.
– Но я сильная, Лусио. Тебе не нужно оставлять меня.
Его сердце наполнилось теплотой, когда она умоляюще посмотрела на него своими зелеными глазами, которые просили не бросать ее именно в то время, когда она так сильно хотела идти с ним.
Ана не сознавала этого, но они очень подходили друг другу, она была его боевой подругой, лучшей половиной. Если бы она родилась в Сальте, в такой же семье как и он, то была бы женским вариантом его самого.