Память любви

Портер Джейн

– Не говори ерунды.

Ей захотелось толкнуть его, чтобы он упал на стул, сесть к нему на колени, посмотреть в глаза.

Она знала, что он всегда любил только ее. С самого начала их влекло друг к другу, как ветер и дождь.

Это была неудержимая страсть. Так было и будет всегда. Он не сможет разлюбить ее. Но он может попытаться это сделать, и этим убьет ее.

– Я не дам тебе сделать этого, – тихо сказала она, кипя от ярости. – Я найду способ.

Он бросил окурок в пепельницу на стеклянном столе.

–

Год назад я говорил то же самое. Я боролся, а тебе было наплевать. Ты не хотела дать мне второго шанса, не хотела примирения.

– Я была не права.

Он засмеялся.

– Боже мой, Ана! Ты сводишь меня с ума. Я уже начинаю сомневаться в себе.

Она сделала шаг в его сторону, он сделал шаг назад. И так повторялось каждый раз. Как будто они играли в шахматы. Он был Королем, но она была Королевой, а Королева могла убить Короля. Одним махом.

Только нужно оставаться спокойной и терпеливой.

Она не должна проиграть.

– Я хочу, чтобы ты подумал. – Ана видела, как он нахмурился. – Я хочу, чтобы ты хорошенько подумал, прежде чем покинуть меня, чтобы ты дал мне еще один шанс попытаться все исправить.

– Этого не случится.

– Как ты можешь быть так уверен?

Он грустно улыбнулся.

– Потому что я знаю себя и знаю тебя. Сейчас ты борешься за нас. Но ты борешься не из-за любви ко мне, а из-за того, что боишься.

Ана не ответила. Затаив дыхание, она уставилась на него горящими глазами.

Он, должно быть, понял, что обидел ее, потому что его взгляд потеплел.

– Ты жесткая снаружи, негритенок, но внутри ты беззащитная и неопытная женщина. Ты не боишься меня потерять. Ты боишься остаться с этой жизни одна.

Ана почувствовала, что слабеет, в ушах у нее шумело. Она слышала протестующий голос в голове, все вокруг было как в тумане.

Она отошла в угол веранды и посмотрела на бьющий фонтан в саду.

– Может быть, я не достаточно опытна. Меня воспитывали иначе, чем тебя. Ты мог быть кем хотел, путешествовать куда хотел…

– Я бы не стал называть езду верхом по пампасам путешествием, – прервал ее Лусио. – И мне показалось, что ты тоже поступала так, как хотела.

Она знала, что Лусио говорит об ее отношении к жизни. Он имел в виду то, что она спокойно игнорировала желания своей семьи.

– Ты самая изворотливая из всех женщин, которых я когда-либо встречал, – продолжал он. – Ты говоришь одно, а делаешь совсем другое. Ты говоришь, что хочешь это, а выбираешь то. Тебе нравится быть простой, но на самом деле ты не можешь жить без всего этого, – он показал на дом, освещенный лунным светом, красивый таинственный сад и мраморный фонтан. – Ты была создана для этой жизни. Ты – сама эта жизнь.

Когда он начал говорить, Ану прошиб холодный пот, но к тому времени, когда он закончил, ее бросило в жар, ее щеки пылали.

– Ты плохо меня знаешь!

Он опустил глаза.

– Я слишком хорошо

тебя знаю.

Она стояла неподвижно, чувствуя себя на краю пропасти. Их молчание было нестерпимым, и у Анабеллы на глазах выступили слезы. Лусио ее не любит. Ему не нравится, кто она такая, из какой семьи происходит.

Она ненавидела эту тишину. Лусио заставлял ее чувствовать, будто их отношения были лишь фарсом, будто они основывались на простом физическом влечении. Так что же было главное в их отношениях? Неужели только секс?

Нет. Лусио не прав. Их отношения основывались не только на сексе. Их эмоции, желания, мечты – все было настоящим. Красиво это было или нет – но это была любовь.

Она сжала кулаки, стараясь подавить гнев.

– Тебе легко критиковать меня, потому что ты знаешь мою жизнь. Ты знаешь мое прошлое. А у меня нет такого преимущества. Я почти ничего не знаю о твоем доме, семье, о том мире, в котором ты жил. Я знаю только, что большую часть жизни ты был свободным и отказался от своей свободы, женившись на мне. Мне бы хотелось увидеть то, что видел ты, узнать о том, о чем знаешь ты.

– Это жизнь не для женщин.

– А твоя мать?

– Это другое дело. Она наполовину индианка, выросла в горах.

И в его голосе Анабелла услышала несказанные слова: «а ты нет».

– Может, я и не выросла в горах, – глухо произнесла она, – но я умею ездить верхом, готовить на костре, жить в палатке.

– Моя жизнь – не поход.

– Почему ты все усложняешь?

Он резко рассмеялся.

– Тебе же нравятся трудности.

Ее щеки горели. Он был очень рассержен, подумала Ана, возможно, она уже потеряла его. Возможно, было уже поздно спасать их отношения.

Но она не смирится с этим. Она будет бороться до конца.

– Ты всегда был азартным человеком, Лусио.

Рискни еще раз. Возьми меня с собой. Я хочу увидеть мир, где ты вырос, жил, ходил в школу. Я хочу лучше узнать тебя, познакомиться с твоей семьей.

Взглянув на него, Ана увидела в его глаза огонь и желание, от которых у нее захватило дух. Но он хорошо себя контролировал, не давая чувствам взять над собой вверх.

– Для меня это многое значит, – добавила она, стараясь показать свою любовь, нащупать его больное место. – Я знаю, в этом году умер твой отец, но я хочу встретиться с твоей матерью, братом, родными… друзьями.

– В деревне почти никого не осталось.

– Но деревня…

– Маленькая, бедная, неинтересная.

– Могу я сама решить?

– Туда не так просто добраться, ты была больна.

– Мне уже намного лучше. Позвони доктору Домингесу. Он разрешит мне эту поездку.

Лусио ничего не ответил, и ей показалось, что она проигрывает эту битву.

– Я не прошу ничего сверхъестественного, Лусио! Я просто хочу быть с тобой. К тому же, будет интересно повидать новые места, узнать что-то новое.