Папарацци
Шрифт:
Его холодный надменный взгляд говорил сам за себя – мне конец!
5 глава. Андрей
«С*ка!» - так и крутилось у меня в голове, пока я пытался отдышаться, поднимаясь с пола. Злобная стерва буквально уложила меня на лопатки. Но каким грязным способом.
Кто же знал, что она настолько дикая, и простую забаву воспримет так агрессивно? Или она просто сумасшедшая?
Гадина не обошлась членовредительством, а в придачу бросила еще и угрозу, напоследок
Когда я очухался, первым делом поднял на уши PR-отдел. Мне нужно были списки аккредитованных журналистов на этот вечер. Я отыщу эту наглую девицу и … Оторву ей голову!
Пришлось позвонить Витьку, и узнать имя владельца колымаги, на которой разъезжала репортерша.
Вика. Злобную суку звали Виктория Баринова, и работала она в какой-то замшелой желтой газетенке.
Вот ты и попалась, Виктория!
У меня в руках был адрес, и уже на следующее утро я сидел перед трусливым редактором, который прямо с порога начал пресмыкаться и, не раздумывая, согласился уволить свою сотрудницу. Мне даже угрожать не пришлось, балван хорошо знал, что связываться со мной себе дороже. Какой же жалкий тип.
Скоро подоспела и сама виновница «торжества». Я с удовольствием наблюдал за ее реакцией, когда она застала меня в кабинете начальника. Она оказалась умной девочкой и сразу все поняла. Я надеялся насладиться ее страхом, паникой и, наконец получить от нее должное уважение, но она не дала никаких эмоций. Ни одной!
– Твой начальник хочет тебе кое-что сказать, - сначала глянул на редактора, чтобы он не вздумал идти на попятную, потом на девушку, - Виктория, - добавил как бы невзначай. Хотел пошатнуть ее хладнокровие, но никак не удавалось. Что за Железная леди?
– Виктория Дмитриевна, я вынужден…
– Не надо, - оборвала она начальника, когда тот начал, виляя, мямлить, что она уволена.
– И так все ясно.
Громко хлопнув дверью, Вика вылетела из кабинета, уже не в силах сдерживать себя. Я не смог усидеть на месте и не полюбоваться этим моментом, поэтому последовал за ней.
Вика схватила со стула знакомый рюкзак и быстрыми движениями покидала внутрь какую-то мелочь со своего рабочего стола. Она чувствовал мой взгляд на себе, но стойко терпела мое присутствие.
Какая упрямая.
Собрав свои немногочисленные вещи, и, не обронив ни слова и даже не попрощавшись с бывшими коллегами, она пронеслась мимо меня к выходу, попутно грубо толкнув плечом. Мстительная особа.
Но я не мог позволить, чтобы последнее слово осталось за ней – победитель здесь я.
– Я тебя предупреждал, - крикнул в спину, неспешно шагая за ней по коридору, тогда как она летела вперед на всех парах.
– Это будет для тебя уроком, что опасно связываться сильными людьми мира сего!
Вика резко остановилась и развернулась ко мне с перекошенным от гнева лицом:
– Это ты что ли?
– прошлась по мне оценивающим взглядом и скривилась еще больше.
– Не тебе учить меня.
–
– Поверь, немало, - идиотка не знала о чем говорила.
– Верить тебе?!
– она вспыхнула, во всей красе демонстрируя свои истинные чувства.
– Ты мне угрожал, напал, угрожал и пытался изнасиловать. И после этого я должна тебе верить? Да от таких психопатов как ты надо держаться подальше!
– Изнасиловать!?
– здесь уже я не сдержал эмоции. За всю жизнь я не получал более бредовых обвинений. Эта серая мышь сначала бы на себя посмотрела, прежде чем заявлять подобное.
– Да кому ты нужна? Я по щелчку пальцев могу поиметь любую женщину, какую захочу.
Она не стерпела оскорбление в адрес своей привлекательности, и ответила такой же «любезностью»:
– Хватит похваляться передо своей мифической властью, мне это не интересно.
– Мифической, значит?
– ухмыльнулся.
– Напомни, кто сегодня остался без работы?
– Козёл, – как кобра зашипела.
– Для «сильных людей мира сего» ты летаешь слишком низко, - каждым словом, как точным снарядом, она бомбила мое самолюбие.
– Выкинул на улицу обычную девчонку. Это как подножка школьного хулигана, просто пустил пыль в глаза.
– Она подошла вплотную ко мне и, не смотря на то, что была ниже меня ростом и смотрела снизу вверх, в данный момент я чувствовал себя мелким и ничтожным.
– Но я не одна из твоих безмозглых кукол, и прекрасно вижу мелочность твоих поступков, как и твою подлую душонку.
Проклятая моралистка и идеалистка! Терпеть не могу подобных пустых рассуждений.
– Сколько пафоса!
– ничего другого такие обличительные тирады не несли.
– Считаешь себя лучше других?
– теперь все вставало на свои места, и настала моя очередь смотреть сверху вниз.
– Лучше меня?
Признаться, я разочарован, что она оказалась такой…. Простой и банальной.
На Викином лице появилась снисходительная улыбка:
– Можешь сколько угодно рядиться в свои дорогие костюмы, - ее взгляд опустился на мою грудь, она аккуратно поправила, приглаживая ладонью, лацкан пиджака, - но это лишь красивая обертка, - глаза взметнулись вверх, прямо к моим, - внутри-то, - она щелкнула пальцами перед самым моим носом, - пшик!
Мы сцепились взглядами в немом противостоянии: она бесстрашно бросив вызов, ждала моей реакции, я – изо всех сил сдерживал желание придушить ее.
Как же она выводит из себя! Просто бесит! Необоснованно, без разумных причин. Хочется встряхнуть ее и вставить мозги на место. Да кто ты такая, Виктория Баринова, что судишь меня!?
Первой сдалась Вика, несомненно, наступая себе на горло. Вдруг она стала смиренной овечкой, и, думаю, следующие слова стоили ей собственной гордости:
– Послушай, я насолила тебе, в ответ ты отомстил мне – теперь мы квиты. На этом всё, не будем мешать друг другу жить. Договорились?