Память
Шрифт:
– Для моего вопроса есть и прикладные причины, – продолжил Майлз. – Не уверен, объяснил ли кто-нибудь это тебе, но Грегор назначил меня исполняющим обязанности Имперского Аудитора с полномочиями курировать твое дело.
– Да, и мне интересно, как ты это устроил.
– Понимаешь, нам был необходим кто-то, кто стоял бы выше СБ, а никто другой этого не мог бы. Когда команда адмирала Авакли закончит изучение чипа, я собираюсь сдать императору настоящий аудиторский доклад. Если они вынесут вердикт о причинах естественного характера, значит, на том все и закончится. Но если нет… Я хочу знать, способен ли ты вспомнить что-то – какой-нибудь момент или событие, – могущее таить в себе какого-либо
Иллиан развел руками и медленно обхватил ими голову в жесте разочарования. – Если бы только у меня был мой чип… и ты определил бы временной промежуток… я как наяву мысленно просмотрел бы в записи каждую секунду. Разглядел бы любую подробность. На это ушло бы время, но я бы это сделал. Поймал бы ублюдков с поличным, как бы тонко и скрытно они меня ни подставили… Если это и была диверсия, они очень аккуратно уничтожили все улики против себя.
– М-м… – Майлз откинулся на спинку стула, разочарованный, но не удивленный. Он налил себе полчашки чая и решил отказаться от попыток доесть последний кусок персикового торта, лежащий одиноким и заброшенным на усыпанной крошками салфетке. Майлз чувствовал, что давить на Иллиана дальше – значит серьезно его разволновать. Пока это тупик; пора сменить тему. – Ну, тетя Элис, а как продвигается подготовка помолвки Грегора?
– О-о, – за прямоту она наградила его благодарным взглядом, – очень даже неплохо, учитывая все обстоятельства.
– А кто отвечает за безопасность? – спросил Иллиан. – Гарош не попытался заняться этим сам?
– Нет. Он поручил это полковнику лорду Фортале-младшему.
– А-а. Отличный выбор. – Иллиан опять расслабился, вертя в руках пустую чашку.
– Да, – ответила Элис, – Фортала понимает, как такие дела делаются. Официальное оглашение и церемония, конечно, будут устроены во дворце. Я пыталась помочь Лаисе разобраться в хитростях традиционного барраярского платья, хотя мы еще обсуждаем, не подойдет ли для помолвки комаррский фасон. Но на самой свадьбе невеста, безусловно, должна быть в барраярском наряде… – Она села на своего любимого конька, принявшись пространно рассуждать о, как это мысленно окрестил Майлз, «социально-технических аспектах своей работы». Тема была удачной и успокаивающей, и какое-то время Майлз с Иллианом поддерживали рассказ Элис наводящими вопросами.
Когда Мартин убрал со стола, Майлз предложил сыграть в карты, чтобы убить время. Конечно, целью на самом деле было не убить время, а устроить скрытую проверку неврологических функций Иллиана, и этот нюанс от него не ускользнул. Но Иллиан согласился.
Звездный тарот «очко сверху» был в меру сложной игрой, требующей для выигрыша определенного умения следить, какие карты вышли, какие на руках у партнеров и какие, возможно, придут. Никогда в жизни Майлз не видел, чтобы кто-нибудь выигрывал у Иллиана несколько партий подряд, разве что благодаря ошеломляющему везению при вытягивании карт из колоды. Через шесть партий Майлз с леди Элис поделили между собой очки, а Иллиан пожаловался на усталость. Майлз тут же уступил. Иллиан выглядел измученным, черты лица обострились, на нем обозначилось беспокойство. Но Майлз не думал, что усталость – истинная причина того, что Иллиан вышел из игры. Руибаль не преувеличивал. У Иллиана практически не осталось кратковременной памяти и способности оценивать детали. Он мог поддерживать праздную болтовню, где одно замечание в плавной последовательности влекло за собой другое, но…
– Так что ты думаешь о человеке, назначенном Гарошем для обеспечения безопасности на свадьбе Грегора? – без связи с предыдущей репликой спросил Майлз.
– А кого он назначил? – спросил Иллиан.
– А кого бы в первую очередь
– Думаю, полковника Форталу. Он знает столичную жизнь лучше всех моих людей.
– А! – произнес Майлз. Элис, уже поднимавшаяся, чтобы уйти, вздрогнула. Иллиан внезапно нахмурился, прищурил глаза, но ничего больше не добавил. С легким вызовом он отмахнулся от Майлза, жестом велев ему оставаться на месте, и с педантичной галантностью сам пошел проводить леди Элис до машины.
Майлз встал и потянулся. Он устал гораздо больше, чем можно было бы оправдать сделанным за сегодня. «Странновато же это будет».
Новый – но по-прежнему спокойный – распорядок дня установился быстро. Майлз с Иллианом вставали, когда хотели. По утрам, когда они забредали на кухню в поисках завтрака, их пути могли пересечься, а могли и нет. Хотя встречи за приготовленным Матушкой Кости обедом и ужином носили более официальный характер. Майлз ежедневно отправлялся в Имперский госпиталь, огромный медицинский комплекс на другом берегу реки, ущельем делившей Старый город на две части. В первый день его заставили подождать в коридоре, как любого другого ветерана, обратившегося за медицинской помощью; он как бы ненароком обронил замечание о своем новом статусе и.о. Имперского Аудитора, и больше такого не случалось. Что ж, должна хоть на что-то сгодиться шоколадная цепочка Грегора.
На следующий вечер зашел Дув Галени. То, что Иллиан переехал жить в комнаты старого графа, оказалось для Галени сюрпризом; он попытался было отказаться от ужина, но Майлз не позволил. Уроженец Комарры чувствовал натянуто и неловко, ужиная со своим грозным бывшим начальником; вся эта история давит ему на мозги, подумал Майлз. Галени дипломатично делал вид, что не замечает частых огрехов памяти Иллиана, и быстро подхватил майлзов метод пересыпать беседу фразами-напоминаниями, помогающими Иллиану не терять нить разговора или, по крайней мере, поддерживать иллюзию этого.
Леди Элис заглядывала часто, как и обещала, хотя темп ее жизни все возрастал по мере того, как близилась церемония императорской помолвки. У нее в кабинете во Дворце сидел уже не один, а целых два личных секретаря. Забегал и Айвен, всегда в такое время, чтобы можно было напроситься на угощение. Заходили поприветствовать Иллиана и человек шесть знакомых его возраста, пожилых военных; те тоже быстро научились объявляться к чаю. В их число входил и начальник Департамента СБ по делам Комарры Ги Аллегре, но у него, к счастью, хватило ума не волновать Иллиана разговорами о работе.
Охрана СБ, из вежливости оставленная у особняка отсутствующего вице-короля Сергияра, выросла с одного человека в смену до более серьезной цифры три. В качестве несчастного побочного эффекта капрал Кости лишился персонального завтрака в отдельной упаковке; но он регулярно после дежурства забегал с визитом на кухню, так что Майлз решил, что опасность умереть от голода капралу не грозит. Продовольственные счета особняка Форкосиганов сделались весьма впечатляющими, хотя пока им было далеко до сумм, которые тратились на домашнее хозяйство при графе.
Майлз ежедневно звонил адмиралу Авакли, получая последние известия о достигнутом его группой прогрессе. Авакли в своих замечаниях был, как и полагалось ученому, осторожен, но Майлз сумел заключить, что они достигли устойчивого прогресса, хотя бы в плане отсеивания негативных гипотез. Майлз не давил на Авакли, требуя исчерпывающих заявлений. Это тот самый случай, когда по-настоящему недопустимы ошибки из-за спешки, как в отношении ответа «да», так и «нет». И необходимости спешить нет. Какой бы ущерб не был нанесен, он уже случился, и ни Майлз, ни Авакли, ни кто-либо другой не сможет теперь отменить сделанного.